Язычники крещеной Руси. Повести Черных лет - Прозоров Лев Рудольфович - Страница 38

Что ж, если это так, то этому княжескому роду, мягко говоря, не везло. Безуспешным остался и поход на Псков полоцкого князя — как раз после него Ярославичи поспешили заточить злосчастного дядьку в монастырь.

В 1066 году Всеслав ударил на Новгород. Этот город тоже был частью Кривичской земли, и один из трёх старейших городских районов-концов, Людин, или Гончарный, заселяли, по мнению археологов, именно кривичи[33] .

Новгород Всеслав взял. Несколько странно, что, безуспешно осаждая Псков, в те годы совсем крохотный, полоцкий князь добился полного успеха под стенами Новгорода. Очень возможно, что ему помогали изнутри — те же жители Людина конца, для которых правитель Полоцкого княжества был их, кривичским, государём.

В Новгороде Всеслав разгромил выстроенный Ярославом храм Святой Софии. Он снял с неё колокола и светильники-паникадила, как бы выколов глаза и отрезав язык главной христианской святыне Новгородской земли.

Колокола и паникадила были отправлены в Полоцк и нашли себе место в выстроенной отцом Всеслава в 1040-х годах Софии Полоцкой — соборе-тёзке знаменитых храмов Константинополя, Новгорода и Киева.

Построив этот храм, Брячислав Изяславич скорее выражал величие родного города, его способность быть если не равным, то хотя бы сопоставимым с этими городами мирового значения. Впрочем, возможно, он-то и был истовым христианином, тут всякое бывает — иной раз сын такого христианина оказывался не менее ревностным приверженцем старой веры.

О Святославе, сыне "святой" Ольги, Владимире, сыне "святого" Бориса, и сыне пусть и не святого, но вполне благочестивого христианина, Симеона Великого, Бояне, мы уже говорили.

Сам Всеслав Брячиславич в друзьях новой религии не значился совершенно определённо. Иначе не объяснишь ни, не побоюсь этого слова, ритуальную расправу с христианским собором в Новгороде, ни ауру языческих легенд о "волхвованье", наузах, оборот ничестве вокруг полоцкого князя, якобы способного в ночи, "окутавшись синей мглой", то "лютым зверем"[34] , то волком, преодолевать чудовищные расстояния — от Дудуток под Новгородом, где, очевидно, расположился его стан, до белорусской речки Немиги, от Киева до крымского Тмутороканя, в Киеве слышащего звон родных полоцких колоколов.

После его посещения в новгородском Софийском соборе остались следы кострищ — очевидно, в главном храме новгородских христиан справляли языческие обряды. Учёные даже предполагали, что "Волх Всеславич", князь-оборотень из русских былин, это и есть Всеслав Полоцкий, да вот только реальных доказательств этому, кроме темы оборотничества и созвучия Всеславич-Всеслав, не нашли.

Волх из былин имеет много больше общего с легендарным Волхом или Волхвом из новгородских легенд, сыном не менее легендарного Славена-Слава, прародителя ильменских словен, возглавившего переселение племени на ильменские берега[35] .

Братья Ярославичи равнодушными к походу полоцкого язычника не остались. Очень скоро их войско обрушилось… нет, не на Всеслава, на оставшуюся без защиты Полоцкую землю. Напав на богатый город Менск (ныне Минск), христолюбивые братья разграбили его дотла, истребили мужское население, а детей и жён угнали в плен.

Вообще нападения киевских князей на Полоцкое княжество описываются в летописи — Киевской! — как небывало жестокие для войн между русичами. Тот же Всеслав, хотя и называет его летописец "немилостивым на кровопролитие", в захваченном Новгороде не вёл себя столь свирепо. В чём же дело?

И.Я. Фроянов видит в подобных методах ведения войны наследие язычества, но, к сожалению, в доказательства своего суждения может привести лишь ссылки на труды де Кюланжа, который в XIX веке (!) писал это про античных (!) язычников.

Однако, повторяю, именно Всеслав, который, по словам летописцев и автора "Слова о полку Игсюеве", есть "рождённый от волхвованья" оборотень, носящий языческие наузы, творящий ворожбу, не замечен в подобном поведении, в нём замечены именно христолюбивые Изяславичи, не оставившие в городе в живых "ни челядина, ни скотины".

И именно таким образом за век до разорения Минска король восточных франков Генрих I Птицелов, взяв город полабских славян-язычников из племени гломачей, Гане, перебил всех взрослых, угнав в рабство детей и подростков.

В 1468 году рать московского князя Ивана Васильевича будет точно так же "пустошить" языческую Черемисскую землю, посекая людей, коней и "всякую животину".

То есть война, которую Ярославичи вели с Полоцким княжеством, шла по тем правилам, по которым воевали христиане с язычниками. И правила такой войны заданы не где-нибудь, а в самой Библии. В книгах Исход, Числа, Второзакония, Иисуса Навина, Царств…

"Когда же введёт тебя господь, бог твой, в ту землю, с большими и хорошими городами, которые ты не строил, и с домами, наполненными всяким добром, которых ты не наполнял, с виноградниками и маслинами, которых ты не садил, и будешь есть и насыщаться" (Втор., 7:10-11),

"А в городах сих народов, которые господь, бог твой, даёт тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души" (Втор., 20:16),

"и взяли город… и все, что в городе, и мужей, и жен, и молодых, и старых, и волов, и овец, и ослов, все истребили мечом" (Ис. Нав. 6:19-20),

"а всю добычу городов тех и скот разграбили сыны израилевы себе; людей же всех истребили мечом, так что истребили всех, не оставили ни одной души" (Ис. Нав. 17:14),

"опустошал Давид ту страну, и не оставлял в живых ни мужчины, ни женщины" (2 Кн. Цар. 27:9).

Какое же счастье, что ни тевтонские короли, ни наши князья не набрались "христианской кротости" воплощать все эти примеры из Святого Писания в жизнь до конца!

Нам же важно подчеркнуть, что война христиан Ярославичей с Всеславом Чародеем была ещё одним эпизодом столетней гражданской, развязанной сыном хазарской рабыни в 988 году.

Услышав о разорении своей земли, полоцкий князь ринулся навстречу захватчикам. На реке Немиге полоцкая рать столкнулась с киевской.

Летопись приписывает победу Ярославичам… вот только вслед за этим она говорит отчего-то не о походе киевского князя с братьями на Полоцк, не о преследовании бегущего оборотня, а о… переговорах с Всеславом, на которые его просят прийти, о переговорах, происходящих за пределами Полоцкого княжества, в Рше — современной Орше.