Алые небеса Сеула - Райдер Катерина - Страница 4

Пока едем, достаю из сумочки зеркальце, влажные салфетки, пудру и помаду.

Вытираю чуть осыпавшуюся тушь, припудриваю синяки под глазами, подвожу губы и тяжело вздыхаю, глядя на печальное отражение. Про выбор наряда стараюсь совсем не думать… ключевое слово – совсем. Но я же в прогрессивной части Кореи, не могут здесь все быть консерваторами. Надеюсь…

Добираемся относительно быстро – в запасе почти тридцать минут. Что действительно очень радует. Водитель оглашает стоимость поездки, точнее, думаю, что он говорит о цене. В любом случае вон у меня нет – планировала поменять деньги на месте.

Увы, время играет против меня.

– Простите, только доллары! – извиняюсь еще миллион и один раз.

Отдаю мужчине двадцатку, искренне надеясь, что этого достаточно. Пулей вылетаю из машины под непонятные, но прямо-таки весомые возгласы возмущения.

– Мне жаль, я опаздываю! – Напоследок машу рукой и несусь вперед, не отпуская чемодан и напрочь забывая про колесики поклажи.

Все бы хорошо, однако в последний момент осознаю – я даже не представляю, куда идти.

– А это уже не весело… – Застываю посреди слишком уж оживленной улицы, достаю телефон – четыре процента.

Плохо! Отвратительно! Пытаюсь включить навигатор – безуспешно. Колесико крутится, картинка не грузится, а заряд батареи беспощадно снижается. Решаю воспользоваться примитивным средством. Ищу карту города в ближайшем киоске, где милая старушка на корявом английском, знающая от силы десять слов, продает мне буклет за пять баксов. Только, спрашивается, зачем купила? Ведь названия улиц на корейском!

Дальнейшие потуги выяснить верный курс больше напоминают сцену из неудачной комедии, где главная героиня попала в беду, кидается к незнакомцам с мольбой о помощи, на что получает либо ворчание, либо загадочно звучащую речь, либо ошарашенные взгляды, приправленные странным мычанием.

– Да и черт с вами! – раздосадовано ругаюсь после очередной провальной попытки и резко меняю направление движения, устремляясь к высоткам в поисках табличек-указателей на английском.

А вдруг мне повезет – и я узнаю местность, поскольку посмотрела фотографии компании еще дома в Вашингтоне. Увы, выбранный мной – хотелось бы верить – успешный маршрут заканчивается наездом на высокого парнишку.

– Ой, простите, мне очень жаль! – бегло извиняюсь, готовая двинуться дальше, как вдруг слышу знакомую речь.

Это английский… более чем внятный!

– О боже! Вы говорите по-английски?! Наконец-то хоть кто-то меня понимает! – Я настолько рада, что камень с души мгновенно падает.

Правда, мне и в голову не приходит, что падает он, возможно, прямо на широкие плечи незнакомца, одетого с иголочки в стильный деловой костюм.

– Я так рада, что наехала на вас! Ой, ну то есть не поймите неправильно, я не хотела сделать больно, я в вас нуждаюсь! – Быстро тараторить – в этом вся я.

Речь превращается в бесконечный потоп, когда нервничаю, радуюсь, переживаю или волнуюсь, а сейчас все и сразу, поэтому держать рот закрытым не удастся ни при каких обстоятельствах, разве что заклеить скотчем.

– Это просто ужас. Сначала мой рейс задержали. Потом мы совершили вынужденную посадку в богом забытой дыре, откуда невозможно было улететь на чем-то еще. Перелет сожрал кучу незапланированного времени, а мне срочно надо в «Пак-Индастриал». Кажется, я хожу по кругу, но никак не могу разобрать, куда идти, я совсем не ориентируюсь по карте, а тупой телефон… – Вынимаю гаджет из кармана, раздраженно тыкая по экрану. – Он мало того, что почти разрядился, еще и отказывается подключаться к спутнику! Я почти опаздываю, чего мне никак нельзя, у меня очень важная встреча. А я не успела заехать в отель после перелета, теперь буду вынуждена показаться на собеседовании в таком виде. – Многозначительно провожу рукой по грудной клетке, вздыхаю и поднимаю глаза к небу. – Ой, о чем я? – Кусаю губы, сообразив, что потеряла мысль. – Ах, точно, вспомнила! Вы случайно не подскажете, как пройти к «Пак-Индастриал»?

Любопытно… То ли бесконечный треп выходит на новый уровень и теперь способен выводить из себя даже незнакомцев, то ли речь ускоряется настолько, что притормозить ее можно лишь физическим воздействием… Но молодой человек внезапно по-свойски кладет руки на мои плечи, опаляя цепким взглядом. Хмурится, и это чудесным образом становится тем самым «скотчем». Замолкаю. Однако начинаю растерянно хлопать ресницами, наверное, пытаясь продолжить бестолковую болтовню азбукой Морзе!

Бабушка всегда говорила: «Молчание – золото», – что, похоже, работает, ведь сейчас минута тишины спасает лучше, чем весь треп вместе взятый.

Незнакомец с поразительно выразительным взглядом, от которого не отвлекает даже упавшая на веки ровная челка, начинает очаровательно улыбаться, догадавшись, о какой компании идет речь. С удивлением подмечаю: вежливая улыбка кажется искусственной, потому что взгляд у парня как у хищной птицы.

Ему бы, конечно, была к лицу усмешка, но сейчас судить не берусь – не место и не время.

Широко улыбаюсь в ответ, набираю полную грудь воздуха для очередного речевого водопада, но ситуацию меняет неожиданно увеличившийся поток людей. В какой-то момент теряю отзывчивого незнакомца из виду, пытаясь увернуться от курьера… и уже готовлюсь поддаться новой волне паники, как вдруг мужские руки одним властным движением решают все проблемы разом.

Брюнет – хотя здесь почти одни брюнеты и ходят – хватает чемодан и меня заодно, настойчиво командуя двигаться. Ни в голове, ни на языке не возникает желания спорить, и я с радостью плетусь следом, овеваемая облегчением и надеждой. Спасена!

Признаюсь, я никогда не мечтала быть типичной героиней сказки в образе «девица в беде», которую спасает прекрасный принц, но… порой стать ей действительно приятно.

Спустя пятнадцать энергичных шагов бесноватый пешеходный переход остается позади.

Парень же безупречно вежливым тоном поясняет:

– Послушайте, мисс, мне жаль, что ваш день не задался, а я тоже спешу и… опаздываю.

– Ой, конечно, не обращайте внимания, не хотела вас грузить, – проговариваю, неловко улыбаясь.

– Однако постараюсь вам как-то помочь. Вон вход в метро. В зоне касс есть камеры хранения. Аппарат принимает не только воны, но и доллары, хотя иногда сдачу не выдает. Оставьте чемодан там, а то в «Пак-Индастриал» еще примут за чокнутую.

– А ведь действительно, спасибо, я об этом даже не подумала! – Спохватившись, ударяю себя пятерней по лбу: с чемоданом могло возникнуть много возни.

– Теперь посмотрите на ближайшую к нам аллею.

Подхожу к парню чуть ближе, щурюсь.

– Видите: в конце – кафе? А за ним – стеклянное здание с пикой?

Взгляд скользит вдоль кафетерия, пока не цепляется за заветное строение, которое я сразу же узнаю.

– Это и есть «Пак-Индастриал», пять минут идти. Надеюсь, вы успеете и все обойдется. Простите, а теперь я вынужден бежать.

– Да, вижу! Спасибо огромное! – Неосознанно касаюсь чужого предплечья и почти подпрыгиваю от счастья.

Незнакомец поворачивается ко мне, кланяется – жест вроде как типичен для местных, но сама повторить не решаюсь, – а потом говорит фразу на корейском. Сейчас моих познаний в чужом языке достаточно: он прощается.

Жаль, ответить нормально не успеваю – парень мгновенно ретируется, но выкрикиваю вдогонку:

– Спасибо вам еще раз и хорошего дня! – У меня нет времени на глупую прокрастинацию, но невольно задерживаю взгляд на стремительно удаляющемся молодом корейце. Губы растягивается в улыбке, а в груди разливается приятное тепло. Все-таки он первый человек, который мне реально помог. Жаль, не встретимся снова. И вовсе не потому, что я его не узнаю среди сотни тысяч азиатов, просто какова вероятность?

– Ох черт, чего я стою?! – Шлепаю себя по лбу, резво подхватываю чемодан, опять забывая про колесики, и мчусь к спуску в метро, желая избавиться от махины.

Здесь все именно так, как и говорил незнакомец, поэтому заминки не возникает. Ловко запихиваю багаж в камеру хранения, не думая о том, что тупой аппарат зажал деньги. Плевать, главное, теперь я мобильна.