"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 139

– Вижу, вы – хорошая девушка. Найдите себе другого провожатого. Не такого, кто станет грозить шпажонкой больным старикам. Найдите мужчину.

Леди Сибил ждала ее. Не спала, не читала, не отправилась на прогулку. Сидела одна в трапезной с кувшином вина.

– Ты сбежала. Я сказала, что ты можешь понадобиться, а ты сбежала.

– У меня была назначена встреча, – устало ответила Мира. Сейчас начнется схватка, а сил для сражения уже не осталось.

– С секретарем. Привратник видел, кто за тобою приехал. Ты сбежала от архиепископа ради прогулки с секретарем.

– Миледи, Итан – секретарь самого императора.

– Собачонка… – отмахнулась графиня.

Странно: в ее движениях, голосе тоже сквозила усталость. Еще – печаль, но не злость.

– Миледи, – спросила Мира, – вы хотели выдать меня за Галларда Альмера?

– Да. И что же?

– Он мне противен, миледи. Упрямый, закостенелый лицемер! Все, что он говорил, – сплошное лукавство. – Леди Сибил не прерывала, и Мира продолжила: – Забота о людях, о благе государства – ведь это ложь. Он хочет только власти, причем без меры. Если Галлард жаждет, чтобы сам император плясал под его дудку, то чего он потребует от жены? Супруга не посмеет даже сделать вдох без его позволения. Неужели же вы хотели для меня такой участи?..

Леди Сибил покачала головой.

– Дитя мое, ты ошибаешься в нем. Да, желает власти… а кто из первородных ее не желает? Что же до остального, то Галлард упрям, но это и к лучшему. Поверь, за таким мужем ты была бы как за крепостной стеною. Он тверд, а значит, на него можно положиться. Он не подведет и не предаст, защитит от любой опасности. Я знаю его давным давно, дитя мое. Мы познакомились в тот год, когда Шейланд получил Дар. Тебя еще на свете не было. Поверь, Галлард – надежный человек. Он много лучше своего брата.

Неожиданная мысль сбила Миру с прежнего пути.

– Миледи, так архиепископ – ваш давний друг?

– Давний и хороший знакомец, скажу так.

– И вы сватаете меня за него? Но ведь это – обман! Рано или поздно он узнает, что я – не ваша дочь!

– Он уже знает это, дитя мое. Галларду известно, кто ты такая.

Мира ахнула.

– Он знает?.. Вы посвятили его в нашу тайну?!

– Я же сказала: Галлард – надежный человек.

Девушка с трудом перевела дух. Вот так сюрпризы! Один за другим, и один тревожней другого! Совсем недавно они с Беккой говорили о том, что Галлард Альмера наравне с великими лордами может быть заговорщиком. А теперь оказывается, что ему известна тайна Миры!

– Миледи, как давно вы сказали ему?

– О тебе? Еще до бала, дорогая.

От сердца немного отлегло. Будь архиепископ Лордом С, он имел бы предостаточно времени, чтобы убить Миру. К тому же, вряд ли он стал бы свататься к своей жертве. Похоже, Галлард непричастен к заговору. Но все прочие «достоинства» остаются при нем!

– Миледи, – взмолилась Мира, – не принуждайте меня. Этот человек мне отвратителен! И он стар, а вы ведь хорошо знаете, каково это – быть женою старика. Позвольте мне самой сделать выбор!

– Любопытно, и кого ты выберешь, если дать тебе волю? Секретаря Итана или владыку Адриана?.. Да-да, не делай такие глаза! Я все прекрасно вижу. Ты обладаешь дивной способностью: выбирать самых неподходящих мужчин.

Мира покраснела, словно пойманная на горячем. Не нашла слов для ответа.

Леди Сибил вздохнула.

– Впрочем, все это не имеет значения. Ты уже добилась своего. Твое воспитание привело Галларда в ужас. Он не желает тебя в жены.

– Не желает?.. – радостно ахнула Мира.

– Да. Ты победила, – в словах графини слышалась горечь.

– Не серчайте, миледи!

– Нет, что ты… Ступай, ложись спать.

Леди Сибил опустила взгляд и приложилась к кубку. Кажется, она считала, что Мира сделала очень плохой выбор.

Глава 26. Стрела

Сколько Эрвин ни вспоминал впоследствии тот день, он не мог припомнить, как выбрался из ложа Дара.

Вероятно, он очнулся в гроте, поскольку именно там лишился чувств ночью. Очевидно, стал искать путь наверх и нашел. В стене были выбиты ступени и ухваты для рук – дикари, что разрабатывали Дар, устроили себе лазы. Вероятно, подъем занял очень много времени: когда Эрвин выполз на поверхность, солнце стояло в зените. Он позвал:

– Помогите! Ко мне, я здесь!

Никто не спешил.

Эрвин поднялся на ноги. Все тело было ватным и тяжелым, слепленным из мокрой шерсти. Левая рука едва шевелилась. Грудина занемела под ремнем и ныла тупой, приглушенной болью. Мучила жажда.

– Томми! Теобарт! Фредерик! На помощь…

Ни ответа, ни помощи. Эрвин побрел к лагерю, спотыкаясь через шаг.

На удивление мало изменилось с вечера. Шатры стояли, как ни в чем ни бывало; темнели кострища. Только никакого движения – ни людей, ни лошадей. И тишина. Бездонная, глухая.

– Вы спите, что ли?.. – спросил Эрвин вполголоса. Хотел крикнуть, но не повернулся язык. По спине побежала ледяная струйка.

У всех шатров были откинуты пологи. Из-под некоторых тянулись какие-то темные языки. Эрвин двинулся к одному, и каждый шаг почему-то выходил короче предыдущего. Остановился у шатра и долго смотрел в сторону, все не решаясь заглянуть. Прошептал:

– Эй… есть кто?..

Да, внутри были люди. Эрвин увидел их, когда заставил себя посмотреть. Тела были изрублены так, что сложно различить. Месиво. Кровавая каша с ошметками ткани и плоти. Лишь один мертвец остался узнаваем: коренастый кайр Освальд.

Эрвин сдержал приступ тошноты. Отвернулся, двинулся дальше. Он больше не пробовал звать. Методично, один за другим, обходил шатры. В некоторых были трупы, иные – пусты.

В четвертом Эрвин обнаружил имперского посланника Филиппа Лоуферта. Его выдавала лишь козлиная бородка – верхнюю половину лица Филиппа снес удар меча.

Под открытым небом также лежали мертвецы: ближе к лесу, из которого пришла атака. Восьмерка часовых и еще десяток воинов. Здесь Эрвин нашел Фередрика и Мэтью. Все тела были изуродованы, но на каждом угадывался один смертельный удар: стрела в глазу, зияющая рана на шее, раздробленный череп. Очевидно, часовых истребили в считанные мгновения, затем расправились со спящими в шатрах, а после искромсали все тела, чтобы в темноте случаем не пропустить выжившего. Нападавшие были омерзительно хороши. Как могли дикари столь мастерски сражаться?!

Тело Томми, лежавшее у дальнего кострища, терзал коричневый волк. Упираясь лапами и мотая головой, пытался оторвать кусок от ноги мертвеца. Эрвин вынул кинжал. Зверь увидал человека, рванул еще раз и скрылся за деревьями, унося в зубах мясо. Молодой лорд не сомневался, что к ночи волк вернется и приведет с собой стаю.

Вскоре Эрвин нашел труп чужака. Рыжий бородач в полной кольчуге и алой рубахе поверх нее, горло рассечено мечом. Кольчуга?.. Кузнечное дело?.. Наваждение какое-то! И где другие тела врагов? Их должны быть десятки! На вахте стояли восемь воинов Первой Зимы – чтобы одолеть их, понадобилось полсотни дикарей, никак не меньше! Наверное, остальных мертвецов унесли соратники, чтобы похоронить, а этого, рыжебородого, потеряли в темноте. Возле мертвеца лежала странная штука: обрубок древка с раздвоенным наконечником. Похоже, дикарь был вооружен копьем, и острие снес удар меча.

Ориджин осмотрелся внимательнее и поодаль, у кустарника, заметил еще одного мертвого чужака. Когда молодой лорд подошел к нему, из кустов донесся хрип. Эрвин вынул кинжал и вгляделся в перекрестье веток. Судя по звуку, тот, кто прятался там, был тяжело ранен и угрозы не представлял. Но у него мог оказаться взведенный арбалет.

– Милорд… – сказал лежащий в кустах, и Эрвин узнал голос капитана Теобарта.

Он раздвинул кусты и присел возле воина. Кайр лежал, сложив руки на животе. Под его ладонями и вокруг них, сползая на землю, расплывалось красно-бурое пятно, подбородок и шея были испачканы кровью. На Теобарте не было ни брони, ни сапог – лишь сорочка. Он не стоял в карауле ночью, атака застала его в шатре. Капитан схватил меч, выбежал на поляну, и тут же получил удар в живот. Ответным выпадом он заколол врага, а сам упал и отполз сюда, в кусты, прежде, чем кто-то из нападавших заметил.