"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 144

Убрав руки, я отошел в сторону и грустно произнес:

— Понимаю, Леонид Александрович, что вам дорога ваша честь. Но иной раз честь именно в том, чтобы поступиться правилами чести. Все, прошу прощения, — время. Не стану больше тратить слова и запрещать вам ничего не стану. Стреляйтесь.

Слегка ошалевший генерал нервно встал, но быстро взял себя в руки. Четко обозначил поклон и строевым шагом вышел из кабинета. Что ж, если я выясню, что Говоров отменил дуэль, а может, даже принес извинения Шилову, обещаю не удивляться.

Глава 20

Из всех видов искусств…

Уже в который раз задумываюсь о том, что наличие в России абсолютизма — нонсенс и историческая нелепость. Но кто сказал, что я собираюсь что-то менять? Власть следует укреплять, а для этого требуется не только кнут, но и пряник. А ещё — пропаганда и агитация в пользу существующей власти. В моей истории не так и много было литературных произведений, авторы которых выступали за сохранение самодержавия. Да и были ли они вообще? Возьмем хоть символистов, хоть реалистов эпохи Серебряного века, так все они выступали за ликвидацию царского режима, а если и нет, то оный режим критиковали. Не спорю — это следовало делать. Но отчего, скажите, допустили до читателя такие вещи как «Мать» Алексея Максимовича Горького, рассказы Леонида Андреева или повести Куприна? А любимец публики, автор искрометных рассказов Антон Павлович Чехов? «Хамелеон», простите, сыграл немалую роль в становлении вольнодумства у молодежи. Понятное дело, что литература — лишь отражение действительности, но почему бы это отражение и не приукрасить?

Нет, мне требуется поискать авторов, что станут верой и правдой служить монарху и сделают все, чтобы монархия укреплялась.

Но литература — явление тонкое, подыскать писателя — штука сложная. Да и писатели — народ капризный. Подыщем, разумеется, но не так уж и скоро. Пока можно остановиться на другой форме искусства. Мне ведь нужно идти не только в ногу со временем, но и в сторону не такого уж и далёкого будущего.

Если я сейчас произнесу фразу о том, что согласно заветам товарища Ленина «важнейшим из искусств для нас является кино», то сразу же отыщутся знатоки, что будут говорить:

А) Владимир Ильич эту фразу не произносил;

Б) Он ее произнес, но упоминал еще и цирк;

В) Владимир Ильич произнес ее в контексте «безграмотности» нашего народа.

А я не стану спорить, только скажу, что кино — это и на самом деле важнейшее из искусств. Есть люди, которые по окончанию школы не прочитали ни одной книги, ни разу не были ни в театре, ни в опере, но покажите мне хотя бы одного человека, который за свою жизнь ни разу не смотрел кино? Вот-вот.

Историю человечества создают не профессиональные историки, а писатели и кинематографисты. Кто из читающих эти строки изучал работы Павленко и Анисимова по эпохе Петра Великого, а кто читал «Петра Первого» Алексея Толстого? Кто-нибудь представляет историю Польши без романов Сенкевича? Ляхи — рыцари без страха и упрека… Куда не посмотри, сплошные рыцари, хотя в реальной жизни они были далеки от идеалов.

Касательно же кинематографа, тут и говорить не стоит. Англичане умудрились разгром своей легкой кавалерии под Балаклавой превратить в эпохальное событие, а стихотворцы и кинематографисты показали героизм пэров и сэров. Американцы давным-давно изучают историю покорения Запада по фильмам об индейцах и «ковбойцах», не говоря уже об иных фильмах, посвященных Второй мировой войне.

Американцы народ практичный и «Звездные войны» создавали не только для того, чтобы порадовать публику спецэффектами и историей, но и для создания образа врага. Думаю, не стоит говорить, кто такие повстанцы и кого подразумевали под образом Темного Владыки.

У меня война на пороге, позарез нужны фильмы, воспевавшие героизм русского народа. Думаю, «Александр Невский» снятый Сергеем Эйзенштейном к началу войны, стоил сотни, а то и тысячи митингов, где призывали идти на борьбу с врагом. А сколько мальчишек выбрали для себя судьбу военного, посмотрев фильм «Офицеры»? Да и я сам, пошел бы на исторический факультет, если бы не фильм «Доживем до понедельника», в котором учителя-фронтовика сыграл Вячеслав Тихонов? Нет, наверное бы пошел, потому что математику с химией не знаю, а с литературой хоть и дружу, но в русском языке до сих пор ставлю лишние запятые.

Нет, народ в моей империи образованный, но все равно, кино — важнейшее из искусств.

— Иван Александрович, империи нужен кинематограф, который станет прославлять героев минувших времен, — сказал я сидевшему передо мной чиновнику. — А еще — создавать условия, при которых человек будет готов решительно изменить свою жизнь.

В моей истории, к сороковому году, этот человек, еще не старый, но уже не юнец, успел прославиться такими фильмами как «Свинарка и пастух», «Трактористы», а позже, став директором Мосфильма, «вывел в люди» и Рязанова, и Гайдая и Данелию. А здесь Иван Александрович Пырьев всего-навсего дослужился до титулярного советника, прозябавшего в одном из подразделений МВД и занимавшегося связями государства с кинематографом. Случайно наткнулся на его имя в списке, подданном Кутеповым на представителей, отвечающих за культуру. По справкам — господин Пырьев желал стать режиссером, даже попытался снять собственный фильм, но не нашел денег. Не уверен, стоит ли создавать отдельное министерство культуры? Пожалуй, пусть культура пока пребывает в составе Министерства просвещения.

— Ваше величество, я даже не знаю, что и сказать, — пожал плечами чиновник. — Все кинематографические студии в империи частные, а одна-единственная киностудия, имеющаяся в вашем распоряжении, снимает исключительно хронику.

Об этом я и без Пырьева знаю. Но императорская студия фиксирует не только светскую жизнь, но и деятельность фабрик и заводов, а также, события культурной жизни страны. По сути — это единственная студия, занимающаяся съемками документальных фильмов.

Вообще, странное дело. Восемь киностудий занимается, в основном, экранизацией произведений классиков, упирая на Пушкина, Лермонтова и Гоголя. Понимаю, нам нужны такие экранизации, но если у нас имеется один «Евгений Онегин», то зачем нам еще четыре? А три «Дубровских» и целых восемь «Барышень-крестьянок»? А пять «Тарасов Бульбов», не перебор? Три «Грозы» и пять «Ревизоров»?

У меня сложилось такое впечатление, что владельцы киностудий, узнав о том, что их конкуренты снимают какой-то фильм, начинают лихорадочно снимать точно такой же у себя. Нечто подобное происходило (наверняка, и сейчас происходит) в моей истории, когда центральные телеканалы начинают дублировать передачи друг друга. Есть какие-нибудь песни и пляски на первом канале, схожая передача появляется на втором, имеется «стирка грязного белья» на втором, нечто подобное возникают и на первом, и на НТВ.

Но у нас телевидение еще в стадии формирования, пробные передачи уже начались, но ими не охвачено тысячная часть страны. Оказывается, даже в моем дворце нет телевизора, потому что покойный император его не жаловал. Надо бы мне телеящик завести, посмотреть — что там показывают. Или не стоит? Вроде, в здешней реальности я уже и отвык от «зомбоящика», так не стоит и начинать, а все главные новости я и так знаю.

Но в империи нет собственных кинокомедий, за исключением все тех же экранизаций классиков, числившихся комедиями, а детское кино отсутствует вообще. В принципе, понимаю. В Советском Союзе детские фильмы спонсировало государство, а куда пропали сказки и приключения юных граждан России при наступлении капитализма? Невыгодно, понимаете ли.

В результате в моей империи три четверти фильмов либо европейские, либо американские. Куда это годится?

— Господин Пырьев, вы хотите, чтобы наш кинематограф стал лучше? — строго спросил я.

— Очень, — скромно ответил чиновник. Вздохнув, добавил. — Ужасно хочу, чтобы наше кино смогло потягаться хотя бы с американским, не говоря уже о французском или бельгийском..