"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 111

— А вы здорово изменились, Гавр, за эти месяцы. И не только внешне, я имею в виду, — Странник присел в одно из глубоких кресел гостиной, причём так, чтобы видеть в открытую дверь кровать, на которой лежал Демиург. Он отщипнул из грозди, что принесли на завтрак, большую зелёную виноградину и медленно с наслаждением отправил её в рот, — смотрю, решили пошиковать напоследок.

— Зачем скупая жизнь нужна, ведь завтра может быть война, — процитировал я строчку из песни.

— Немного цинично, не находите? — Странник снова угостился виноградом.

— Не циничнее того, что в этой реальности мой прадед умрёт гораздо раньше своего отмерянного срока. И всё в угоду интересам каких-то Хранителей.

— Не каких-то, а великих вершителей судеб, в том числе и нашей с вами, Миротворец. У вас плохое настроение, Гавр?

— Устал, наверное. Скажите, Елисей Николаевич, я раньше не задавал этого вопроса. Но удовлетворите моё любопытство: всё равно ждём. Как так получается, мои предки живут в других реальностях, а меня самого в них нет? Я ведь помню, что вы мне говорили тогда, в Москве. Анавры — товар штучный и появление их в каждой из реальностей случается нечасто.

— Ну, дорогой мой. Всех проявлений Закона Сохранения Реальности не могут просчитать даже Хранители! Поговаривают, что подобное подвластно Смотрящим. Но я считаю, что это миф. Иначе бы они не допустили ни нашей с вами миссии, ни предыдущих. А с вашим вопросом, думаю, всё достаточно объяснимо. Сочетание рецессивных генов анавра вариативно. В одной реальности, материнской для вас, они соединились в нужном порядке, вот и родились вы. А в другой они попросту не встретились, или встретились, но не хватило какого-то фактора, например, вместо вас родилась девочка или вы умерли во младенчестве. Да мало ли? Поэтому появление анавров и является чрезвычайно редким стечением факторов. А уж Демиургов — и подавно.

Я присел в соседнее кресло и, не удержавшись, присоединился к Страннику в процессе поедания винограда, уж очень Елисей Николаевич заразительно смаковал зелёные ягоды.

— Странно… — задумавшись, пробормотал я.

— Что, «странно»? — поинтересовался Странник.

— Если бы не татуировка, я бы никогда не нашёл Алоиса. Просто прошёл бы мимо, так и не обратив на него внимания. Внешность этого немца столь обманчива, что и не предполагает, как в этом дрище может находится одно из самых уникальных сочетаний генов во Вселенной.

— Ах, вы об этом! Ваша вина, Гавр, в том, что вы довольно поверхностны. В том числе и в изучении истории вопроса. Помните, я рекомендовал вам почитать, подготовиться перед миссией? А ведь у вас были почти сутки на это.

— Но я до посинения сидел в сети, изучая этот временной период и место выполнения миссии! И к тому же я не историк или журналист, я врач.

— «В сети», — презрительно передразнил меня старик, — ладно, не стоит обижаться, Гавр. Я лишь хочу указать на некоторые ошибки, чтобы в дальнейшем вы смогли избежать их. Ведь у нас впереди ещё как минимум одна миссия. Согласитесь, это было бы полезно.

— Хм, справедливо. И что вы предлагаете?

— А давайте сыграем в игру? Всё равно надо заполнить время ожидания, а я, правду сказать, не люблю пустого времяпрепровождения. Ум, знаете ли, всё время требует тренировки.

— Что ж, я согласен. Каковы правила?

— Вам же знакомы персонажи некоего Конан Дойла, кстати, вашего коллеги?

— Ну ещё бы! Вы о сыщике Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне?

— Именно! Мне всегда импонировал выбранный автором для них стиль общения. Так вот, я предлагаю, немного побеспокоить нашего Демиурга на предмет выяснения, так ли вы были правы, говоря о незначительности его личности в истории этой реальности. Ручаюсь, и мне, и вам будет чему удивиться. Это я утверждаю на основе своего опыта и наблюдений за другими Демиургами.

— Вы хотите сказать, что сможете на основе тех скудных данных, что у нас есть узнать больше о его личности?

— И это тоже, Гавр. Ну как, сыграем?

— Отчего же не сыграть?

Мы переместились в спальню. Я же вооружился кофейником, в котором оставалось ещё преизрядно кофе, пусть остывшего, но от этого не менее действенного напитка.

— Погодите будить его, Гавр. Начнём с азов, — Елисей Николаевич в предвкушении потёр ладони и нацепил на нос пенсне, сразу став похожим почему-то на Антона Павловича Чехова, каким я его помню по историческим фотографиям.

— Интересно… — меня тоже охватил азарт. Однообразие последних дней было радостно разбавить хоть каким-то развлечением. Тем более, что оно могло стать небесполезным. Хотя некоторую обиду я и затаил: Странник явно пытался ткнуть меня носом в грубые ошибки. Но я ведь всё же выполнил миссию! И без его тщательного изучения истории…

— Скажите, у Демиурга что-нибудь осталось из его личных вещей: платок с монограммой, фуражка?

— Нет. Фуражку мы оставили на хуторе, где я переодел его в гражданскую одежду. Карманы Алоиса были пусты. Погодите, солдатское бельё! Он всё ещё в нём.

— Хм, отлично. Хотя мне помнится, что в это время ещё не ставили штампов на солдатские кальсоны и рубашку. Но, возможно, мы найдём вышитые инициалы. Всё же, это немец! — и Странник, ловко расстегнув пуговицы на жилете Алоиса, пробежал пальцами по вороту нательной рубашки, напевая: «Всё хорошо, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо!» — а вот и сюрприз, взгляните, Гавр, — он указал мне на изнанку засаленного края, где чёрными нитками кривовато были вышиты буквы A и H.

— Что ж, зовут его Алоис, а фамилия, значит, на букву Г? — заключил я.

— Возможно и на букву Х, Гавр. Не забывайте о возможной транскрипции немецкой фамилии. И ещё, я бы не торопился, и не был столь уверен, что имя Демиурга Алоис.

— Это почему же?

— А с чего бы ему называть настоящее имя человеку, возможно, солдату вражеской армии, своё истинное имя?

— Справедливо. Продолжим? Кстати, не факт, что сейчас в беседе он тоже будет говорить правду, — предупредил я.

— А мы не будем спрашивать его о том, о чём бы он сам не хотел нам поведать. Порой, Гавр, ответы на самые нейтральные вопросы несут в себе бездну информации.

В следующие пять минут мы пытались растолкать Алоиса, применяя все известные простейшие методы отрезвления: растирали уши, били по щекам, брызгали водой из графина, поили кофе, наконец. В итоге Алоис подскочил с кровати и ринулся в ванную. Где почти пять минут сидел на унитазе судя по красноречивому звуковому сопровождению, а затем гулко пил воду из-под крана. Слегка помятый, но достаточно бодрый он вернулся к нам в гостиную и первым делом, плюхнувшись в кресло, потянулся за остатками завтрака и кофе, любезно подлитого в чашку Странником.

— С добрым утром, герр Алоис, — немецкий Елисея Николаевича был безупречен, насколько я смог оценить. Разве что тщательно выговариваемые слова и их окончания всё-таки выдавали в нём иностранца.

— Доброе утро, — вежливо ответил Демиург, покосившись на меня.

В следующие четверть часа Странник действительно показал мастер-класс ненавязчивого экспресс-допроса. Он и в нашу первую встречу в Москве показал себя мастером коммуникации, но сейчас…это был высший пилотаж.

Не успел я оглянуться, как Алоис с неподдельной приязнью отвечал на вопросы Странника. Упоминание общих мест и знакомых, разделение чаяний и интересов немца, поддержание его довольно резких высказываний в сторону политического устройства как германии, так и стран-союзниц в этой войне, а также многое другое, — всем этим Странник, умело жонглируя словами, за феноменально короткое время расположил к себе Демиурга.

Умело уходя от прямого ответа, он тем не менее убедил Алоиса в его безопасности и высокой миссии, возложенной на него некими тайными представителями германского командования. Короче, столь качественно и за короткий срок задурил голову немцу, что я мысленно поаплодировал.

В результате не нужно было быть гением наблюдательности, чтобы выяснить из беседы некоторые новые небесполезные факты. Наш Демиург оказался связным в штабе 16-го Баварского резервного пехотного полка и до моего захвата довольно геройски воевал на западном фронте: во Франции, Бельгии и Фландрии. Алоис был даже награждён орденом Железного креста 2-го класса. Вот вам и дрищ! Ай да гефрайтер!