Сто тридцать четвёртый "М" (СИ) - "Simejaza" - Страница 135

— Так точно, сэр! — рявкнул исполнительный старпом и отключился.

***

— Ты ебанулся, Кэп? Какой, нахуй, налёт? Плана, как такового, нет, оборона системы, как и планетарная, толком не разведаны, что там нас ждёт — непонятно, данные как минимуму на квартал устарели, а ты, я правильно понял, да, хочешь налететь на планету ограниченными силами, ограбить орбитальные склады и, весело улюлюкая, свалить с одного из самых укреплённых поста гранов в секторе? — разорялся Чёс.

— И отомстить за проигрыш наших войск на Маластаре.

— Это там, где КНС какого-то монстряка газом затравили? — экая у Финна осведомлённость. Даже я такого из канона не припомню.

— Ага.

— Это безумие, — странно, но именно эту ремарку вставил как никогда постный на морду лица Дэнч.

— Ага, — ну а что ещё сказать?

— Я в теме, — Скар.

Интересный момент. И когда они с Дэнчем успели ролями поменяться? Война, что ли, так повлияла? Я окинул взглядом собравшихся офицеров и молча вывел на тактстол проекцию Киньена.

— Ребята, я понимаю, что это выглядит как экзотическая попытка самоубиться о превосходящие силы противника, но у меня лично есть все основания полагать, что это не так. Теперь по налёту — меньше всего от нас ждут именно его, а вот как сделать так, чтобы он прошел с минимальными потерями при максимальной эффективности, я вам попробую сейчас изложить…

Чуть позже. Гауптвахта республиканского крейсера «Ту 134».

За дверью тут раньше находились кладовые и отсек для зарядки дроидов-уборщиков. Да и я сам уже не помнил, когда и кому именно пришла в голову светлая мысль оборудовать республиканские военные суда чем-то вроде карцера, но не смотря на вполне себе очеловеченный экипаж — он тут тоже был. Дверь почти бесшумно въехала в стену, оставляя вытянувшегося в струну охранника слева, и я зашел в темное, слегка пахнущее стылым металлом и изоляцией кабелей помещение.

— Асока.

Непередаваемо серьёзная тогрута оторвала пустой взгляд от стены и распрямилась на шконке, отпустив до того обхваченные руками колени, свесив ноги вниз. Буквально пару секунд она вполне осмысленно и грустно изучала бластер у меня на поясе, после чего как-то горько усмехнулась и подняла голову уже на мою морду лица.

— Я не буду читать нотации или обсуждать то, что случилось. Мне нужна твоя помощь.

Видя, как девчушка напряглась, добавил:

— Это касается твоей подруги. Сенатора Падме Амидалы. Ну и немножко будущего всего ордена джедаев.

Правы были авторы всех фанфиков моего родного мира — она такая милая, когда в смятении и пытается задуматься. Впрочем, заметавшийся взгляд резко остановился, и на меня глаза подняла уже маленькая хищница, готовая защищать … Да не важно кого, но сам факт. А может, и показалось…

— Что я должна сделать?

— Технически — выжить, Асока Тано, но это глобально. А вот в частности… Через полчаса мы выходим из гипера, у тебя будет всего минут двадцать, чтобы связаться сначала с Падме, потом со своим… бывшим учителем. А говорить ты будешь примерно следующее.

И да, у меня таки созрел план. Нет не так. ПЛАН.

***

Родная планета гранов, откуда эти падальщики от коммерции всея галактики вылезли — на самом деле была маленьким аграрным мирком. Причём миром малозаселенным. Что, среди прочего, абсолютно не мешало самим гранам спокойно окружить планету производственными комплексами всего на свете. Если бы в этой вселенной существовал такой китайский торговый город, как Урумчи — вот орбита… Да что орбита — вся система Киньен была бы вот этим самым Китаем. Возвращаясь к планете — такое сравнение было бы некорректно на самом деле, потому что свою родную планету граны любили. Любили настолько, что вынесли с неё все производства вообще, кроме аграрных. На наши деньги — планета производила элитные продукты питания с маркировкой «без ГМО». Учитывая, что на поверхности располагались геокуполы с имитацией атмосферы и климата нескольких десятков планет — растили там не только меилураны и фарровые шникты. Несмотря на то, что сами граны присоединились, хоть и формально, к КНС, торговать от этого они не перестали. Соответственно охрана «великого торгового гранского пути» осуществлялась войсками и дроидами КНС, но на взаимопроникающие связи самих торгашей — и чего уж греха таить, рабовладельцев-гранов — с Республикой обе стороны смотрели сквозь пальцы. Торгаш всегда будет там, где ниже налоги, а вездесущие граны торговали ВСЕМ.

Я прекрасно отдавал себе отчёт в том, что по головке нас за то, что я задумал — не погладят даже в Республике, но тут я лично преследовал несколько целей. Согласно директивам контрразведки — инфопакеты с данными и рапортами я сбрасывал только в определённых системах. Соответственно, информацию от автоматических баз искинов кораблей и, в принципе, того, что с нами творилось последнее время — штаб не получал. А мне нужно было «списать потери». Спрятать джедаек, парней из беспинского гарнизона и круто насолить торгашам. Накормить бойцов — задача второстепенная на самом деле, хотя мои «мыши» от свежака люксового класса точно не откажутся, ибо сухпаи армейские с питательными смесями вкуса нестиранного носка и консистенции сушеного навоза остохренели до невозможности.

Списать потери можно только после боя. И именно по этой причине сейчас практически весь подотчётный контингент без протокола буквально раздевал и по запчастям перетаскивал всё возможное со складов моего «Призрака» на «Ту134». Корабли уже порядка шести часов висели на расстоянии пары километров друг от дружки. И больше всего разорялся опять таки — Чёс. От его постоянного нытья уже ломило зубы, но сделать я лично ничего не мог. Да и что уж там — понимал я его… и даже самому было немного обидно, но…

— Я на тебя рапорт подам. (Я на тебя такую кляузу напишу, что тебя или посадят, или расстреляют.) Вот как прилетим до базы — сразу.(И даже ждать не буду!) Ты точно пизданулся. (Я считаю, что ты психически нездоров, продемонстрировал себя несостоятельным командиром и подлежишь списанию на запчасти). Ты знаешь, сколько он стоит? (Ты понимаешь, как мне обидно соглашаться на то, что ты предложил?) Да я ж на нём… да мы… (Кэп, я самолично тебя убью. И народ подтяну под это дело.)… Он же у меня в эскадре дальним разведчиком уже сколько… (Там опытный экипаж и дорогое оборудование!)

— Чёс, я тебе новый куплю.

В этот момент погрузочный бот рванул с натугой связки кабелей, со звоном лопнувшей переборки выдрав из стены модуль наведения торпед, оторвав его с мясом, от чего Чёс вздрогнул всем телом.

— Кэп. Ты псих. Честное слово, не знай я тебя с учебки, — помотал головой кислый Чёс, потом вздохнул и обречённо махнул рукой. — Но рапорт я точно подам. (Обидно мне! ОООчень!!!)

Ретроспектива. Чуть ранее. Совещание штаба операции.

— Разбить…?

— Ага.

— Корабль..

— Ну да.

— Мой корабль… Об планету…

— Ээм. Угу.

— Протаранив по касательной оборонительную станцию… Мой корабль… Разбить…

— Совершенно верно.

— Ууу… Да я тебя, бль..!!!

«Держите его! Лови! Руку, руку! Бластер забери! Лайн-коммандер, успокойтесь! Держиегоблин!»

Конец ретроспективы.

— Братишка, ну честное слово — прям новый корабль у тебя будет. Лучше этого. А хочешь «Венатор»? А? Я договорюсь. Ну, попробую…

— Да пошел ты… ххкоммандер, — выплюнул Чёс, и развернувшись, потопал к шаттлу. Всё. Не выдержал вида откровенной мародерки, бурча что-то очень матерное под нос. Это он ещё не знает, что я для «134-го» задумал…

Ээх.

Система Киньен. Шестнадцать с половиной часов спустя.

Налёт, хоть и подразумевает уничтожение или захват материальных ценностей противника, но в нашем случае не был согласован с генштабом, поэтому представлял собой глухую авантюру чистой воды. Авантюру, после которой мне, как я понял после разговора Асоки с Амидалой, предстояло опять ненадолго исчезнуть. Причём исчезнуть категорично и с ротой отборных спецов. Меньших сил мне было брать с собой попросту опасно. Что-то, видимо, из моего вмешательства в историю этой вселенной пошло не так, или наоборот — всё шло именно так, но не опознать живот на восьмом месяце, с двойней, у тщательно скрывающей это девушки на той стороне голопередачи было бы очень непросто. Времени у меня в принципе оставалось очень и очень немного, и как ни странно — именно это и было тем, что меня встряхнуло, окончательно приводя в состояние, в котором голова включилась и заработала на полную мощность.