Господин Чудо-Юдо (СИ) - Фаль Эя - Страница 89

– Нет, – дружно сказали мы с Марой Танн.

Медицинский центр омолаживания был совсем маленьким. В крошечном здании было всего два зала – один для общей диагностики, а второй для непосредственного чипирования.

Первый этап с диагностикой пришлось смиренно вытерпеть, чтобы основная масса сотрудниц, крутившаяся вокруг, оставила нас в покое и удалилась по своим делам, а вот после проникновения в капсульное помещение притворяться мы перестали.

– Что вы делаете? – ахнула космозонка в белом халатике, когда Хрык бесцеремонно активировал замок на двери, запирая его.

Вся работа этой единственной сотрудницы в зале – по сути оператора чипирующей установки, – заключалась в укладывания пациентки на удобное ложе, аккуратное заточение под опускающейся прозрачной крышкой и нажатие на кнопку «пуск».

– Мозги твои спасаем, дура, – соизволил ответить центаврит.

Грай хрюкнул от смеха и хлопнул того по плечу.

В последние дни они с Хрыком умудрились основательно задружиться, вызывая у свидетелей этого явления мужской солидарности острое любопытство. Возможно, на самого Грая в первую очередь благотворно повлияла потребность странного центаврита во всех тех интимных вещах, которые для бунтаря-космозонга казались противоестественными. Но для его собственной миссии по спасению народа плывчи было очень выгодно находиться рядом с космозонкой, обладающей властью. Тем более – рядом с той, что должна была стать Великой Госпожой. И Грай был искренне благодарен Хрыку за то, что тот абсолютно ненамеренно оградил его от сферы популярных космозонгских забав с плетками, фаллоимитаторами и связыванием.

– Сейчас же откройте дверь! – не успокаивалась сотрудница.

Ее прогрессирующее возмущение нашими действиями остановил Тэймин, молча подойдя к ней со спины и прижав гипошприц с быстрым снотворным к округлости ягодицы, кокетливо выглядывающей из-под экстремально короткого халатика.

Как только она отключилась, он уложил ее на кушетку возле входа и кивнул нам. Мы синхронно двинулись к капсуле и окружили ее, внимательно разглядывая.

– Тут где-то должна быть управляющая панель для кодов и программирования, – уверенно сказала я. – Эта штука очень похожа на медкапсулы общей диагностики, которые не предназначены для лечения. Гляньте, что у нее в торце с той стороны...

Тэймин обошел капсулу и отдалился на приличное расстояние – по длине это сооружение ничуть не уступало целому аквабилю.

– Есть! – донесся его возглас. – Все сюда!

Однако добраться до панели управления нам не дали.

Тихо потрескивающие разряды парализатора широким веером вылетели из-под капсулы, поразив в качестве мишеней ноги каждого из присутствующих. Мои колени подогнулись от судороги, и потерявшее равновесие тело провалилось на пол.

Падение получилось жёстким.

Затылок звучно соприкоснулся с полом, выбив из глаз искры и послав острую вспышку боли в позвоночник. Зрение помутилось, и последним, что я увидела, было ухмыляющейся коричневой рожей центаврита, которая была покрыта странными беловатыми пузырями. Бешеные глаза под раздутыми веками казались ещё более маленькими, чем тогда, на пиратской «игле», похитившей нас с Марой Танн.

– Коммандер Каш... – выдохнула я.

И потеряла сознание.

Возвращение в мир ощущений было долгим. Что-то происходило вокруг, но я не могла четко интерпретировать ощущения. Жутко болела голова. Особенно болезненна была одна точка глубоко внутри, в самом центре моего мозга. Она пульсировала, питая странную стальную паутину, раскинувшуюся по нервной системе и стиснувшую мое самоосознание толстой непробиваемой изоляцией.

С огромным трудом я открыла глаза, но окружающее видела словно через густую серую дымку.

– Гайя... – с мукой прошептал знакомый родной голос.

Лицо его обладателя казалось далёким, как если бы он обращался ко мне через видеосвязь из другой галактики. Супружеская пси-связь молчала, словно ее отрезало.

– Она теперь в моей власти, – хрипло хохотнул другой голос, грубый и надорванный... центавритский рык выжившего коммандера Каша. – Что скажу, то и сделает. Чипированные все такие после настройки.

Ощущение ужаса медленно проникало в мой заторможенный разум. Если он говорит обо мне... если меня чипировали... то коды доступа к установке никто ввести для деактивации не сможет! Потому что их знаю только я. А удастся ли связаться с Фирэлеей Танн отсюда – большой вопрос... Кто же знал, что коммандер Каш будет поджидать нас, спрятавшись под чипирующей установкой?!

Кожи коснулся прохладный сквознячок быстрого движения воздуха, и коммандер издал приглушённый звук. Я изо всех сил напрягала зрение и сумела наконец рассмотреть очертания фигуры Тэймина, переместившегося к Кашу. Он удерживал его в том самом эффективном захвате, который делал центавритов очень уязвимыми и который помог ему на пиратской базе одолеть Хрыка.

– Говори коды доступа! – потребовал он зловещим тоном. – Или, клянусь Саолл, я Вырву тебе глотку голыми руками!

Угроза не произвела на центаврита сильного впечатления.

– Зачем? – прохрипел он. – Они тебе не помогут, сопливый динитошка! Установку нельзя отключить даже с кодами без последствий, которые тебе очень не понравятся! Уж поверь! Капитан Шохоро позаботился об этом...

Тэймин разъяренно тряхнул его.

– Тогда зачем нужны эти бесполезные коды?

– Ты тупой? Чтобы программками управлять, конечно! Только по мелочи, а не так, как ты рассчитывал. Безопасного отключения не предусмотрено, – и Каш злорадно расхохотался при виде гримасы отчаяния, которая исказила лицо противника.

Тэймин оглянулся на меня, стоящую в пространстве своей серой дымки, словно кибер-кукла, и процедил сквозь стиснутые зубы:

– Тогда говори опасный способ!

– Опасный?..

– Ты тупой? – передразнил его Тэймин. – Сам же сказал, что безопасного отключения не предусмотрено! Значит, существует и опасный!

– Пошел ты! Капитан Шохоро за болтовню о таком по головке не погладит!

– Шохоро сейчас сильно занят, познавая науку усмиряющего пеггинга от Фирэлеи Танн, – огорошил его Тэймин. – Ему уже плевать на всё. Он теперь ее раб! Ты что, вчера трансляцию не смотрел?

Коммандер огрызнулся:

– Я отсыпался после перелета! А до того ещё двое суток не спал...

Тэймин зарычал от нетерпения и впечатал его в стену. От нее посыпалось крошево отделки, и на ровной поверхности проступили очертания распластанной центавритской фигуры – с такой силой это было сделано.

– Опасный способ! Я жду.

Коммандер Каш скривился, покосился на меня, затем злобно глянул на Тэймина.

– Знаешь, на своей «игле» перед аукционом я знатно ее поимел. Везде распечатал. Так что я тебе лучше продемонстрирую, кто настоящий хозяин положения. На ней.

Бешенство Тэймина можно было видеть даже сквозь дымку. Черт, надо было ему рассказать о том, что на самом деле произошло у нас с коммандером. Ведь тогда под внушением он «знатно поимел» лишь жирнец и питьевой шланг...

– Даже не думай. Я тебе за ещё один косой взгляд или слово в ее сторону яйца вырву. С корнем.

– Эй, девка! – не послушал его Каш. – Приказываю тебе... ахррр... Пус...ти!!! А-а-а!!! Я молчу... молчу!

Похоже, Тэймин действительно схватил центаврита за яйца и начал выкручивать их.

– Способ!

– Лады! Брыхлово дерьмо... – простонал Каш, явно переживая за судьбу содержимого своей мошонки. – Из-за девки... так... на реального мужика... сопливый динитош... Лады, говорю! Опасный способ означает, что установку можно отключить изнутри, если запустить процесс чипирования, закрыться внутри и вскрыть внутреннюю панель с блоком питания! Но как только ты его вырубишь, защитный контур отреагирует на тебя полной психокоррекцией! До состояния тупого беспомощного имбецила!

Тэймин пристально смотрел на него, оценивая степень правдивости сказанного через ментальное поле. Судорожно сглотнул и посмотрел на меня. Затем снова на ухмыляющегося ему в лицо центаврита. И, разжав захват, сделал шаг назад.