Печати Мирана (СИ) - Макушева Магда - Страница 83

Мы с Фелисом прошли к одной из боковых стен, мужчина подошел к пульту управления системами дома, и через пару секунд стена преобразовалась в небольшую зону для приготовления пищи.

- Андроида у нас нет, - пояснил мужчина, - точнее... не было, когда я отсюда улетал.

- Ты, наверное, успел попутешествовать по планетам? - я наблюдала за тем, как миранец достает из боксов и раскладывает по узкой стойке продукты. Мясо опознавалось сразу, овощи и фрукты сложнее, потому что какие-то из них я и вовсе никогда не видела даже в инфосети.

Я осторожно подошла, беря каждый странный фрукт-овощ в руку, нюхая его и пытаясь понять, что это такое. Так, вот это я знаю, это с Дилоса. Вот это похоже на земную дыню, такие даже на Зитаре выращивают.

Миранец немного сомневаясь, подсунул мне эту самую дыню и кивнул на автоматический резак.

- Да, был даже в другой системе, - Фелис методично разрезал мясо на кусочки, посыпая их чем-то из колб, которые достал из нижнего отсека.

- Расскажешь что-нибудь интересное, - полюбопытствовала я. С миранцем, несмотря на то, что мы были знакомы мало, оказалось очень приятно и спокойно находиться рядом. Не знаю, каким он был во время отсутствия на Миране и как переживал разлуку с побратимами (а я уже поняла, что это далось ему чрезвычайно непросто, и, похоже, чуть его не погубило), но сейчас Фелис Северин выглядел вполне расслабленным, даже воодушевленным. Это просто удивительная стойкость характера и гибкость психики. Хотя... Он ведь гармонизатор этой тройки, это как бы особенность его энергии, часть его натуры...

- Однажды мы наткнулись на пиратов... - начал рассказывать мужчина.

Знаете, я даже временно забыла, по какой именно причине я вообще попала в эту квартиру...

- Не спится? - услышала я голос Милана, когда среди ночи сидела на диване в гостиной и пила какой-то довольно приятный на вкус напиток из миранских фруктов, который обнаружила в холодильном боксе.

Я вздрогнула и повернулась в его сторону. Мне действительно не спалось, мысли обо всем, что происходит со мной сейчас, вынуждали бодрствовать и думать, думать, думать...

- Слишком много мыслей, чтобы спать, - отозвалась я, - знаешь, мой папа всегда говорил, что моя голова - дом советов. Так говорили мои предки о тех, кто слишком много думает.

- О чем, например, ты думаешь прямо сейчас? - миранец не стал дожидаться приглашения, а просто переместился ближе и сел на пол напротив меня.

Слабая иллюминация не давала хорошо его рассмотреть, но я сразу заметила, что майор одет лишь в брюки, а его светлые волосы взлохмачены и почти стоят торчком на голове.

Мужчина впервые предстал передо мной в таком расслабленном и домашнем виде, без глухо застегнутой одежды или тщательно уложенной прически. Исключая, конечно, тех часов, что я видела его в капсуле без сознания. Это даже немного меня развеселило, потому что сейчас он казался практически моим ровесником, хотя я и знала уже, что миранцы живут гораздо дольше людей и двадцать лет Милану, скорее всего, стукнула даже пару десятилетий назад.

- О папе, - сообщила я, - о том, что происходит на Зитаре. О том, что сейчас происходит с Марией, Ией, Полией и Навой.

- Ты можешь завтра связаться со своими подругами и поговорить с ними о том, что тебя беспокоит, - проговорил Милан, - они все, кроме вашего капитана, сейчас недалеко от нас.

- Так и сделаю, - кивнула я.

- Что до твоего отца, то с завтрашнего дня я свяжусь с управлением безопасности и начну входить в курс дела по его ситуации. Я уже получил разрешение на участие в расследовании.

-Разве это не секретное дело ваших военных? - уточнила я у него.

- Это совместное расследование моего управления и военного ведомства. Тем более, в отличие от моих коллег, я лично был на Зитаре и смогу дать больше информации о том, что там происходило, пока мы искали “Мириаду”. Но нужна будет твоя помощь. Сможешь рассказать мне все, что вспомнишь и о делах Советника, и его недоброжелателях и поделиться соображениями о том, что сама обо всем этом думаешь?

- Ты что-то знаешь? - спросила я.

- Скажем так, слышал кое-что в “низе” Алмала, - кивнул миранец, - и теперь мне кажется, что это может быть связано с твоей ситуацией.

- Я помогу любой информацией, - согласилась я - это в моих интересах.

- Не только информацией, но и твоими соображениями, - поправил меня мужчина, - у тебя прекрасно получается делать правильные выводы и анализировать факты и свои наблюдения. А пока твой отец не может дать показания, именно ты самый важный источник информации для проведения независимого расследования по ситуации с Советником.

- Какая грубая лесть, майор Икзон, - щелкнула я языком и покачала головой.

- Никакой лести или преувеличений. Тебя этому учили, - спокойно отозвался миранец, - я видел, как ты обращаешься с оружием, как действует в критической ситуации. Так что из тебя получился бы хороший безопасник, Кира. А твое мастерство в ведении допроса я уже смог оценить на себе.

Я тихо рассмеялась, а потом вдруг замерла, пытаясь уловить какую-то перемену в самой себе. Мне было...хм...легко. Аура Милана на меня совсем не давила, словно я по какой-то причине совершенно перестала ее чувствовать. Да, напряжение никуда не ушло. Но это напряжение было каким-то даже приятным. Таким, знаете, томительно-сладким, насыщенным, даже будоражащим.

Посмотрев на миранца, я уловила, что его глаза сейчас кажется практически черными. А еще подсвечиваются изнутри каким-то слабо уловимым огоньком, маячащим где-то в глубине зрачка.

- Что значит этот рисунок? - Милан сглотнул и кивнул на мое голое бедро, не скрытое тканью футболки Лекса, выданной мне в качестве домашнего одеяния.

Взгляд мужчины прошелся по моей ноге и замер на узоре зитарской татуировки, которую я сделала еще в пору своей бунтарской юности.

- Это древний зитарский символ-оберег, - пояснила я, - я все же на некоторую долю крови зитарка. Он называется “эбри”, то есть “хранитель песков”.

Я тронула узор из звезд, черточек, языков пламени на своей коже, и улыбнулась. Я не любила Зитар, нет. Он не стал для меня домом даже близко. Эта планета так и осталась чужой и непостижимой, слишком не советующей моему характеру, ценностям и мировоззрению. Я не понимала традиций зитарцев, но все же признавала свою частичную принадлежность к их расе и уважала своих предков. Ведь по рассказам отца, его прадед кардинально отличался от представителей своей планеты, и моя татуировка скорее хранила память о собственном наследии и собственных корнях, а не о планете в целом.

- Неожиданно, - усмехнулся миранец, - ты полна сюрпризов, госпожа Разина. Можно?

Я неуверенно кивнула, и рука Милана легла на рисунок на моей коже. Я вздрогнула и задержала дыхание. Ладонь миранца была невыносимо-горячей, а его прикосновение буквально простелило меня волной жара с макушки до кончиков пальцев на ногах.

- Мы с моим другом Барахом сделали похожие рисунки, - начала я, чтобы отвлечься от оголяющих каждое нервное окончание ощущений от прикосновения пальцев миранца к своей коже. Почему-то заставлять миранца прекратить меня трогать мыслей у меня не возникало, потому что это было слишком...хм.... приятно и очень волнующе - Барах - тот кто помог мне скрыться из Альмала, когда меня выселили из нашего с отцом жилья. Кажется.... Да, я почти уверена, что он может знать о тех, кто меня разыскивал. А они, наверное, могут быть как-то связаны с делами отца.

- В ближайшие дни мы все это обсудим, - согласился Милан, проводя пальцами по тонкой окантовке рисунка. Его голос его приобрел какую-то темную, почти потустороннюю глубину, и вряд ли он сейчас вообще думал о том, что именно я ему сказала.

В полумраке и ночной тишине казалось, что прямо сейчас между нами происходит какое-то почти что...таинство. Я чувствовала себя загипнотизированной действиями миранца, мое тело жило собственной жизнью, наполняя меня каким-то невероятным концентрированным потоком странной силы. Она гуляла под кожей, отзывалась внутри меня томительной, даже мучительной необходимостью никуда не убегать и ничему не приотвориться. Тянула меня, так тянула куда-то навстречу....