"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 245

Глава 19

Новый подвиг кота Василия

Как я уже говорил, в Зимнем дворце я бывал нечасто, а ночевал и того реже. Да и Сонечка предпочитала обитать в Царском селе. Но иной раз приходилось устраиваться в царской спальне. И у жены бывали разные благотворительные мероприятия, длившееся до глубокой ночи, а их продолжение планировалось с рассветом и, вроде, нет смысла ехать в Екатерининский дворец, тем более, что у нас здесь и спальня, и все прочее.

И мне, иной раз, полночь-за полночь приходилось торчать либо в Министерстве внутренних дел, либо на Гороховой, в службе Мезинцева, а то и посетить бывший завод Путилова, переданный владельцами в казну, а теперь именовавшийся Императорским танковым заводом. К тому же далеко не всё можно решить в императорском кабинете, проще приехать куда-то лично. И тратить потом время на дорогу до Царского села не хочется. Так не в гостинице же императору останавливаться, коли у него имеется свое жилье?

Любопытно, что моя юная супруга, во время поездок в Питер, не расставалась с нашим хвостатым телохранителем.

Василий отвергал любые корзинки и переноски, предпочитая, чтобы его несла на руках «мамочка» или шел сам. Диву даешься — как это кот умудрялся оказаться в закрытом автомобиле? Или — мы ещё только планировали выезд в Зимний, в Васька уже тут, в ожидании выезда. И не бегает, не трется о ноги, а чинно ждет, время от времени гневно мявкая — мол, поторапливайтесь!

Читал когда-то фантастические рассказы о том, что коты — телепаты. Не знаю, что там с остальными хвостатиками, но Василий определенно мысли читать умел. И, кажется, с Соней они нашли общий язык. По крайней мере, супруга его понимала без слов. То есть — без мурчаний и мявканий. А уж про кота и говорить не стоит.

Я уже подумывал — а не придать ли Василию официальный статус? Скажем, присвоить ему звание подпоручика и назначить его личным телохранителем правящей императрицы? Но нет, не стоит. Во-первых, нашего кота не заставишь по торжественным дням носить мундир, это автоматически означает, что оный подпоручик не сможет носить погоны. Во-вторых, Василию не присуща дисциплина, значит, полковнику Пегову трудновато будет командовать подчиненным, что повинуется зову сердца, а не рассудку. Представьте — поступает приказ от непосредственного начальника, а подчиненный, в это время, ушел по девкам. То есть, по кошкам. К тому же, ещё вопрос — а кто окажется главным начальником в Службе охраны императора — Пегов или Василий? А в-третьих, а это самое главное — коту глубоко плевать на всякие сословные и политические предрассудки. Наш Васенька выше всей этой мишуры. Думаю, его даже императорский престол не прельстит.

Впрочем, газетчики из проправительственных и свободных газет, ещё остающихся в империи, изгалялись над моим котиком, как могли. Его роль, как охранителя была прекрасно известна всем и каждому. На карикатурах его изображали и в полковничьем мундире, и в генеральском, увешанным регалиями и в виде огромного ангела с усами и хвостом, парящего над Санкт-Петербургом. На деревенских ярмарках продавали лубочные картинки, где изображался не император, а его кот. Причем — в образе различных русских царей. Был здесь и Иван Грозной, и Николай Павлович. Мне больше всего понравился Васька в образе Петра Великого — в долгополом камзоле, с тростью, грозящей немцам и французам.

А я-то считал, что лубок уже давно себя изжил, ан, нет, выпускают и раскупают. Подозреваю, что в ближайшем будущем появятся книжки-раскраски, а ещё комиксы, с невероятными приключениями кота Василия.

Ещё писали, что молодой император не принимает никаких решений, не посоветовавшись со своим котом. Самое любопытное, что никто против такого не возражал и не возмущался. Кот, между прочем, плохого не посоветует и худому не научит.

Соня уже принялась коллекционировать журнальные и газетные вырезки, где упоминался наш котик, лубочные картинки, а с недавних пор завела шкафчик, где под стеклом размещались императорские коты Василии в самых разных вариантах: плюшевые и деревянные, керамические и медные. Шкафчик заполнился всего за неделю, пришлось заводить второй, размещая там и сувенирные изделия — Александрийский столп, увенчанный котом; Кремлевская Спасская башня, с Василием, вместо двуглавого орла; Царь-пушка, с приставленным к ней хвостатым «пушкарем». Был даже совсем эксклюзивный вариант — Васька, вырезанный из слоновой кости, в позолоченной мантии и в шапке Мономаха, украшенной драгоценными камушками, восседающий на престоле. Такой сувенирчик стоил под тысячу рублей! Сонечке, поначалу, было жалко потратить на него такие деньги, но я настоял. Для будущего музея истории пригодится, а у нас в царстве-государстве всё не так плохо, чтобы жмотиться.

Кажется, и время-то нынче нелегкое — не до игрушек и не до сувениров, а вот, поди ж ты, изготавливают. А коли изготавливают, значит, вещи пользуются спросом. Были бы у нас холодильники, появились бы ещё и магнитики на холодильник. Думаю, что мой Василий превзошел бы котов самого Румянцева.

Появилось пара трактиров «У кота Василия», но на название, вроде «Кот императора» рестораторы пока не замахивались, потому что для этого уже требуется специальное разрешение от министерства двора. Зато управляющий Царскосельского дворца пару раз докладывал, что есть множество желающих стать «Поставщиком Кота Его Величества». Про поставщиков двора моего величества я знаю, а про поставщиков кота даже не слышал.

Я не сердился на такие вещи, а Васька — тем более. Но если по уму — нам с Васькой уже пора требовать отчисления за использование имени Его Кошачьего Величества. Но опять-таки, Ваське всё это было фиолетово, да и мне тоже.

Сегодня мы с Софьей как раз ночевали в Зимнем дворце. Соня ещё спала, а я пошел в кабинет. Нужно было сделать парочку телефонных звонков.

Там уже мой непременный секретарь. Когда парень и спит-то?

— Соедините с военным министром, — приказал я.

Утро началось с того, что пришлось составить серьезный разговор с военным министром. Мой начальник КГБ Мезинцев вышел-таки на тех высокопоставленных военных, что предоставили автоматы ППС террористам, попытавшимся совершить на меня покушение. Вернее — совершивших покушение, но к счастью, закончившееся для меня благополучно, если не считать двух дырок. Шрамы, кстати, ещё остались, но уже не чешутся. Но я-то ладно, пережил, а сколько народа погибло?

Цепочку стали разматывать, но удалось выйти лишь на исполнителей и посредников. А вот кто конкретно мог передать смертоносное оружие? Точнее — кто стоял за передачей? Подозреваемые, разумеется, имелись, но одно дело подозревать, а совсем другое иметь четкие доказательства.

— Леонид Александрович, а что у вас с начальником оружейного склада подполковником Суземовым? — поинтересовался я.

— Ваше величество, подполковник Суземов уже давал все необходимые объяснения, — сухо ответил министр. — Я даже отдал приказ, чтобы подполковник и его подчиненные сотрудничали с жандармами, что само по себе нонсенс. Все, что требовалось Мезинцеву, Суземов рассказал.

Нонсенс, видите ли. Господа военные не очень охотно сотрудничают с КГБ. Честь, видите ли. Так и вспоминается незабвенный фильм Эльдара Рязанова про бедных гусаров. Там приехал какой-то прыщ из Тайной канцелярии, поговорил с командиром полка и тот немедленно взял под козырек, да ещё и позволил своим людям участвовать в показушном расстреле злосчастного провинциального актера. Да в реальной истории командир полка послал бы подальше «штатскую» крысу подальше и, никто бы его не осудил. Вот, ежели бы, непосредственное начальство Гафту, то есть, тому герою, которого он играл, приказало, тогда другое дело.

— Леонид Александрович, вы сейчас подполковника выгораживаете, или не хотите, чтобы преступление и на самом-то деле было раскрыто? — спросил я, стараясь говорить как можно мягче.

Прием, с моем стороны, между прочем, запрещенный. При первоначальном дознании Суземов вышел сухим из воды, даже наказания никакого не понес. Отыскали «стрелочника» — рядового кладовщика, унтер-офицера, дружившего с социал-революционерами. Дескать — унтер, воспользовавшись отсутствием непосредственного начальника оружейного склада поручика Кузовлева, самолично вытащил несколько ящиков с автоматами и боеприпасами и передал их злоумышленникам. И часового, что должен был находиться рядом, тоже не оказалось.