Пламя Феникса - Бабчинская Юлия - Страница 41

Она посмотрела на Лали прямо и непреклонно, удерживая взгляд.

– Мариэ?

– От нее давно нет вестей. Мариэ обязательно бы написала, будь она жива.

– Но почему ты так говоришь? Почему ты следующая? Ты даже моложе Дженни!

– Дженни и так нет среди живых все эти десять лет. Это самый ужасный случай, милая, когда хоронишь себя заживо. Мне иногда страшно подумать, в кого она может превратиться.

Лали вдруг пробрала дрожь от этих слов. Но вот за спиной Ксиу сгустилось облако пара, и оттуда явилось искаженное серое лицо. Следом выступил и сам человек в разорванной одежде – точнее, то, что походило на человека.

– Ксиу… – пискнула Лали, позабыв обо всех тренировках.

Конечно, ей уже доводилось встречать чудищ, но здесь, средь бела дня, этот дух казался неуместным.

Сестра развернулась и напряглась всем телом, заметив приближавшееся серокожее создание. Глаза его были водянистыми, по телу тоже струилась вода, пропитывая лохмотья.

– Могуй, – тихо прошипела Ксиу. – Неуспокоенный дух…

Дух смотрел только на одну лишь Лали и, выставив перед собой руки, двинулся на нее.

Лалибэй собралась было защищаться, но что она могла? Размахивать кулаками перед призраком? Или же…

Неожиданно послышался тихий ритмичный шепот Ксиу.

- Лепестками рассвета ложишься на землю… коснешься розы шипов в закатных лучах… ирис ночной среди звезд не погасишь, и эхом… – Дух замер, задрожал, черты его безобразного лица исказились, – и эхом вторят небеса.

Лали не понимала, что именно менялось вокруг них, пока не уловила знакомые потоки. Потоки того, чем столько лет она мечтала овладеть. Ремесис. Ее сестра управляла ремесисом, сдерживая этого злосчастного духа. Внутри Лали клокотали противоречивые эмоции: ей было отчасти жаль того, кого сестра назвала «могуй», блуждающую душу, но больше всего сейчас она злилась – Ксиу вновь предала ее доверие! Она владела ремесисом, но почему-то Лали в это никто не посвятил!

От гостевого дома отделилась черная тень в маске. Бесшумно подплыла к духу, которого пыталась обуздать Ксиу, и ухватила его будто бы за шиворот, если такое было возможно. Лали не сразу сообразила, что на помощь им подоспел Риок.

– Возвращайся туда, откуда явился! – прорычал Советник короля и с этими словами развеял духа по ветру, словно пыль. – Надеюсь, с вами все в порядке? – обратился он к сестрам, на что Лали и Ксиу одновременно кивнули.

– Духи становятся слишком наглыми, не находишь, Риок? – проговорила Ксиу.

– Все так, и не только наглыми, но и более осязаемыми. Это нужно пресечь как можно скорее. Пока вслед за ними не явился их предводитель.

– Великий Князь, – кивнула Ксиу. – Тайцу. Ты тоже чувствуешь, как он близок?

– Как никогда.

Лали переводила взгляд с одного на другого, не понимая, о чем они толкуют, и не мешает ли она им.

– Рита? – тихо проговорила Ксиу.

– Ждет, – так же невесомо ответил Риок. – Но она не сможет ждать вечно. И если явится сюда, как могуй… – Хорошо, что лицо Риока скрывала маска, Лали не очень хотелось увидеть его в эту самую минуту.

– Лали, зайдем в дом, – позвала ее Ксиу, и на этот раз Лалибэй послушно поплелась следом.

Как всегда, кто-то знал больше, чем она, заставляя ее почувствовать собственную беспомощность.

На следующий день ее навестила Адора. Зашла, не постучавшись, в сопровождении своего супруга. Кортис положил на стол деревянную доску, расписанную символами и рисунками, обменялся с женой поцелуями и вышел за дверь.

Ксиу, сидевшая все это время в углу комнаты в обнимку с небольшим томиком поэзии, поморщилась и отвернулась, делая вид, что не замечает Адору. Эти двое не слишком ладили. Возможно потому, подумала Лали, что обе пытались командовать ею. Со вчерашнего дня Лали не разговаривала с Ксиу, и та предпочла просто маячить рядом, не спуская с сестры глаз.

– Что это? – спросила Лали, кивнув на стол.

– Игра. Мы же хотим подготовить тебя к турниру? Поверь, не так просто было ее достать. А ведь в детстве мы часто играли в нее… – Адора замолчала, будто хотела сказать что-то еще, но передумала. – Чтобы пройти турнир достойно, тебе нужно понять правила этой игры, ведь турнир с нее просто списан. Немного, конечно, изменен, но все же…

– Хорошо, объясни мне, как это поможет в турнире.

В Лали проснулось любопытство – она любила узнавать все новое. Она села за стол, напротив Адоры, и уставилась на деревянную доску, где были нарисованы лестницы и змеи.

– Это игра пороков и добродетелей. Ты видишь здесь семь лестниц и…

– И множество змей, – перебила Лали.

Адора нетерпеливо посмотрела на нее, поправляя аккуратную прическу.

– Змеи символизируют пороки, а лестницы – это ключ к спасению. Надеюсь, это пока понятно. В целом турнир довольно прост. Двигайся наверх и не падай вниз. Но…

– Но? Почему должно быть «но»? Все звучало довольно просто.

– Ничто не может быть простым, когда дело касается вопросов жизни и смерти. Слушай внимательно! А лучше давай сыграем.

Она достала кости, бросила их на доску и передвинула фигурку на несколько клеток. Лали повторила за ней. В следующий ход Адора попала на клетку с изображением человечка и надписью на незнакомом Лали языке.

– Что здесь написано?

– Щедрость. Видишь, с этой клетки можно перебраться по лестнице выше. Но посмотри сюда, – и Адора указала на длиннющую змею, пересекавшую поле по диагонали, хвост которой заканчивался на единице. – Упасть и оказаться в самом начале проще простого.

Лали пыталась запомнить каждое слово, тем более что игра ей нравилась все больше. Но в голову вдруг прокралось недавнее воспоминание – после нападения духа Риок подошел к ней и передал записку от Роши:

Извини, если обидел тебя. Я понимаю, тебе нужно время, чтобы разобраться во всем. Только помни, что я всегда рядом, если понадобится мое плечо. Знаю, что ты будешь недовольна, но я решил участвовать в турнире вместе с тобой. Так будет правильнее всего. Если захочешь увидеть меня, только дай знать. Твой Р.

– Лали? – позвала ее Адора, выводя из задумчивости. – Ты просто грезишь наяву! Твой ход.

Лали машинально бросила кости. Роши находился поблизости, но не заходил к ней, дав ей время подумать, а вот Риока она стала видеть чаще, будто друг отправил его охранять Лали.

Когда Лали спросила Советника о Тайцу, кто это такой и что ему нужно, Риок отреагировал, как и другие. Предостерег никому не доверять, ведь Тайцу мог скрываться где угодно, что бы это ни значило. Лали пообещала себе, что после турнира попытается разузнать все сама, как это всегда и делала. Осталось лишь выжить.

Внутрь заглянула женщина из «серых», как их теперь называла Лали. Они относились к низшей касте и делали удобнее жизнь «красных». Лали это совершенно не нравилось, но она была в чужой для нее стране, в которой действовали свои законы.

Женщина поставила рядом с ними на низкий столик расписную вазу с фруктами и вышла, но Лали вновь поймала на себе удивленный и даже восторженный взгляд «серой».

– Почему они так смотрят на меня? – спросила она у Адоры.

– Ты же фэн-луни, – без промедления ответила та.

– А что значит «сейти»? – вспомнила она слово, которое иногда слышала в своем присутствии.

Рука Адоры замерла на фишке – маленькой птичке, которую она переставляла вперед. Но вот птичка прыгнула на новую клетку с незнакомыми символами, Адора совсем тихо прошептала «любовь», тяжело вздохнула и перевела фишку на два ряда вверх по лестнице, поставив ее почти рядом с финишем. А Лали не могла избавиться от чувства, что птичке не подобает прыгать по лестницам. Птицы должны летать.

Если только они не заперты в клетке.

– Хорошо, – наконец произнесла Адора, переводя взгляд ясных голубых глаз на Лали. В углу зашуршала платьем Ксиу, скорее всего, тоже собравшаяся послушать объяснение. – Пора нам поговорить. Сейти – это не что, а кто. Сейти была моей старшей сестрой.