"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 183

— У нас тогда особого выбора не было, стране требовалась индустриализация.

— У меня и сейчас особого выбора нет: стране требуются продукты, которые у нас в принципе не растут.

— Я так не думаю… но ладно. Если вы уверены, что наши… ваши торговые контакты с Испанским режимом останутся…

— В газетах, понятное дело, их рекламировать никто не будет. Да и сам Франко… он же торгует персонально в фрейфройляйн Таней, которую ему отрекомендовали бывшие генералы вермахта, ему проще сделать вид, что он ведет дела с немецкой баронессой. А то, что эта баронесса советские ордена и медали на мундир с трудом вешает, даже немцы не знают.

— Давненько я вас в таком мундире не видел… вообще ни разу. Но это не к спеху, вот выстроим в стране социализм, тогда и увижу. Но вы уверены, что после переработки испанские фосфориты нашим полям вреда не нанесут?

— Абсолютно, иначе бы я постаралась советскую фосфоритную промышленность поскорее развивать. А так мы сэкономили порядка пяти миллиарда рублей, удобрения нам ГДР поставляет, мы не истощаем свои недра. Сплошная выгода!

— С одной стороны, мне не нравится, что вы только о выгоде говорите. А с другой стороны вы абсолютно правы, просто выражения ваши… я помню, помню, что вы иногда других слов не знаете, но все же…

— Здесь я правильно все слова употребляю. Кстати, я вам про Китай рассказывала? То есть про Китай двадцать первого века?

— Нет вроде.

— Китай тогда стал самой мощной промышленной державой в мире, а основой его столь бурного развития стал как раз ваш, то есть сталинский, социализм. С одной незначительной поправкой: все преимущества социализма распространялись исключительно на собственное население. Запрещалось, вплоть до уголовного преследования, внутри страны продавать низкокачественные товары, цены полностью регулировались правительством. Но за рубеж разрешалось поставлять все, что иностранцы готовы купить, и по любой цене — естественно, не ниже себестоимости, но таких дураков и не было — которую иностранцы готовы платить. Правда иногда это давало неважные результаты, когда производители просто переставали продавать что-то внутри страны, все вывозя за рубеж, но после того, как товарищам объяснили, что иностранцам можно продавать лишь то, что не купили собственные граждане…

— Вы опять предлагаете какие-то капиталистические подходы.

— Ну да. Я именно так и веду дела. По сталински: буржуям продаю то, что нам больше не требуется, денег с них деру сколько получается, покупаю лишь то, без чего страна обойтись не может. И все, между прочим, довольны, в меня в артелях ни один рабочий не считает, что товарищ Серова с жиру бесится, летая куда захочет на собственном самолете. Даже Лаврентий Павлович не считает, что я что-то неправильно делаю. То есть он все же считает, что я с плохишами связалась, с тем же Франко, например, но с ними-то я по их правилам играю, то есть граблю тех же испанских трудящихся через узаконенную торговлю. И вот как раз на испанцев Лаврентию Павловичу плевать, что правильно — пусть они сами о себе заботятся. Неправильно то, что он не плюет на разных там прибалтов, молдаван с украинцами и киргизов с узбеками.

— Но это уже наши люди!

— Социализм, настоящий, сталинский социализм не занимается тем, что утирает сопельки всем сирым и убогим. Социалисм предоставляет каждому гражданину право своим трудом получить всё, на что он в состоянии заработать, и возможность обучиться для работы на любой, даже самой высокооплачиваемой должности. Всё.

— Что всё? Вы куда-то спешите?

— Нет, всё — это всё, что дает человеку социалистический строй. Потому что все прочие мелочи, вроде медицинского обслуживания, жилья и прочего — это всё входит в право на учебы и работу. И я эти мелочи отдельно расписывать не стала.

— У вас все же очень… необычное понимание социализма.

— Скорее, еще непривычное, но ничего: если социализм выживет, то все привыкнут.

— А он может не выжить даже после вашего… вмешательства?

— Легко. Чтобы социализм выжил, нужно, чтобы все люди… точнее, большинство людей понимали, что это такое. Причем не из учебников со скучными статьями, а из… как бы это попроще-то объяснить… из окружающей культуры. Из книг, из кинофильмов — а посмотрите, какую пургу гонят нынешние писатели и режиссеры! Не все, конечно, но большинство. В особенности деятели культуры, извините за выражение, национальные.

— Это всего лишь непонятные вас особенности национальной культуры, которую они стараются донести в массы!

— Да разве я против? Пусть несут свою национальную культуру в свою национальную массу.

— А каждая национальная культура обогащает интернациональную культуру всего советского народа.

— Ага, обогащает и удобряет. Вот только не стоит кормить этим удобрением людей насильно. И не стоит превращать культуру национальную в основу культуры нацистской. Вы опять путаете бублик с богородицей: национальный поэт какой-нибудь пишет откровенную халтуру и не старается сделать что-то получше просто потому, что знает: его писево специально назначенные люди переведут на русский язык и напечатают массовым тиражом по национальной квоте, а он получит гонорар такой же, как великий русский писатель. Ну и зачем ему стараться? То есть он старается, одевает рваный халат с тюбетейкой или лапсепрдак с кипой, выходя в люди — но уровень культуры это лишь снижает, причем катастрофически! Хочет он творить национальную культуру — мы не против. Но пусть его творения остаются на национальном языке, пусть его собственный народ рублем подтвердит его влияние на умы людей. Его народ, а не весь Советский Союз.

— Вы… вы не правы.

— Возможно, я ведь исключительно свое мнение по этому поводу высказываю. Мне Решатель о национальных деятелей культуры ничего особо не подсказывал. Похоже, о них до Системы информация вообще не дошла… за ненадобностью.

— Ну… хорошо. А по поводу торговли с Испанией…

— Все вам покоя не дает мое сотрудничество с якобы фашистом. Тогда поясню с другой точки зрения. В СССР запасы апатитов будут полностью выработаны где-то к середине двадцать первого века — и это если только собственные потребности удовлетворять. И потом фосфор придется из других источников черпать, причем из очень дорогих источников. А в Испанской Сахаре фосфоритов хватит лет на триста, причем хватит даже без распечатывания наших советских депозитов — это раз. Два — мы с Испанией налаживаем взаимовыгодное сотрудничество. Три — янки теперь получают фосфорные удобрения исключительно на наших условиях…

— А они войну новую с Испанией не начнут?

— А они войну с СССР не начнут? Франко — далеко не дурак, и, хотя коммунизм и ненавидит от всего сердца, решил спрятаться под наш, советский ядерный зонтик. Потому что понимает: из-под такого же зонтика американского Испанию янки просто выгонят и он эти удобрения фосфорные вообще потеряет.

— Но он же их американцам в основном и продает…

— Да, и продает довольно дорого, на эти деньги проводя индустриализацию в своей стране. Но продает-то он ресурсы из Сахары, а развивает родную Испанию. Кстати, раз уж речь зашла об этом: продажа любых невосполнимых ресурсов — это кража у собственных детей. А воровать в собственном доме…

— А скупать ворованное?

— Я в который раз повторю: социалистическому государству безразличны все иностранные граждане, во главу угла ставятся лишь интересы граждан собственных. Другое дело, что воевать, чтобы отнять у иностранцев их богатства — тоже путь в моральную деградацию, которая приведет опять же к разрушению страны. Но если иностранцы хотят с нами торговать — то перевоспитывать их точно не наша задача. С ними будем играть по их правилам…

— Честно говоря, ваши… убеждения меня просто пугают.

— Открытостью, или, лучше их характеризуя, неприкрытым цинизмом? Вы правы, это — цинизм. Но политика в условиях существования множества государств с различным социальным строем — это и есть чистый цинизм. Или, описывая это другими словами — голый рационализм. Иначе-то стране не выжить!