Безликий (СИ) - Манасыпов Дмитрий Юрьевич - Страница 42

Кто-то там да выживет. Нам бы так повезло.

Хотя, конечно, если оторвёт чего-то, то тут тоже так себе вариант.

По часовой — посадка

Мягко и тяжело отдалось в ноги. «Кондор», зависнув над землёй, спустил бронемашину. Звено апостолов первое начало карусель, тут же оказавшись на ней и откатившись до остова комбайна и прикрывая свой сектор.

Мы катимся на броне. Мы не забираемся внутрь. Мы точно знаем плюсы и минусы обоих способов, выбрав самый глупый. Он же — самый живучий. Да, тебя легко снять с обычного винта через СК, тебя легко снять даже с пистоля, просто хорошенько прицелившись. И, несомненно, можно спешить с осложнениями простым каменюгой, если попасть как, куда и когда нужно.

Но оказаться внутри при попадании кумулятивного заряда — удовольствие ещё хуже.

Мы садимся на броню через три посадки, мы распределяемся между стальных сетчатых наростов-лепестков, закреплённых на подвижных креплениях. Направляющие спрятаны в листах брони, движение за счёт аккумуляторов, автоматическая система спит на макушке башни, упрятанная в силовой кокон. Когда мы оказываемся сверху, «носорога» обегает серебристо искрящаяся голубая плёнка.

Энергетическое поле первым встречает атаку, первым же сдаётся, мощность двигателя на него не распределяется, «носорог» не танк, у нашего броневика тупо аккумулятор, а он сдыхает быстро.

Следующим приходит черёд лепестков, отбивающих дроны, беспилотники, малые ракеты и относительно крупные снаряды. Лепестки опасны передвижением, оно автоматическое, а в суматохе боя легко забыть про направляющую и оказаться на ней. Хруп — и твоя нога летит за борт, аяяй, выживешь, тут и вспомнишь доктора Айболита:

— Я пришью тебе новые ножки

И ты опять побежишь по дорожке

Статистика безжалостна: самые лучшие протезы приживаются в восьмидесяти процентах. Казалось бы — чего там, оставшиеся двадцать, это мало! Ну да, если сам не попал в эти двадцать.

Отрастить ногу? Вообще не вопрос, нас вон выращивают с нуля и полностью. Только сделать настоящую ногу стоит оёёёй, просто. Ну, что? Рыночная экономика, спрос, предложения и свободная конкуренция. Нас спонсирует Гильдия и правительство, а также всякие институты, ставящие опыты.

Многослойный пирог броневых поясов «носорога» остаётся напоследок и, чаще всего, нам он не виден. Вернее, его применение. Потому как, если дошло до него, то ты либо уже сиганул вниз, либо помер.

Себ разбил машины на три потока, пустив вдоль дороги, почти незаметной глазом. По ней самой пошла его тройка, где в середине шёл броневик, приютивший на себе кресло с пастырем. Рой роился над ним, выпуская щупальца вперёд и контролируя периметр, если можно было так сказать.

Городок надвигался, становясь всё больше. Стандартные блочные дома, стандартные ангары-склады, стандартные черты пейзажа относительно законопослушных переселенцев на их новой родине. Почему-то, правда, решившихся бунтовать.

Пятидесятый, два часа, серая крыша

Часть Роя качнулась в сторону огненного цветка, распустившегося в оконце под кровлей. Трассера протянулись в сторону ближнего бронеавтомобиля, цапнули кого-то из наших. Со стороны смотрелось как-то игрушечно, вот фигурка в небликующей броне, вот она завалилась набок, плеснула красным и упала.

Только курсор и опыт подскажет случившееся, где пятидесятый, выстреливаемый с адовой скоростью, почти перепилил бедолагу пополам.

Рой влетел в крышу, в окно, на миг завис тучей возле окошка, пропал внутри. Пыхнуло белым облачком, добавилось несколько лениво-жирных серых языков дыма. И всё, подавлено.

Вниз

Мы посыпались горохом, разве только горошины катились, не как Бог на душу положит, а запланировано. Раскрылись кормовые люки, медплатформа выбралась наружу и важно потопала в сторону, прикрываемая мех-псом. Ути-пути, милота, ми-ми-ми, честное слово. Если бы не знал про стальной бунт, точно порадовался бы эдакому торжеству инженерной мысли.

Со стороны городка потянулись светящиеся разноцветные линии. Милиция или наёмники дрались неплохо, заставляя вжиматься в землю и двигаться вперёд почти по-пластунски. Хорошо, хоть у нас не только лёгкое вооружение.

«Носорог», встав освободившейся кормой к заводику, грохотал башней. Управляемый модуль со спаркой 30 мм, дополнительным 50-ым, пилонами с НУРС, по традиции красиво называли «драконом». В целом весьма смахивало, если оценивать всё величие выпускаемого огня. Нашим оппонентам немного не повезло, но переживать за них даже не думал. Хочешь стоять за принципы — будь готов стоять до конца и помереть. Иначе грош цена твоим взглядам на всё, а сам ты тупо балабол и пустобрёх.

«Дракон» ревел, разбирая заводик на мельчайшие составляющие отдельных блоков, летела труха синткоралла, крошка полибетона и искры размолотой арматуры. Мы шли по флангам, не теряя времени и пользуясь двумя мех-стаффами, выделенными Себом от широты душевной.

Вперёд

Двинулись дугой, по краям вытягиваясь вперёд и охватывая район вкруговую. В нас огрызались из пока целых домов, мы давали сдачи. Знакомая интересная игра с высокими ставками, чего уж.

Бронированные мех-псы со спарками на спинах, управляемые кнехтами, сеяли ужас, мрак, смерть и огонь. Робозверьё кралось, следуя приказам, замирало, находило цель и дальше перемалывало цель в труху. В густо брызгавшую красным труху.

Работа у нас простая: пламя, сталь да свинец, знай, колошмать вражин и наполняй мошну. Рутина, что тут скажешь? Хотя в каждой хорошо знакомой операции, идущей по отработанному шаблону, всегда найдётся место импровизации. Точь-в-точь как сейчас.

К шахтам, там прижали наших

Четыре ближайшие пятёрки, «носорог» и медробот с парой мех-стаффов, двинулись туда. Мне тоже пришлось, хотя тут нравилось больше. Чуть просторнее, чем в паутине нескольких улочек, если судить по карте, сделанной Роем и сброшенной нам Себом.

Не знаю, как там дела у наших, но мы добрались достаточно быстро. И без потерь. И с одной серьёзной перестрелкой. И, честное слово, мать-волшебница, всё это мне конкретно так не нравилось, отдавая душком какой-то гадости, ожидавше й впереди.

Очень хотелось ошибаться. До зубовного скрежета хотелось. Только не вышло…

Наших не оказалось. Вернее, броневики стояли, но пустые. Где-то тут, заметив засохший бурый след на борту ближайшего к нам, понял — мы наступили в конкретное такое дерьмище. И жопки то тут нам надерут.

Прямо здесь и сейчас.

Когда взревело — земля вздыбилась под ногами, когда меня подкинуло вверх, следом приложив о твёрдое, то не вырубился, но вот грогги поймал. Хорошо, хоть успел дать команду:

А-режим

Так, наверное, ревёт флейм-дракон, добираясь до намеченной жертвы. Не грохот, не взрыв, а что-то куда страшнее. Трясло от ушей до пяток, вибрируя всеми потрохами и раскачивая, когда попытался встать.

Стоило бы посидеть, а лучше бы и прилечь, само собой. Но даже будь я шахтёром, а не бесом, вряд ли бы так поступил. Обвал на руднике не даст спокойно посидеть, надо двигаться. А уж если ты на во йне, то стоит ждать плохого. А хорошая вышла засада.

Наверное, применили геозаряды, используемые при разработке шахт. Эдакий мирный вариант термояда, без радиации, без распыления химии, но от того не легче. Наушники и шлем сожрали сколько-то децибел, но лёгкую контузию точно заработал. Да?

Медблок: перфорация барабанной перепонки

Анестетик — применить: Да/Нет

Да

Стимулят…

Да

Применён гемоспрей

То-то показалось — в ухе хлюпает. Звенит, гудит, но вроде приходит в норму. Хорошо.

Сбор — север, два часа

Хорошо, Себ, ты жив, уже нормально.

Курсор бегает по сторонам, запущенный моим «свой-чужой». Курсор тыкается электронным чутким носом через оседающие серые клубы, через осыпающуюся землю, через расползающийся сизый пар системы отопления. Зелёных подсвеченных силуэтов мало, в два раза меньше, чем нас имелось снаружи. Красные рдеют остывающими телами, и, судя по всему, больше всего пострадали апостолы, всегда прикрывающие друг друга.