Ледовое снаряжение - Фостер Алан Дин - Страница 67

— Мы пришли к вам открыто, как гости, а вы ответили вероломством, — сказала она, подавленная перспективой. Все логические аргументы уже были исчерпаны. — Религиозные фанатики!.. — Мы обратились к вам за помощью, черт побери!

— И мы намерены помочь вам, — произнес приор и обернулся к наблюдавшим за ними братьям.

— Братья! Эти несчастные испорченные создания взывают к нам о спасении! Давайте помолимся о том, чтобы их души достигли следующего уровня существования неоскверненными порчей.

— Да будет так! — пробубнило Братство.

Их голоса присоединились к непрерывному гудению кора, нарушаемому лишь истеричными рыданиями Колетты.

Внезапно сверху раздался громкий треск, и страшный голос провыл:

— ДА БУДЕТ ИЗВЕСТНО ВСЕМ, ЧТО ТЕМНЫЙ ЗАЩИЩАЕТ ТО, ЧТО ЕМУ

ПРИНАДЛЕЖИТ! — и добавил быстро на английском: — ЗАКРОЙТЕ ГЛАЗА!

Немедленно все траны подняли глаза вверх, в то время как трое пленных людей пригнули головы и крепко зажмурились.

Взрыв. Несколько тел взлетело в воздух, оставшиеся на ногах в панике побежали к выходу, не по-братски давя раненых в чрезмерной спешке. Голос сверху завывал:

— Я СИЛА И СЛАВА ТЬМЫ! И КАЖДЫЙ, КТО ПРОТИВОСТОИТ МНЕ, БУДЕТ УНИЧТОЖЕН!

Раздался другой взрыв, и еще несколько членов Братства полегло. Снова раздался треск, но не сильный, сопровождаемый хрустальным звоном выбитого стекла. В комнату была вброшена веревочная лестница. Она еще не успела раскрутиться до конца, а Сква Септембер был уже на полпути вниз. Этан,

Гуннар и несколько солдат последовали за ним.

Великан немедленно направился к двери.

— Благодарение Богу, у нас есть небольшое преимущество! — выдохнул он. — Она запирается изнутри!

Подбежавший Гуннар опустил задвижку.

— Она не слишком прочна, друг Сква. Не выдержит решительного напора.

Этан и вся команда захватили с собой факелы, на тот случай, если бы

Братья потушили лампы. Теперь этим факелам было найдено несколько иное применение. От них были зажжены фонари, висевшие на стенах, и началась медленная и опасная работа по растоплению льда и освобождения скованных пленников.

Этан работал над медным чаном, где находилась Колетта.

— Пожалуйста, поторопитесь! — просила она. — Я… Я больше не чувствую своих ног.

— Сколько у нас есть времени? — спросил Септембер у Гуннара.

— Трудно сказать, — рыцарь глядел на запертую дверь. — Они не солдаты, и не станут действовать как солдаты. Но до тех, кто убежал отсюда, скоро дойдет, что наш вид далек от сверхъестественного, и некоторые могли нас узнать.

Четверо воинов поднимали и переворачивали медные чаны. Пленники выскользнули из ник, все еще схваченные ледяными панцирями. Но теперь оттаивание пошло быстрее.

— Решиться им будет не легко, — продолжил Гуннар. — Если мы действительно слуги Тьмы, о чем свидетельствует наша возможность вызывать гром и молнии, я не думаю, что они решатся атаковать нас снова. Но они могут рассматривать нас как смертных слуг Тьмы, в этом случае…

— К черту Тьму! Сколько у нас времени?

Раздался глухой удар, как будто кто-то пытался высадить дверь, задвижка затрещала. Затем последовала серия тяжелых ударов и все затихло.

— Вот тебе и ответ, — прорычал великан. Он обернулся к центру комнаты.

Растопление было почти что завершено, и Вильямс, Колетта и неподвижный мистер дю Кане были почти свободны.

— Знаете, — сказал Этан, шутливо удаляя остатки льда с ее лодыжек, — вы выглядите ужасно, будто искупались в мартини.

— Ох, я бы сейчас от этого не отказалась, — ответила она. — Слава

Богу, что на нас были эти костюмы.

Он стал растирать ей ноги, и она не возражала.

— Я в порядке, сказала она наконец. — Помогите учителю.

Этан посмотрел на сеньора дю Кане, который тихо и спокойно лежал на каменном полу.

— Но твой отец… он?..

— Ничего. — Она опустилась перед ним на колени, и Этан услышал, как она шепчет ему на ухо. — Свободный кредит… расширение сферы влияния…

Сначала у старика пошевелилась рука, затем нога, и мистер дю Кане сел. Поморгав, он взглянул на свою дочь. Она помогла ему подняться на ноги.

— Ну, моя дорогая, живы мы или умерли?

— Это все еще спорный вопрос, отец, но больше похоже на первое.

— Понятно. Жаль, — он щелкнул языком. — Мне очень хотелось узнать, какие цветы в другом мире.

— Там только души цветов, я говорила тебе об этом, отец. Ну, давай, разомнись немножко. Вот так… Он умеет впадать в защитный транс, — ответила она на удивленный взгляд Этана. — Входит в него всегда, когда его нервная система перегружена. Это не в первый раз спасает ему жизнь.

Раздался громкий удар и дверь неистово содрогнулась.

— Мы, кажется, злоупотребляем гостеприимством, — предположил Этан.

Септембер стоял лицом к двери и молчаливо ждал. В руке он держал маленький, крепко перевязанный кожаный сверток. Из него торчал короткий фитиль. Септембер постоянно перекладывал его из одной ладони в другую, туда и обратно.

— Давайте-ка отойдем подальше, ребята.

Последовал еще один удар, и дверь опасно подалась внутрь. Вильямс уже вылезал через разбитое верхнее окно. Геллеспонт дю Кане был на полпути к нему, а Этан с Колеттой ждали внизу.

— Ну теперь полезли, — сказал он наконец.

Она неуверенно посмотрела на висевшую перед ней веревочную лестницу.

— Я… я не знаю. Я не создана для подобных упражнений.

— Вы что, захотели снова окунуться в это псевдомартини? Лезьте. Я вам помогу.

Он подставил руку под ее внушительный крепкий зад, и слегка подтолкнул ее вверх. Затем полез сам. Он не представлял, что будет делать, если не удержится. Пока она лезла и ворчала, он взбирался и молился.

Гуннар взбирался следом за ними.

Септембер направился к свободному концу лестницы. Треск и грохот наполнили комнату — и дверь ввалилась внутрь. Толпа кричащих ученых-братьев ввалилась в комнату. Они увидели Септембера, спокойно стоящего под лестницей, и онемели.

На этот раз у некоторых были ножи, возможно, позаимствованные из монастырской кухни. Братья быстро утеряли свою интеллектуальную сдержанность. Септембер освободил запал и сунул его в ближайшую лампу.

Подержав сверток еще секунду в руках, он мягко его бросил к ногам ученой братии.

Те замерли, с удивлением наблюдая за действиями Септембера и кожаным свертком. Тогда Септембер резко развернулся и одолел половину лестницы прежде, чем братия опомнилась и послала ему вослед ножи.

Этан взволнованно наблюдал за происходящим внизу через разбитое окно.

Он быстро схватил отчаянного безумца за одну руку, а Гуннар за другую. Оба дернули изо всех сил, и Этан упал на спину. Септембер очутился на крыше, сопровождаемый грохотом и фейерверком из пыли и каменного крошева.

— Хорошо громыхнуло, — пробормотал он, ощупывая свой задетый посохом бок. — Нам повезло, что я сберег одну бомбочку напоследок.

Второй раз за сегодняшнюю ночь Этан слепо бежал по крышам, перескакивая с одного уровня на другой по направлению к лестнице. Похоже, братья были деморализованы и не снарядили погоню. Или, быть может, уже некому было ее снаряжать.

Так или иначе, они не встретили никаких препятствий во время лихорадочного бегства по крышам, и вскоре добрались до площадки над дверью.

Дверь была сожжена, и обуглившиеся ступени вели обратно в монастырь.

Это был результат диверсии Гуннара, произведенной ранее этой ночью.

Большая группа братьев стояла перед сожженным входом, вооруженная тривиальными дубинками и посохами.

Они стояли в ожидании атаки спереди. Очевидно, никто не успел сообщить им о возвращении слуг Тьмы. При появлении беглецов с другой стороны они испытали что-то вроде шока.

И во время спуска по лестнице не было за ними погони.

— Они так старались управлять с помощью разума и логики, что чудеса просто не осмысливают, — сказал Септембер. Взобравшись на борт корабля, он тяжело дышал. Спешное возвращение из монастыря в конце концов утомило и его. Но теперь они были уже в безопасности. Вряд ли в мире осталось достаточно братьев, чтобы атаковать «Сландескри». Великан глядел вверх на монастырь, похожий на бледный призрак на фоне черных скал.