Лучший исторический детектив (СИ) - Цветкова Ирина - Страница 108

Семья состояла из трёх человек: Николая Сергеевича, адмирала в отставке; Аглаиды Тихоновны, его хворающей жены; их сына Андрея, будущего военно-морского офицера. Именно Андрей, вышедший побродить по окрестностям и подышать морским воздухом, и спас Лилю, заметив ненароком её отчаянные попытки бороться за жизнь.

У него были летние вакации, которые он проводил с родителями исключительно только потому, что его мать была серьёзно больна. Она страдала чахоткой и прогнозы эскулапов были неутешительны. Это и держало семью вместе, поскольку в любой момент могло произойти непредвиденное.

Андрею Черкасову скучновато было с родителями да ещё и за городом, в отрыве от вольных однокашников и светских балов, где можно было знакомиться с противоположным полом. Поэтому он с таким воодушевлением любил прогуливаться с Лилей и беседовать обо всём.

— Мы вообще-то живём в Севастополе, — рассказывал он, прохаживаясь с ней по аллеям их парка, — а здесь у нас загородный дом, мы тут обитаем с весны до осени. Эта местность называется мыс Феолент, тут красивая природа и малолюдно, поэтому отец решил здесь построить дачу. Маме нашей показан морской воздух, поэтому мы тут находимся безвыездно. Стараемся быть всегда около неё, ничем не омрачать ей жизнь и исполнять все её желания.

Бродя с Лилей вокруг своей усадьбы по парковым аллеям и развлекая её разговорами, Андрей норовил невзначай дотронуться до её руки. Она тут же в ужасе отдёргивала свою руку.

— Никогда больше не смейте так делать! — негодующе воскликнула она однажды.

Юноша покорился. Он больше не пытался сблизиться с ней. Разве мог он знать, что его невинные попытки взять за руку новую подругу отзываются в её сердце удручающими картинами прошлого: несостоявшаяся невеста с рассыпавшимися у ног розами, медленно идущая от венца к выходу, и люди в храме, в полном молчании расступающиеся перед нею… Она так хотела это забыть! А он снова напомнил.

Вернувшись с прогулки в свою комнату, Лиля, тяжко дыша, расстегнула ворот платья, потому что было трудно дышать, не хватало кислорода. Опираясь на мебель, какие-то шкафы, кровать, она дошла до окна, распахнула его и глотнула свежего воздуху. Потом в изнеможении сделала несколько шагов и рухнула на постель. Нет, никогда, никогда, никогда с ней больше такое не повторится! Никогда больше она не пойдёт с позором из церкви, оставив жениха венчаться с другой. А потому ни один мужчина ни в жизнь не подойдёт к ней, и она не станет игрушкой в его руках. Она не позволит никому играть собою.

Андрей проявлял учтивое внимание к гостье. Он сам вместо горничной подавал ей чай, а когда она с его маменькой сидели по вечерам на улице и с моря веяло прохладой, он набрасывал им на плечи платки или укрывал пледом ноги. Иногда недомогание не позволяло Аглаиде Тихоновне выходить из своей спальни, и тогда Андрей и Лиля вдвоём сидели в креслах на улице, слушая плеск накатывающихся волн и вдыхая солёный морской воздух. Он всегда следил, чтобы она не простыла, чтобы ей было удобно. Больше всего он переживал о здоровье Лили.

— После ваших «морских купаний» вам следует беречь себя, — говорил он, подавая ей крепкий чай и укутывая её ноги пледом.

Забота мужчины обезоруживала Лилю. Она привыкла, что о ней радеет и решает все её проблемы дворецкий. Но его не было рядом. С ней не было главной её надежды и опоры. И вот теперь другой мужчина стал оказывать ей знаки внимания и проявлять заботу, в которой она так нуждалась.

Как-то незаметно она привыкла к нему и стала чувствовать в нём родную душу. Андрей стал ей словно брат. А он привязался к ней по-другому.

Лиля совершенно оправилась после всего случившегося с нею. Она чувствовала себя здоровой, бодрой, готовой к новым свершениям. Только вот что ей теперь делать, куда податься? В Херсон нельзя, там она под подозрением. Сразу схватят. Тогда куда? Наличных у неё нет. Поэтому далеко не убежишь. Впрочем, Черкасовы не настаивали на её отъезде, напротив, всячески увещевали её побыть с ними. На что она с большим удовольствием соглашалась.

Здесь была замечательная природа, море, чистый морской воздух, уютный дом, а главное — дружная семья, которая сразу приняла её и полюбила, ничего о ней не зная. Лиля заметила, что её тянет к чужим семьям, потому что своей у неё давно нет.

Она бы так и жила с ними дальше, если бы однажды случайно не услышала один разговор. Она проходила по коридору мимо кабинета главы семейства Николая Сергеевича. Лиля и прошла бы дальше, если бы вдруг не услышала оттуда голоса отца и сына. Это заставило её замедлить шаг, а потом и вовсе остановиться и прислушаться.

— Отец, ты делай со мной что хочешь, но я люблю её. Она нужна мне, как воздух. Я хочу быть с ней всегда, всю жизнь.

— Но ты же её совсем не знаешь! Не знаешь её семью, её образ жизни, её внутренний мир. Она случайно попала в наш дом, она мимолётное явление в нашей жизни. Пришла и уйдёт. Таких, как она, у тебя будет ещё много.

— Я не хочу никого другого! С первого взгляда я понял, что это моя женщина. Я однолюб, влюбляюсь один раз и на всю жизнь.

— Андрей, сын мой, нам сейчас нужно думать не о посторонних женщинах, а о нашей маме. Ты же знаешь, в каком она состоянии. Мы ничего не можем изменить, мы можем только продлить её земное существование. Не огорчай маму.

— Отец, запомни: если встанет выбор — вы или она, я выберу её.

Возникло молчание. Потом Николай Сергеевич с трудом промолвил:

— Видно, пришло время выпроводить нашу гостью. Пора сказать ей, что она здесь лишняя.

— Нет, папа, пока я живу в этом доме, я не позволю её выставить отсюда! Я её спас, я и отвечаю за неё. Она моя гостья и будет жить здесь столько, сколько захочет. А лучше всего — всегда.

Лиля не видела, как адмирал Черкасов покачал головой и устало сказал:

— Я не позволю какой-то приблуде разрушить нашу семью. А я уже вижу, что из-за неё рушится гармония нашей семьи. Ты становишься другим. Это она тебя изменила. Я не допущу, чтобы ты стал нам чужим. Завтра же её не будет в нашем доме.

— Запомни, дорогой папаша: если Лиля уйдёт из этого дома, то только вместе со мной! Если уйдёт она, то уйду и я. Навсегда!

— А о матери ты подумал? Ты нужен маме! Ей плохо, неужели ты оставишь её в трудный момент?

— Вот и выбирай, папочка, как поступить — оставить Лилю здесь, чтобы я был с мамой, или выгнать её, чтобы я ушёл с ней и оставил маму.

Лиля не дослушала беседу отца и сына. Она развернулась и кинулась прочь. Ни за что она больше не останется в этом доме ни на секунду! После всего, что она услышала, оставаться здесь было нельзя. Андрей вовсе не был ей нужен. Она не питала к нему романтических чувств и не собиралась связывать с ним жизнь. И уж тем более не могла допустить, чтобы сын оставил ради неё больную мать. Ей не нужны такие жертвы. И сам Андрей не нужен. Что он там себе надумал?

Лиля слишком уважала Аглаиду Тихоновну, чтобы увести от неё единственного сына. Она видела от неё только хорошее, особенно когда они сидели в креслах под вишней и Аглаида Тихоновна, зябко кутаясь в наброшенный на плечи тёплый платок, покашливала, прикладывая к губам идеально белоснежный платочек, и о чём-то говорила с Лилей. Она внимательно слушала и что-то сама рассказывала, а Лиля чувствовала с её стороны почти материнское внимание, которого ей так не хватало. Нет, она не предаст эту чудесную женщину и не оставит её в оставшиеся дни бытия без единственного сына.

Лиля немедля покинула гостеприимный дом и просто пошла пешком в направлении города, а потом остановила подвернувшийся фаэтон.

Она была уже почти у самого Севастополя, когда её нагнал Андрей. Он мчался следом в экипаже, боясь потерять её из виду.

— Постой, — приказал он вознице. Фаэтон остановился. Андрей сел рядом и взял Лилю за руку, но она тут же вырвала её.

— Почему вы уехали? И даже не попрощались? Мы вас чем-то обидели? — осведомился он.

— Нет, я подумала, что загостилась у вас, — строгим тоном ответила Лиля. Она хотела, чтобы он отстал от неё и вернулся домой.