"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гаврилова Анна Сергеевна - Страница 122

– С тех пор, как ты сбежала, в Рестриче кое-что изменилось, – глядя на мою реакцию, говорит папа. И добавляет: – Мнение старейшин разделяют далеко не все.

Угу. Это я уже поняла. Но всё равно удивительно.

Я делаю два шага по направлению к переулку, через который можно на нужную нам улицу выйти, и замираю. Потом поворачиваюсь к брату и задаю вопрос, которым следовало озадачиться ещё пару дней назад…

– Кстати, а где Натар? Куда запропастился и почему не показывается?

Если вдуматься, это в сотню раз удивительней, чем тот спор, что разгорелся на площади. Просто… Натар – это Натар. Он всегда, сколько себя помню, где-то поблизости ошивался. Во времена, когда я жила в Рестриче, не случалось и дня, чтобы я соседского мальчишку не встретила. А тут…

– Натара нет, – отвечает Торизас. Потом делает глубокий вдох и поясняет: – Натар сбежал через несколько дней после тебя.

Ну вот опять шок. И брови где-то на середине лба замирают.

А брат продолжает:

– В тот год вообще много побегов было. И на следующий, и после него. Все утихомирились, когда старейшины согласились внести кое-какие поправки в законы. В том числе разрешили всем желающим посещать Линскую ярмарку. Ну и ещё кое-что, по мелочи.

В этот миг стало очень радостно, что рядом стоит Дантос и придерживает за талию. Клянусь – если бы не он, я бы точно грохнулась.

– Как… как это сбежал? – совладав с голосом, выдохнула я. – Куда?

– Понятия не имею, – ответил брат. – Про Натара знаем только то, что он записку на прощание оставил. В записке одно слово…

– Какое? – подтолкнула я.

Тор усмехнулся, но озвучил:

– Задолбали.

На пару секунд я превратилась в ледяную скульптуру – стояла и пыталась осознать эти невероятные новости. С самого начала понимала, что буду дурным примером, но я понятия не имела, что всё зайдёт так далеко!

– А почему вы не сказали сразу? – Я мазнула растерянным взглядом по лицам родителей. – Почему я узнаю обо всём этом только сейчас?

Мама шумно вздохнула, Тор усмехнулся, а отец пожал плечами и сказал:

– Тема опасная. Да и не знали, как ты на такие новости отреагируешь.

– А как я могу отреагировать? – уточнила осторожно.

– Да мало ли, – ответил папа. – Натар, как-никак, не посторонний…

Повисла пауза. Она, вопреки тому, что новости как бы и не плохие, была нервной. А когда мы двинулись в сторону того самого переулка, я поняла – мне ужасно грустно.

Ну зачем он сбежал? Куда? И что с ним теперь?

– Не хмурься, – сказал Тор. – Это его жизнь и его выбор.

– Но… – начала было я и замолчала, услышав:

– Ты сейчас совсем как старейшины рассуждаешь. Мол, если мир за стенами Рестрича, то обязательно зло. Но ведь это не так, Астрид.

Захотелось надуться и спросить: ты-то откуда знаешь? Но я промолчала, потому что Торизас был прав. Перегибаю я сейчас. Совсем как некоторые.

С пару минут шли молча. Со стороны площади слышался гул множества голосов, и по-прежнему веяло вероятностью драки. Правда, меня заварушка уже не волновала. Да и соседский мальчишка, честно говоря, из головы вылетел.

Зато вспомнились розовые алмазы и их расположение, сильно похожее на то, что магической сеткой называют. Это воспоминание стало поводом выскользнуть из захвата Дантоса и прицепиться к брату.

– Что ещё? – увидав на моём лице странное выражение, спросил Тор.

Я лукавить не стала, сказала как есть, но, на всякий случай, шепотом:

– Знаешь, там в Лабиринте… В общем, я не уверена, но есть подозрение, что там что-то нарушилось.

– Что-то? – переспросил брат.

Я пожала плечами. Увы, но более точно сказать не могу. Я же не специалист, не маг! И вообще – возможно то, что я за магическую сетку приняла, в действительности нечто иное? Нечто совсем не волшебное и вообще безобидное? Может, я вообще в своих предчувствиях ошибаюсь. Так каких уточнений от меня ждать?

– Что-то, – повторила уже вслух. И добавила главное: – Когда в Лабиринт пойдёшь, будь осторожнее, ладно?

Торизас улыбнулся и кивнул, а в следующий миг послышался сдержанный мужской смех. Я повернула голову, чтобы увидеть рядом с Даном Вернона. И да, эти двое веселились!

– Над чем смеётесь? – полюбопытствовала я.

Вернон бросил взгляд на Дантоса, а тот задумался на миг и отрицательно качнул головой. Сказал с улыбкой:

– Нет, ничего.

Я заломила бровь, но вместо пояснений услышала туманное:

– Да так. Подумалось, что твоё возвращение обходится народу метаморфов слишком дорого. И для полного счастья не хватает только одного…

– Чего?

Герцог Кернский снова головой мотнул.

– Нет, малышка. Это уже перебор. Такого не случится. Хотя вероятность, что нас выследили…

– Сотня золотых на то, что будет! – перебил Вернон.

Дан фыркнул и рассмеялся снова, а я окончательно убедилась в мысли, что ничегошеньки в их шуточках не понимаю. Ну кроме одного: я – проблема, и это как бы смешно.

Учитывая, что день выдался трудным, а живот уже ныл от голода, искать справедливости я не стала. И дополнительного допроса не устроила! И вообще решила подумать обо всём этом как-нибудь позже, по дороге в Керн, например.

Но Леди Судьба распорядилась иначе… Где-то через час, когда наша маленькая компания уже прикончила суп и второе, уют дружеского обеда нарушил нервный звон дверного колокольчика.

Ещё минута, и в кухню ввалилась бледная, словно смерть, госпожа Мита.

– Что стряслось? – глядя на перепуганную соседку, воскликнула мама.

– Чудовища, – выдохнула та. И, собравшись с силами, пояснила: – У стен города… драконы.

Шок? Ну да, было немного. А вот драматизма и какой-то эпичности не получилось. Просто едва Мита замолчала и бессильно упала на стоящий поблизости стул, Дантос и Вернон переглянулись и… прыснули.

Через несколько секунд их сдержанный смех превратился в самый бескультурный ржач. Да такой сильный, что даже посуда в шкафу задрожала! А мы сидели, смотрели на эту парочку и дружно пытались понять – что происходит?

Нет, лично у меня догадки-то возникли, но обдумать их не успела – блондин и брюнет успокоились раньше. А через миг после того, как они замолчали, вновь раздался звон дверного колокольчика. Но этот визитёр, в отличие от госпожи Миты, вламываться в дом не стал, он стоял на крыльце и ждал, когда кто-нибудь откроет.

Мама оказалась самой проворной – именно она первой выскочила из-за стола и поспешила в прихожую. Остальные тоже повскакивали, и только Дантос с Верноном не шевельнулись. Словно ничего особенного не происходит! Словно их это всё вообще не касается!

И лишь когда мама окликнула, призывая меня выйти, герцог Кернский соизволил вытереть губы салфеткой и, приняв самый серьёзный вид, подняться на ноги.

В итоге, в прихожей он очутился первым. А уже за ним из кухни вышли я, папа, Тор и прочие любопытные. Включая лопоухого Энира.

Вышли и ничуть не удивились, обнаружив на пороге известное трио, дополненное Гертоном.

Впрочем, нет. Удивительное тут тоже было! Нил и Дурут в кои-то веки растеряли спесь и выглядели довольно бледно. И разговор не они начали, а Ждан.

– Астрид, у нас проблемы, – сказал бывший наставник со вздохом. – Четверть часа назад у городских ворот приземлилось несколько… – Ждан запнулся, словно всё ещё не верил, но всё-таки договорил: —…несколько драконов. С драконами люди – как понимаю, это люди из племени драхов. Они требуют тебя.

Я подарила бывшему наставнику вопросительный взгляд, и Ждан пояснил:

– Среди драхов один говорит на нашем языке. Он кричит, что им известно, что маленький дракон здесь, и они требуют встречи.

– Чего-чего? – ошарашенно переспросила я.

– Они требуют встречи с тобой, – повторил Ждан. – Немедленно.

Я открыла рот в намерении ответить, но слов как-то не нашлось. Зато старейшина Нил, несмотря на явную близость сердечного приступа, не выдержал и выпалил:

– Ну что ты встала?! Тебе же сказали…