"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 249

Темнота вокруг все еще давила, однако князь не чувствовал влияние какой-либо техники на себя.

— Выйди и сразись со мной! К чему эти фокусы?

Знак Лели сложенный его пальцами образовал вокруг тела линии воды, которая спиралью окутала его. Он развернул восприятие, но все еще не чувствовал никаких воздействий. Спереди в темноте послышался сдавленный хрип.

Точно такая же тварь, как и ранее вылезла на него. Кровавые куски плоти, слепленные между собой. Глаза, что перекосило, располагались в разных частях того, где по меркам человеческой фигуры должно находиться лицо. Присмотревшись, Чистовод увидел, что тело выглядит чуть лучше, чем предыдущее. Больше черт проглядывалось в нем, но тем не менее оно оставалось бесформенным.

Пара шагов, точный взмах Апреля и чудовище растворилось во тьме.

— Это все какая-то шутка?

Чистовод несколько раз провел мечом, отправляя режущие водяные волны во тьму, но пролетев небольшое расстояние они попросту исчезали.

Сдавленный хрип послышался позади, однако в этот раз в нем были нотки какого-то голоса, который был смутно знаком Чистоводу. Он резко повернулся, принимая защитную стойку, но тут же обомлел. Князь, который всегда был спокоен и хладнокровен, но при этом не лишен сочувствия. Правитель, что живет уже столько лет и уж точно среди тех, кто может сохранять спокойствие в страшных ситуациях ему не найдется равных, сейчас боролся с бешено бьющимся сердцем.

Существо, которое все также выглядело трижды пережеванным и искромсанным человеком теперь все же напоминало его, а не бесформенную кучу плоти. Но то, что заставило князя содрогнуться, был небольшой клочок одежды на теле.

Из ткани нежно-синего цвета.

С фамильным гербом княжества Иса.

Чистовод мотнул головой, отступая назад. Его руки задрожали.

— Нет… этого не может… Хватит! Прекрати!

Он прыгнул, исключая в голове какие-либо сомнения и разрубил на две части непонятное существо. Как и прежде оно растворилось в темноте.

— Разум человека — это такая занятная вещица. В нем столько страхов и сомнений. Столько разочарования и боли. Даже великий князь, за спиной которого драгоценный опыт и незыблемые идеалы. Даже он имеет слабости и страхи, которые запрятаны глубоко в его разуме. Я прав, Чистовод?

Голос говорил медленно и внятно. Он звучал всюду и заставлял чувствовать себя не на своем месте.

— К чему это все? — выровнял свой тон Чистовод, он старался успокоить себя, ведь виденное было лишь тем, что специально показывал ему враг. — Покажи хоть сотню таких, я справлюсь с ними. Они недостаточно сильны.

За каждым словом скрывалось сомнение. Неведомая техника продолжала давить на его разум, заставляя все больше верить тому, что происходило.

Внезапно голос сменился и начал звучать за спиной Чистовода. Голос, столь знакомый и важный для него. Тот, которым он дорожил больше всего на свете.

Его голова потяжелела, а тело будто налилось свинцом. Он поворачивался, но настолько медленно, что мог бы быть убит уже несколько раз, если бы его противник того желал.

Перед ним стояла фигура, все еще израненная и кровоточащая, но уже полностью и отчетливо похожая на человека. Определенного человека.

Нежно-синий кафтан, фамильный герб Исы. Юноша с чистыми голубыми глазами, длинными и черными, как смоль, волосами. Нежные черты израненного лица были отдаленно похожи на Чистовода.

— Пересвет…

— Но ты же умер, да? Да, отец. Я погиб тогда! Сложно было тебе все это время, а? Осознавать, что ты и пальцем не пошевелил, чтобы спасти своего собственного сына?!

Руки Чистовода предательски задрожали. Кожа покрылась мурашками. Сердце сжалось до состояния, когда каждый стук едва слышен. Он видел, как к нему шагал его собственный сын. Тот, что погиб тридцать лет назад. Но сейчас он не верил в это. Та смерть была где-то далеко в прошлом и казалась всего лишь кошмаром. Ком подступил к горлу, не позволяя мыслить здраво. Голова князя была забита лишь одним.

— Каждый… каждый день, все эти тридцать лет я мечтал увидеть тебя снова. Ты не представляешь, как я корил тогда себя за то, что мы разделились на два фронта. Ты просто не представляешь, как я…

— НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ?! Ты видел то, что разрубил первый раз? ВИДЕЛ? Именно в это меня превратил Захария. Хотя, ваше величие уже узрел меня собранным воедино. Знахари видно постарались, чтобы папаша не расстроился при виде груды ошметков вместо сына. Не представляю… А ты? ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ? У меня была любовь, была целая жизнь впереди! Огромный талант, который сделал бы меня величайшим практиком, а возможно когда-нибудь и князем, о котором знал бы весь Русский Каганат, а теперь что? ЧТО? Я лежу в сырой земле, медленно становясь ее удобрением, а моя душа варится в котле Чернобога. Такого ты хотел для своего сына?

Чистовод шагнул вперед, но его тело продолжало дрожать. Между ним и его сыном оставалось лишь пять шагов.

— Я не хотел, сынок. Ты же знаешь, как я любил тебя! После смерти твоей матери, мы с тобой — единственное, что осталось друг у друга. Я желал тебе только лучшего, но… не уберег. Прости меня, Пересвет!

— Нет, отец. За то, что ты не помог мне тогда, за то, что отправил умирать, ты поплатишься своей собственной жизнью!

Пересвет вытянул руку вперед и вонзил кинжал в живот Чистовода. Защита пропустила самый обыкновенный удар, потому как князь был в смятении. Его сердце наполняли сожаление и боль. Он думал, что за тридцать лет свыкся с этой потерей, но нет. Она до сих пор заставляла его сердце обливаться кровью.

Даже не поморщившись, он сделал еще шаг и крепко обнял сына. Лезвие вонзилось глубже.

— Я знаю, что мог бы быть лучшим отцом. Знаю, что тебя уже не вернуть, как бы я не старался и как бы не хотел. Ни одна техника и ни одно легендарное растение не может вернуть того, кто был предан земле. Я хочу, чтобы ты знал, что я ни на мгновение не забывал о тебе. Ты всегда будешь жить в моем сердце. И всегда я буду любить тебя, сынок.

Все еще крепко обнимая Пересвета он вынул кинжал из своего живота и молниеносно метнул его куда-то в сторону, его пальцы удерживали знак Лели, придавая оружию дополнительную скорость, за счет покрытия водой и усиления Духовной Ивы.

ХЛОПОК!

Пересвет растворился в воздухе, как и тьма, которая скрывала поле боя. Снова в ушах зазвенели звуки сражения.

В пятнадцати шагах справа от Чистовода стоял высокий мужчина, который выглядел буквально, как копия Захарии, его отличали лишь цвет волос, что были полностью седыми, и глубокий шрам, проходящий через все лицо.

Мужчина держал перед собой руку, которую насквозь пробил брошенный князем кинжал.

— Как занятно! Значит ты отдавал себе отчет, что я манипулирую твоими воспоминаниями, но все равно дал себя ударить? Вообще необычно, чтобы мою технику могли развеять одной лишь силой воли. Брат не врал о вашем безграничном духе.

— Да, я поддался изначально, но твоя ошибка была в том, что мой сын никогда не стал бы обвинять меня за свою смерть. Для него жизнь близких в разы дороже, чем его собственная. Я всегда боялся того, что он будет винить меня в своей смерти, но Пересвет был человеком чести, склонным к самопожертвованию. Даже больше, чем я сам. Это и вывело меня из транса. А рана… Что ж, это ничто, в сравнении с тем, что я снова обнял своего мальчика. Спасибо тебе, за такую возможность.

Мужчина рассмеялся, вытаскивая кинжал из руки и откидывая его в сторону.

— Я и не надеялся, что ты сляжешь от такой техники. Это было бы слишком просто, верно, Чистовод? Я наслышан о тебе. Сейчас ты один из немногих, кто представляет для нас реальную угрозу.

Пока он говорил, багровый туман медленно густился в его руке, затягивая рану, другой же он вытянул из ножен широкий одноручный меч.

— Вот как, не думал, что у Захарии есть еще сильные практики, о которых нам неизвестно.

— Мое имя Тирах, и я его родной брат. Думаю, будет честно знать имя того, кто вскоре поможет тебе воссоединиться с сыном.