Свой выбор (СИ) - Зеленая Рина Васильевна - Страница 37

— Не волнуйся, — вновь появившись на полотне, мягко сказала ему все та же решительная дама, облаченная в старинное платье. — Они переживают гораздо больше тебя!

Гарри сглотнул, сполз со стула и отправился знакомиться с родней.

С тех пор юный волшебник более чем освоился и в новом статусе, и с обилием родственников.

Для начала мальчик настоял на том, что домовики могут сами решить, как именно к нему обращаться, но запретил им называть себя хозяином. Дедушки и бабушки противились, но решение принимал Гарри. Тинки первой прочувствовала настроение юного мага, а потому довольно легко перешла просто на имя, а иногда, забываясь, называла Поттера «маленький». От нежности в тонком голоске эльфийки сердце Гарри наполнялось искристым, как лимонад, счастьем. Памкин и Скуп оказались менее сговорчивы. Их угнетало, что нельзя звать хозяина хозяином, но они принимали его доводы, а потому пока просто «сэркали».

С дедушками и бабушками оказалось проще всего. Пусть мальчик и разобрался в хитросплетениях своей родословной, он с самого начала принялся опускать многочисленные «пра», а родственники словно и не заметили этого. Лишь бабушка Юфимия и дедушка Флимонт оказались более принципиальными. Только их Гарри мог звать «бабуля» и «дедуля» и не прибавлять к этому имена.

К правилу не смотреть на внука, пока тот ест, родственники тоже привыкли быстро. Лишь сегодня дед решился нарушить сложившуюся традицию.

— Готов? — спросил Флимонт Поттер, когда мальчик убрал с колен салфетку.

— Не очень, — честно признался Гарри. — К этому можно подготовиться?

— Нет, но тебе понравится, — заверил дедушка. — Школа — один из самых удивительных периодов в жизни. И поездка на поезде — его начало. Потом, даже на втором курсе, все будет иначе.

Дедушка и бабушка много рассказывали Гарри про поездку, лодочки, на которых первокурсники попадают в замок, отбор и первые сложности. Но это не мешало мальчику жутко нервничать.

— Тинки уже собрала твои вещи, — успокоительно сказала бабушка, появляясь на картине рядом с дедом.

— И книги?

— И книги, — подтвердила Юфимия Поттер. — А в твой рюкзак уложен пакет с пирожками и большой термос с какао.

— А еще посуда, салфетки, — подхватила домовушка, вновь появляясь в столовой. — Посуду я сама наколдовала, она исчезнет к ночи.

— Ты самая лучшая, Тинки! — заверил мальчик, и эльфийка мигом заалела от похвалы.

— А то, что я отложил отдельно?.. — спохватился Гарри. — На столе…

— И это тоже уже в чемодане, — весело сообщила бабушка. — Не могу поверить, что ты наш внук! Ты везешь с собой больше книг, чем твой отец прочел за всю жизнь.

— Не преувеличивай, дорогая, — пожурил супругу Флимонт.

— Если только совсем чуть-чуть.

Через полчаса, переодевшись и распрощавшись с родственниками, Гарри позволил Тинки перенести себя на вокзал. Домовушка уже вызнала укромное местечко, где никто бы не заметил возникшего из воздуха мальчика, а потому юный Поттер не вызвал переполоха у пассажиров и работников.

— Удачи, Гарри, — погладив мальчика по руке, шепнула Тинки. Они не прощались надолго. Волшебник знал, что в любой момент может вызвать эльфийку в школу, и ничто не помешает ей явиться на зов.

— Ведите себя хорошо, — не представляя, что нужно говорить, прошептал мальчик и порывисто обнял Тинки. — Я постараюсь писать длинные и подробные письма о своей жизни в школе.

Домовушка кивнула и, смахнув слезы, пискнула:

— Иди. Ты так опоздаешь.

Времени было еще полно, но Гарри кивнул, поудобнее перехватил чемодан и направился в сторону платформ 9 и 10.

Гарри не подозревал, что должен увидеть, но чем больше ждал, тем больше в нем крепла уверенность в необходимости собственного присутствия недалеко от разделителя. Что-то должно было случиться. Должно произойти событие, которое многое объяснит.

До отправления поезда оставалось меньше четверти часа, когда одна брошенная довольно громко фраза привлекла внимание мальчика.

— Я так и думала, что тут будет целая толпа магглов…

Гарри повернул голову, оторвавшись от созерцания кирпичной кладки колонны, и увидел стайку странно одетых людей с вереницей багажных тележек.

По платформе, почти расталкивая пассажиров и провожающих, неслась впереди целого выводка рыжих детей и подростков пухленькая женщина с не менее рыжей встрепанной шевелюрой, лишь самую малость прижатой к голове зеленым беретом. И сама женщина, и, видимо, ее дети щеголяли множеством вязаных вещей.

— Так, милая, а ты помнишь какой номер платформы? — спросила женщина, когда компания остановилась ярдах в пятнадцати от разделителя, став так, что многим спешащим пассажирам пришлось огибать их по самому краю платформы.

— Девять и три четверти, — пропищала единственная среди собравшихся девочка. Она была такой же рыжей, как и остальные, и довольно миловидной, но одежда портила впечатление.

Как-то Гарри прочел, что рыжим весьма редко идет красный цвет. И бледненькой веснушчатой девочке он шел меньше всего, но именно в платье этого цвета ее обрядили. На ногах малышки красовались, почему-то, резиновые сапоги, а вот плечи прикрывала совершенно мальчишеская кофта в голубую, фиолетовую, серую и бледно-розовую полоску с коротковатыми рукавами.

— Мам, можно я тоже поеду?

— Ты еще слишком мала, Джинни, так что успокойся, — решительно заявила женщина, будто не первый раз отвечая на просьбы дочери. — Ну что, Перси, ты иди первым.

Когда самый старший из подростков скрылся в магическом проходе, Гарри наконец решил, что увидел именно то, что должен был.

Если бы он все еще жил с дядей и тетей, а потом отправился на вокзал, то рыжая семейка привлекла бы внимание Поттера, не знавшего бы как попасть к поезду.

«Это было спланировано?» — спросил себя мальчик, наблюдая, как весело поспорив с женщиной, в переход нырнул один из близнецов. Через миг Гарри получил ответ, когда мать семейства пристально огляделась, словно выискивая кого-то в толпе.

Хмыкнув, юный волшебник подхватил свой чемодан и устремился к разделителю, желая проскочить между рыжими детьми и не опоздать на поезд.

— Рон, подожди немного, а то врежешься, — услышал Гарри за секунду до того, как оказался на нужной платформе.

И тут же позабыл о рыжих магах, увидев ярко-алый поезд. Мальчик читал о нем, но все равно поразился виду этого монстра. Против воли Поттера охватило ощущение радостного предвкушения. Лишь теперь он по-настоящему осознал, что впереди его ждет не просто учеба, а новая жизнь. Что-то очень интересное и сказочное.

Улыбнувшись, мальчик поспешил вперед, желая найти себе место в поезде. Тот уже громко пыхтел и выпускал облака пара, давая понять, что до отправления остаются считанные секунды. Рядом с вагонами суетились дети, их родители, ухали разбуженные совы в клетках, дорогу перегораживали огромные сундуки. Порадовавшись, что выбрал более удобный чемодан, Гарри проскользнул мимо сухопарой дамы в старинном наряде и широкополой шляпе, увенчанной чучелом какой-то крупной птицы, и бледного до зелени пухленького мальчика, и заметил с виду пустое купе.

— Бабушка, я снова потерял жабу, — услышал мальчик растерянный голос.

— О, Невилл, — со вздохом отозвался скрипучий голос старушки.

Уже в вагоне Гарри осмотрелся и двинулся в сторону выбранного купе. То на самом деле оказалось не занято, так что Поттер с довольной улыбкой кинул рюкзак на сиденье возле окна и мягким взмахом палочки отправил свой чемодан на верхнюю полку — все последние дни он старался колдовать при помощи палочки, чтобы не вызывать подозрений в школе.

Сев и раздвинув шторки, Гарри стал наблюдать за людьми на платформе, пытаясь высмотреть тех, с кем ему предстоит учиться бок о бок. Круглолицый пухленький мальчик казался таким же первокурсником, как и сам Поттер, но юный волшебник не мог за это ручаться.

Вдруг, пробежав мимо, но затормозив недалеко от окна Гарри, остановилась та самая рыжая женщина. Рядом с ней оставались лишь двое детей: рыжая девочка в резиновых сапогах и чем-то явно недовольный младший сын.