Последнее приключение Флинкса - Фостер Алан Дин - Страница 74

— Интересно, а может, они прокладывали тоннель в плюс-пространстве или нуль-пространстве? — завороженно пробормотал Флинкс. — Или в каком-нибудь еще месте, которое математики-теоретики еще даже не изобрели? Как же вы нашли меня? Вы что, можете перехватывать особый почерк моих мыслей через все эти парсеки?

— Это было нелегко, — сказал Ням. — Поэтому мы и послали кое-кого сходить и посмотреть. Флинкс вопросительно наморщил лоб.

— Сходить и посмотреть? Но кто? Голос, раздавшийся за спиной Флинкса, заставил его вздрогнуть.

— А ты как думаешь?

Это был Может-быть-так, выглядевший, как всегда, суровым и опечаленным.

Даже для уджурриан Может-быть-так был единственным в своем роде. Приятели считали его совершенно безумным. И если обитателей Улру-Уджурра принять за аномалию среди разумных рас, тогда Может-быть-так был аномалией из аномалии.

— Привет, Может-быть-так!

— Пока, друг-Флинкс!

Медведеподобный гигант исчез так же бесшумно, как и появился. Разговорчивым его назвать было никак нельзя.

Флинкс перехватил взгляд Клэрити. Она убедила себя в том, что вышла из состояния шока, но недолгий визит Может-быть-так доказал обратное.

— Он появляется там, где ему заблагорассудится, — извиняющимся тоном объяснил Флинкс. — И ему не нужны для этого никакие тоннели. Никто не знает, как ему это удается, даже другие уджурриане, а он никому об этом не рассказывает. Они думают, что он немножечко того.

— Да не того, а совсем. Сумасшедший!

Из бездонной ямы в центре комнаты появился четвертый мохнатый персонаж. Нечто среднее между медведем-гризли и лемуром. Звали ее Мякуня. Она шлепнулась на пол и стала отряхиваться.

Именно тогда Флинкс заметил сияние колец, которые были на каждом из его гостей.

— Это, что ли? — отозвался на его немой вопрос Голубой. — Игрушки, которые помогают нам копать. Мы построили для тебя корабль. Мы сделали и это. Все это — часть игры, верно?

— Погодите минуту. Другой, тот, что появился за твоей спиной, Флинкс, — слабым жестом указала Клэрити. — Откуда он возник? И куда подевался?

— Никто не знает, откуда он возник. Так же, как никому не известно, куда он вечно исчезает.

— Мне кажется, я начинаю понимать, — медленно проговорила Клэрити, — почему Улру-Уджурр находится под Эдиктом Церкви.

— Ты, пожалуйста, не забывай о том, — сказал ей Флинкс, — что Уджурриане абсолютно невинны. Аанны начинали незаконное освоение их мира, когда я там появился. В то время у уджурриан не было понятия о цивилизации, о современных технологиях или о чем-либо, что имеет отношение к тому и другому. Они ели, пили, спаривались, рыли свои тоннели. Играть в игры — так они называли все это. Поэтому я познакомил их с новой игрой, игрой в цивилизацию. И им потребовалось не слишком много времени, чтобы построить космический корабль. Это как раз и был мой «Учитель». Представить себе даже не могу, чему они могли научиться за это время. Одно ясно — умеют делать кольца.

— Как развлекаться еще больше, по-новому! — прогудел Пушок. — Я добрался сюда на помощь другу-Флинксу слишком поздно, но не слишком поздно, чтобы еще больше поразвлекаться. В любом случае пришлось бы найти тебя. Появился новый элемент игры. Очень интригующе. Ты бы сказал так: «Предусматривает наличие неэксплицитных астрофизических и математических метастаз».

— А может быть, и не сказал бы, — осторожно заметил Флинкс.

— Нам необходимо выбраться отсюда, — сказала Клэрити, изучая взглядом ступеньки. — Сюда может нагрянуть еще целая армия фанатиков в поисках своих друзей.

— Это уже не имеет значения. Ведь здесь Уджурриане.

Эти слова Флинкс адресовал Клэрити, но поток мыслей был направлен на Пушка.

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь о новом элементе игры? Мне казалось, что правила, которые я установил вам, были недвусмысленны.

— Были, это точно. Не забывай, что ты научил нас также и тому, что не каждый играет в игру по правилам. Ты объяснил нам, что такое жульничество. Так вот это — разновидность жульничества.

Эту мысль подхватила гладкая Мякуня, и в ее мысленном голосе слышалась отчетливо различимая женственность.

— Ты знаешь, что мы всегда рыли тоннели, друг-Флинкс. Среди той информации, которую оставили «холодные умы», мы раскопали кое-какие интересные идеи для новых тоннелей. Таким вот образом мы и взялись за новый тоннель, — она улыбнулась, обнажив длинные клыки и зубы, способные разгрызать кости. — Мы можем рыть любые тоннели — в скалах, в песке, в том, что ты называешь пространством-временем.

— Это очень забавно — копаться в других мирах, — прокомментировал Ням. — Один и тот же мир скоро надоедает.

Он рассматривал один из лазерных пистолетов, который, обронил один из телохранителей Вандерворт. Флинкс оставался спокойным. Единственное, что интересовало Няма — это устройство пистолета.

Мякуня продолжала.

— Копаем много тоннелей к другим мирам. Она указала рукой на пустую яму. Флинкс поостерегся приближаться слишком близко к ее краю.

Если упасть туда, то неизвестно, где и когда окажешься.

— Я прорыла тоннель до места, которое твой народ называет Лошадиным Глазом, а местные жители — Тсламайна. И нашла там кое-что интересное.

— Большую машину, — влез в разговор Ням. — Самую большую из всех, которые я когда-либо видел.

Фривольность, столь характерная для него, на этот раз отсутствовала в его мыслях.

— Я кое-что изучила, — продолжала Мякуня. — Некоторое время спустя нечто действительно странное засекло, что мы заняты изучением, и принялось нас преследовать, но мы убежали прежде, чем оно добралось сюда. Ты же знаешь, мы передвигаемся очень быстро, когда нас к этому вынуждают. Я нашла на планете Лошадиного Глаза маленькие предметы, подобные этим, неотделимые от большой штуковины. Звенья, которые их связывают, действуют как наши тоннели, только они намного меньше.

— А что такое лошадь? — неожиданно спросил Пушок.

— Земное животное на четырех ногах, — ответил Флинкс. — Но теперь их редко где встретишь.

— Плохо. Внешне они смотрятся прекрасно.

— Помолчи, Пушок, — одернула его Мякуня. — Сейчас говорю я.

— Не затыкай мне рот.

Они обменялись тумаками, самый легкий из которых выбил бы напрочь дух из взрослого мужчины, после чего стычка прекратилась, как будто ничего не было. Клэрити в самом начале драки подбежала к Флинксу и прижалась к нему. Он с неохотой позволил ей остаться рядом с собой. Разум его был спокоен и ясен, чего нельзя было сказать о его чувствах.

— Прежде, чем нечто действительно очень странное бросилось нам вдогонку, мы успели уяснить для себя, что же собой представляла эта машина.

— Это сигнальная сирена, — пробормотал Ням.

Флинкс увидел, что он с головой ушел в разборку лазерного пистолета. Его огромные пальцы ловко ковырялись в электронной начинке оружия.

— Какая еще сирена?

— Чтобы предупреждать кого-нибудь о чем-нибудь. О большой опасности. Правда, людей, которых она должна была оповестить, уже давным-давно нет.

В мозгу Флинкса мелькнул образ понятия «давным-давно», который Мякуня спроецировала так, что он уходил в бесконечность. Это производило сильное впечатление, потому что Уджурриане никогда ничего не преувеличивали.

— Вы сказали, что вам все же пришлось поискать меня. Из-за этого?

Все четверо урсиноидов одновременно кивнули головами.

— А почему вы пришли ко мне? Мне ничего не известно о планете, именуемой Лошадиным Глазом, так же, как о ее зловещих машинах.

— Ты — учитель, — просто ответил Пушок. А потом с потрясающей откровенностью добавил. — Все потому, что ты каким-то образом с ними связан.

— Кто? Я? — Пип легонько подпрыгнула на плече хозяина. — Да как я могу быть с ними связан, если в первый раз слышу об этом?

— Это ощущение — вот здесь. — Пушок показал на голову. Теперь даже он разговаривал с величайшей серьезностью. — Ты — ключ к чему-то вроде машины или опасности. Или к чему-то такому, чего мы еще не знаем. А нам бы хотелось знать. Это помогло бы нашей игре. Опасность заставляет тревожиться.