Девушка без репутации (СИ) - Усова Василиса - Страница 52

Поселение кожевников, тем временем, приближалось. И все ближе становился соответствующий «аромат». В какой-то момент, Алесия даже порадовалась, что у нее нет привычки завтракать. Однако к горлу все равно подступала легкая дурнота.

Любая свиноферма по сравнению с этим местом, могла бы сойти за клумбу цветов. А о запахе канализации вспоминалось с легкой ностальгией. Даже забытая в летний день на балконе рыба, явно сдала бы свои позиции и стыдливо уползла бы догнивать, куда-нибудь под стеллаж.

Все, с чем сталкивалась девушка прежде, бесконечно уступало царившей вокруг вони. Дохлятина… Прогорклая моча… Аммиак…

Здесь надо работать в двух противогазах, а ведь люди умудряются еще и как-то жить по соседству с производством. Почувствовав, что долго так не продержится, она закрыла нос рукавом.

Лайон чуть приподнял брови, а потом протянул ей платок, который Алес приняла с благодарностью. Свой она не носила по простой и банальной причине — в платье не предусмотрены карманы. И это неудобство, пожалуй, тоже надо исправлять. Потому что галантные мужчины далеко не всегда бывают под рукой. А вот иметь при себе важные мелочи иногда надо.

Стоило карете остановиться, как рядом тут же возник приземистый мужичок с коротко обрубленной бородой. Рукава закатаны по локти, а поверх одежды накинут широкий фартук из потемневшей кожи.

Ремесленнику хватило несколько секунд, чтобы оценить как саму карету, так и вышедших из нее людей, после чего он согнулся в почтительном поклоне.

— Для нас очень большая честь принимать столь уважаемых господ. Чем могу быть полезен, ваша милость?

Пока Алесия собиралась с духом, чтобы отнять платок от лица, Лайон первым начал разговор.

— Я граф Лайон Осберт Бартон…

— Ох, простите! Чем могу быть полезен, ваше сиятельство?

— Мою сестру интересует выделка кожи.

Кожевник взглянул на девушку и подвис, явно не доверяя своим ушам.

— П-простите? — он даже слегка начал заикаться, от волнения. — Должно быть, я неверно вас понял, ваше сиятельство?

Парень развел руками, как бы говоря, что и сам не в восторге. Мужичок украдкой перевел дух.

Стараясь глубоко не вдыхать, Алес рискнула убрать платок ото рта. Увы, но чтобы договориться — нужно говорить.

— Из чего вы делаете кожу?

— Эмм… — замялся кожевник.

— Я имела в виду, животных. — поправилась девушка. Эх, достаточно не так сформулировать вопрос, как сразу же начинают смотреть, как на «блондинку».

— Ааа… — протянул мужичок, все еще косясь на графа. — Разная кожа есть. Телячья, козья, коровья, бычья, овечья, лошадиная, свиная…

Алесия на миг задумалась. Разнообразие — это конечно хорошо, но только когда в нем хоть немного смыслишь. Без информационной справки не обойтись.

— И чем же она отличается между собой?

— Ооо… — оживился кожевник, цепляясь за тему, которая была ему близка. — В два слова и не расскажешь, госпожа. Но ежель вы изволите пройти на склад…

— Изволю. — решила девушка и повернулась к брату. — Ты же не против?

Лайон только качнул головой. Он был против самой поездки сюда, но раз позволил себя уговорить, то спорить дальше уже как-то бессмысленно. К тому же, напористость сестры даже завораживала, и очень хотелось понять — чего Алесия в итоге добивается? Не один же дамский каприз привел ее в этот цех?

Прогулка по складу затянулась часа на два. Ремесленник, которого, как оказалось, звали Иогас Тарт, старался угодить господам по мере своих сил. Зажег какие-то палочки, приглушающие вонь, предложил даме намочить платок в чистейшей воде, и только после этого принялся за демонстрацию товара.

Кожи… кожи… Казалось, было бы о чем говорить. Неплохой прочный материал, особенно для тех, кто может позволить себе долю цинизма и не думать о бедных козах и коровках. Хотя нет, в средние века это скорее здравомыслие, а не цинизм. Люди более практичны, и все, что могут, пускают в дело. Получается практически безотходное производство. Мясо — на стол. Из рогов — гребни для волос. Из костей — рукояти инструментов. Кожу можно обработать самому (что весьма долго и заморочно), а можно продать в цех.

Для крестьян это лишние деньги (которые никогда не лишние), а для мастеров — материал. Шкура коровы, купленная за десяток крупов, после обработки вырастает в цене и продается за несколько гронов.

А уж обработка — отдельный разговор. Сперва шкуру нужно очистить от остатков мяса и жира. Потом вымачивание, золение, дубление…

Чем дольше Алесия слушала кожевника, тем отчетливее понимала: в своем поместье она бы просто не потянула весь производственный процесс. А если учесть, каким все это сопровождается запахом… Бе-е-е… Ее слегка передернуло, когда Иогас сообщил о том, что кожа вымачивается в застарелой моче.

Интересно, это сами мастера стараются на благо производства? Или «ценная» жидкость оптом покупается у горожан? Однако расспрашивать подробно как-то не тянуло, да и сам мужичок вдаваться в детали не стал.

Вместо этого он вынул откуда-то книгу, похожую на здоровенный фотоальбом. Тут даже Лайон не смог сдержать любопытство.

— Это что? — поинтересовался он, взвешивая в руках увесистый фолиант.

— Моя придумка, ваше сиятельство. Изволите открыть?

Вместо страниц, в книгу были подшиты квадраты разной кожи. Алес едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Это же самый настоящий наглядный каталог, рассортированный не только по цветам, но и по видам.

— Вот это теленок. Кожа упругая, прочная и почти не намокает в воде. А здесь пятилетняя корова, видите, материал уже намного грубее. Но самая грубая конечно же у свиньи. Или вот. — он бережно перевернул несколько страниц. — Тончайшая, это коза.

— А как вы добиваетесь разных цветов?

Мастер тут же подобрался.

— Прошу простить, госпожа, но это фамильный секрет.

Алесия кивнула, показывая, что понимает. Все имеют право на свои тайны.

Иогас переступил с ноги на ногу.

— Если вам, госпожа, вдруг потребуется кожа, вы всегда можете рассчитывать на мое содействие. Я вырос при этом цеху, и буду счастлив помочь с выбором, или дать дельный совет.

— Учту. — улыбнулась девушка и увидела, как кожевник расплывается в ответной улыбке.

Лайон неслышно выдохнул, радуясь, что прогулка по складу проходит к концу. Если Алес удовлетворила свое любопытство, можно наконец поехать домой… Он еще не догадывался, что у сестры на цех большие планы. Пусть еще не оформившиеся до конца, не слишком четкие, но с этим она собиралась разобраться в процессе. Главное — начать.

Алесия одарила мастера еще одной улыбкой.

— А кому еще вы продаете готовую кожу?

— В основном сапожникам и книжникам, госпожа. — услужливо отозвался Иогас. — Случается и портным. Это если говорить про большие куски. А изделия из нашей мастерской обычно идут под реализацию в лавки. Если желаете взглянуть…

Девушка хотела было кивнуть, но тут ее взгляд упал на Лайона. Братец выглядел как человек, которого на пять минут завела в торговый центр жена. И следующие три часа тот пытается понять, почему поддался на эту авантюру.

— Ох, я бы очень хотела взглянуть. Это так интересно! — выдохнула она, и тут же изобразила печальный взгляд. — Однако мы и так очень задержались, а у моего брата существуют и более важные дела.

Тонкая манипуляция сработала безотказно. Молодой граф тут же заявил, что его дела могут немного подождать. Немного же? Алесия даже прониклась нежностью к родственнику. Повезет, пожалуй, его будущей жене. В эти дремучие времена, мужчина, который умеет снисходительно относиться к женским капризам — просто на вес золота.

Правда конкретно у нее — не капризы. А поиск плацдарма для своих идей. И не ее вина, что с женской свободой тут пока еще не сложилось. Иначе она могла бы приехать сюда и одна.

Мастерская находилась в некотором отдалении от основных сооружений и представляла собой вытянутый сарай. Девушка сперва приняла ее за конюшню, и только подойдя ближе поняла, что слегка ошиблась. Лошадь в такие скромные двери точно бы не прошла. Да и дорогим гостям пришлось слегка пригнуться, из-за чего ремесленник снова рассыпался в извинениях.