Дорога миров (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 12

— Как они всё это едят? — возмущённо фыркнул Кроевич, отодвигая в сторону тарелку с пирожками из водорослей, лично мне напоминающих некоторые блюда из японской кухни. — И зачем ты, Чезаре, на стол ещё и насекомых по рецептам науа в блюдах и горшках поставить приказал. Знаешь ведь, что никто из нас и ты сам их есть не станет!

— Мы и не едим, — довольно флегматично отозвался спокойный вне боя Зигфрид фон Меллендорф, временно прибывший в Папантла, дабы кое-что по делам флота в Новом Свете обсудить. — Вот, тут и другого хватает. Томатли, маис, айаколт, циликайотли, чили. Они и по отдельности хороши, томатли даже просто, в сыром виде, если солью присыпать. Приготовленные с мясом или даже без хороши ещё сильнее. Новые вкусы, они меня радуют. Чревоугодие, но… Теперь это не грех, если из-за него жиром не заплывать.

Смотрю на беседу двух приближённых тамплиеров и поневоле улыбаюсь. Устроил, называется, пир в рамках сугубо ацтекской кухни, благо пусть ацтеков в Папантла и не осталось — пленных исключаем, не тот случай — но тотонаки за прошедшие годы даже рецепты блюд империи Теночк для себя перенять успели. Что до самих продуктов, так они во всей Мезоамерике практически одинаковы. И мне в большинстве своём знакомы.

Естественно, знакомы! Томатль — томат, он же «помидорус вульгарис». Маис, вестимо, кукуруза. Только вот размеры у початков раз так в несколько меньше мне привычных. Увы, века направленной селекции покамест если и начались, то до конечного результата им было ой как далеко. Айаколт — фасоль обыкновенная. Циликайотли — тыква. Ну и чили, он по всему миру чили — перец, однако, разной степени остроты, от совсем жгучего до вполне себе приемлемого.

Овощи Нового Света. Не все, вестимо, ведь тот же картофель произрастал значительно южнее. Ацтеки до него явно не добрались при всём значительном расширении своей империи. Но и уже присутствующие на столе в варёном, тушёном, печёном и иных видах, они показывали, что их есть можно, вкусно и ничуть не вредно. А пример мой и Белль, так он вообще способствовал тому, чтобы люди ближнего круга хотя бы попробовали, а уж там…

Да, Белль. Прибыла в Папантла, как только представился повод, названный ценной возможностью. Дескать, переговоры, они очень важны, а значит, пока один из Борджиа будет находиться там, второй обязан поддерживать его, будучи не там, но довольно близко, в надёжной и хорошо защищённой крепости с немалым войском внутри. И ведь не поспоришь, не опровергнешь её доводы. Потому и сидит давняя подруга, тут успешно изображающая из себя сестру, охотно потребляет как бы «новые» для себя яства. Усердно оные нахваливая.

Политическая, мать её, кулинария! И я сейчас ни разу не шучу, ибо так оно и есть. Только недавно, попав сюда, в Новый Свет, я вспомнил, как давно не видел тех продуктов, которые были привычны и знакомы с детства. Одни любил, другие не очень, третьи вообще слабо переносил. И вместе с тем… Большую часть из тут присутствующего можно и нужно было перевозить за океан и укоренять на новой почве. Как ни крути, а всё вышеперечисленное вполне могло произрастать и там, в Европе. Может не сразу, может потребуются некоторые усилия, приживётся не с первого раза, однако результат гарантирован. Проверено веками, особенно в итальянских и вообще южных и достаточно влажных землях. Тут главное без перегибов и без попыток завозить нечто вступающее в конфликт с местными флорой и фауной. А то вот завезли кроликов в Австралию, а те возьми да и начни бесконтрольно жрать, размножаться и вообще паршиво влиять на местных эндемиков. Не, такой футбол нам не требуется. Нужно иное — сохранить имеющееся в настоящее время многообразие флоры и особенно фауны. В том числе и той, которую в моём мире-времени можно было видеть лишь на рисунках, фотографиях, а то и вовсе исключительно по скелетам, оставшихся от откровенного варварства некоторых первооткрывателей.

Как к подобным «закидонам» отнесутся другие? В самом худшем случае как к очередной королевской блажи вроде той, что: «Все олени в этом лесу должны пасть только от монаршей руки!» Подобное то в истории было и не единожды. В уже случившейся тут истории, попрошу заметить.

По поводу чего был вообще организован этот небольшой пир, сооружённый поварами исключительно из местных продуктов? Право слово, их, то есть поводов, хватало. Тут и захваты городов науа, и наметившийся в их войсках надлом, и осознание тотонаками того, что два из трёх из важнейших городов уже освобождены, а скоро придёт очередь и третьего. Иные поводы также имелись, пусть и не были такими уж очевидными.

Только была и более банальная причина — хотелось сильнее погрузиться в местную атмосферу самим и малость пошутить над Кроевичем, Меллендорфом и несколькими другими из числа почти что близкого круга. Всё ж водоросли, насекомые и тушёная чихуахуатина в качестве вариантов блюд, подаваемых на стол… они иронично сочетались с тем, что действительно было неплохо приготовлено и одновременно отличалось новизной.

Взять тот же самый хлеб. Не маисовые лепёшки, а схожий с европейским по виду, но отличающийся вкусом. Не неприятным, не отталкивающим, просто иным. Уаукилитль, он же потом ставший известным как амарант. Никак не могу понять, по какой причине на этот злак ополчились не конкистадоры даже, а сопровождающие их монахи в известной мне истории. Вид не понравился? Так вроде обычное растение, ничем не хуже кукурузы либо фасоли. Тайна велика сие есть. Зато теперь это точно не повторится. На здешних землях амарант, маис, бобовые растут куда лучше и быстрее, нежели привычные для Европы злаки. Вот и пусть себе растут, а желающие привычного пусть постепенно завозят семена и устраивают собственные поля. В дополнение, но не вытесняя уже существующее.

— Цивилизация, синьоры, — напомнила про очевидное Белль. — Просто другая, от того и блюда из других ингредиентов. Сверчков и червей пусть тотонаки и иные сами едят, мы только посмеёмся. А вот остальное… не вижу препятствий, — и словно в подтверждение, потянулась за тушёным с фасолью и томатами пекари, этим подобием свиньи. — Вкусно ведь, согласитесь.

— Вкусно, — охотно согласился фон Меллендорф, тоже большой любитель побаловать вкус новыми блюдами. — Только вот если окажется, что я внезапно собаку съел… Засмеют же.

— По запаху определишь, Зигфрид, — лениво отмахнулся я. — Он такой, особенный. А вообще тут и немного другие утки, и так напоминающие фазанов гуаджолоте, оленей опять-таки хватает. Птичники, свинарники, иные места, где выращивают живность на мясо — это всё нам пригодится. Плюс озёра и море, оттуда как рыба достаётся, так и разные морские гады и травы. Уверен, повара Европы ещё спасибо огромное нам скажут, когда научатся смешивать старое с новым.

— Тебе виднее, гроссмейстер, — прожевав, согласился командир эскадры. Но если уж мы сидим за столом с индейскими блюдами, то и застольные разговоры стоит вести об их делах. Не всегда приятных. Для них… но и для нас.

— Аппетит мне это всё равно не испортит, — слегка недовольно проворчала Изабелла. — Что, как и у кого случилось?

Переглядывающиеся Зигфрид и Златан, после чего последний таки да решился «вызвать огонь на себя».

— Из Нового Света в Европу испанцы привезли сифилис, будь он проклят! Лекарства против него есть, но всё равно эта болезнь… Я с тех пор боюсь в бордели заходить, только с проверенными девицами вынужден дело иметь.

— Не ты один, — поёжился Меллендорф. — Но процесс в обе стороны идёт. Уже пришёл, если то, что вчера донесли со стороны земель науа, правдой окажется.

— Что именно за хвороба от нас сюда проскочила? — ледяным голосом вопросила Белль. — О чуме, слава творцу миров, слухов давно не было и путь много раз по столько же не будет. Или это…

— Похоже на оспу, — вздохнул Зигфрид. — Не от нас, братья храмовники и иные привиты все, исключений нет. Вот испанцы! Силком никого не тянут, оттого могло случиться, что среди людей вице-короля оказались те, кто мог принести сюда, в Новый Свет, эту заразу.