Желание джентльмеена - Линден Кэролайн - Страница 2

– Не жалуюсь, сэр. А вы?

При звуке его ледяного голоса Барлоу икнул.

– Очень даже неплохо, сэр.

Снова воцарилась тишина.

– Джослин, – наконец пробормотал Барлоу.

– Добрый вечер, дорогой. – Миссис Барлоу присела в реверансе, пряча бледное лицо за веером.

Маркус освободил локоть от ее хватки.

– Раз уж вы прибыли, Барлоу, возвращаю вам вашу супругу, которая была так любезна, что составила мне компанию.

– Составила компанию, – повторил Барлоу, точно попугай, и взял жену за руку. Вид у него был смущенный и озадаченный, – Да уж. Гм-м… Да.

– Ваша жена вызвалась показать мне хозяйскую галерею, – продолжил Маркус, – и весьма меня просветила.

Леди Барлоу была известной любительницей изящных искусств, но Маркус подозревал, что она скорее благоволила к смазливым молодым художникам. Впрочем, ему не было до этого никакого дела.

– Весьма. – Похоже, Барлоу утратил способность вести диалог и мог лишь повторять некоторые слова. Он переводил взгляд с Маркуса на жену и обратно, словно никак не мог уразуметь, о чем они толкуют. Да и что тут скажешь? Разве только обозвать дражайшую половину шлюхой, а Маркуса – вралем. Может, первое он и осуществит, так как порядочно набрался, но вот насчет последнего – увольте.

Взвесив обстоятельства, Маркус решил, что уже сделал все возможное для брата.

– Прощайте, Барлоу, и вы, леди Барлоу. – Он повернулся и направился прочь, успев напоследок услышать, как лорд Барлоу выговаривает какому-то приятелю:

– Гривз, ты глуп как пень! Это же Эксетер, а не его распутный братец.

– А мне почем знать? Будто их различишь! – заныл Гривз.

Маркус шел по залу, пропуская мимо ушей возмущенный шепот, несшийся ему вдогонку; он не прибавил шагу и ни разу не оглянулся. У лестницы его ждала карста; лакей почтительно распахнул перед ним дверцу, и Маркус, забравшись внутрь, постучал в крышу. Карета тут же тронулась.

– О, брат, спасибо тебе, – раздался из-за занавесок голос Дэвида. – Поверить не могу, что она мне лгала!

– Будь у тебя хоть капля здравого смысла, ты бы сначала сам все разузнал.

Дэвид фыркнул.

– Разве я когда-то отличался здравым смыслом?

Маркус вздохнул. Действительно, такого обалдуя, как Дэвид, еще поискать: крутит роман с женой известного ревнивца, а потом хвастает друзьям! Разумеется, один из приятелей Дэвида, также не отличавшийся благоразумием, тут же проболтался.

– Настоятельно рекомендую тебе отдохнуть от любовных похождений, пока не утихнет шумиха.

– Шумиха? – Дэвид чуть не подскочил. – Какая еще шумиха? Он нас не застукал и вообще даже вместе не видел!

Маркус снова вздохнул.

– Барлоу слышал, как придурок Брикстон развлекает этими россказнями приятелей. Сейчас он очень пьян и не слишком удивился тому, что застал жену со мной, а не с тобой, но рано или поздно этот тип смекнет, что здесь дело нечисто. Поверь, многие охотно подтвердят, что несколькими часами раньше видели ее с тобой.

Дэвид раздраженно откинулся на спинку кресла.

– Ладно, тут ты, пожалуй, прав.

Маркус кивнул, хотя и не ожидал, что Дэвид так легко сдастся.

– Ты завтра же уедешь.

– Что? Ну, это уж чересчур! – заартачился Дэвид. – Эти болваны могут решить, что я струсил и уношу ноги.

– Пусть думают, что хотят, лишь бы нам добиться цели.

Всю дорогу до дома Дэвида они ехали молча; но наконец карета остановилась, и лакей, отворив дверь, откинул подножку.

– Так и быть, – огрызнулся Дэвид, – я уеду. А ты наслаждайся сплетнями, которые непременно поползут по городу.

Он выпрыгнул из кареты и, даже не поблагодарив и не попрощавшись, затопал вверх по лестнице, а Маркус, безнадежно махнув рукой, откинулся на спинку сиденья. Дэвид уедет завтра же, прежде чем у Барлоу пройдет похмелье, даже если для этого Маркусу лично придется связать братца, заткнуть ему кляпом рот и отправить его по почте. Маркус давно уже мечтал спровадить Дэвида из Лондона под тем или иным предлогом, а теперь и повод подвернулся. Правда, Дэвид тоже хорош: как он смеет ставить под угрозу честь семьи? До выхода их сестры в свет осталось меньше года. Несомненно, Дэвид и в Брайтоне что-нибудь выкинет, но лондонское общество тем временем будет занято своими сплетнями. Если дуэль не состоится, сплетни о леди Барлоу и Дэвиде постепенно сойдут на нет.

Маркус почувствовал, что устал, и велел кучеру ехать домой. В клуб ему возвращаться не хотелось; хотя спасение Дэвида заняло меньше часа, он был весь измотан, а вечер окончательно испорчен. Разумеется, он не ждал благодарности, но если бы у Дэвида хватило ума не дуться! В один прекрасный день Маркус оставит брата в покое, и тогда тот оценит его помощь по заслугам. Пока же нужно обеспечить будущее Селии. Когда сестра выйдет замуж за достойного человека, Дэвиду будет предоставлена полная свобода: пусть сам расплачивается за свои ошибки.

Маркус откинулся головой на подушку и помолился за то, чтобы в Брайтоне Дэвид не влип в какую-нибудь очередную жуткую историю.

Глава 1

В поселке Миддлборо проживало менее двухсот душ, и хотя он мог похвастаться портным, швеей, сапожником и двумя прекрасными тавернами, но до города никак не дотягивал. Единственное, чем этот поселок славился, и что приносило ему доход, было его местоположение. В двадцати пяти милях к северу располагался Лондон, в двадцати пяти милях к югу – Брайтон, а дорога между ними пролегала через Миддлборо.

Жители Миддлборо давно привыкли, что мимо с грохотом проносятся роскошные кареты с разодетыми господами. Большей частью проезжие господа останавливались в тавернах «Белый лебедь» либо «Королевский герб», и многие джентльмены, соблазнившись прямой дорогой, пролегавшей через равнину, устраивали гонки и пролетали мимо.

Ясным днем в самом начале весны на горизонте появились два таких экипажа, и Ханна Престон, шагавшая со свертками вдоль дороги, тяжело вздохнула, потом переложила свертки, схватила дочку за руку и притянула поближе к себе. Через миг мимо прогрохотали ярко раскрашенные колеса и пронеслись взмыленные лошади.

– Вот дурни, – пробормотала Ханна, чуть не наступив в грязную лужу. – В один прекрасный день кто-нибудь из них обязательно перевернется вверх колесами.

Ее невестка рассмеялась.

– Тогда ты уж точно насладишься этим зрелищем: ведь твой дом стоит на самом повороте.

– Да, только пусть это произойдет поскорее, – откликнулась Ханна. – Через месяц приезжает новый священник.

– Мамочка, неужели ты хочешь, чтобы кто-нибудь разбился?

Ханна обернулась к дочке:

– Ну что ты, Молли! Нет, конечно.

– А-а… – Молли посмотрела вслед проехавшим каретам. – А то дядя Джейми поспорил на шиллинг с дядей Томом, что на этой неделе кто-нибудь перевернется.

Ханна нахмурилась.

– Твоим дядям не следует вести при тебе подобные разговоры.

– Делать ставки грешно, правда, мамочка?

Ханна замялась. Ее покойный муж, без сомнения, сказал бы, что грешно, но родных братьев она осуждать не смела.

– Понимаешь, Молли, дядя Джейми и дядя Том любят пошутить, – вмешалась Сара. – Они знали, что ты слушаешь?

Молли поджала губы.

– Они думали, что меня рядом нет, но я все слышала. Не сердись, мамочка.

– Как я могу сердиться? Разве ты виновата, что Бог дал тебе такие хорошие ушки? – Ханна сморщила нос и состроила забавную гримаску. – А вот и наши ворота. Побежали наперегонки?

Как она и ожидала, Молли тут же, визжа и хохоча, сорвалась с места; сама Ханна, немного пробежав, остановилась, потому что в ее дырявую туфлю попал камушек.

– Ох, – измученно произнесла она.

– Что, пора покупать новые ботинки? – хмыкнула Сара.

Ханна вздохнула.

– Пора искать работу, иначе мне никогда не купить новые ботинки.

Остаток пути Сара молчала. Ханна толкнула ворота, которые все еще раскачивались после того, как через них промчалась Молли.

– Мы всегда будем тебе рады, – негромко сказала Сара, но Ханна лишь покачала головой.