!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ярошинская Ольга - Страница 150

На белом мраморе не осталось ни капли крови, люди разговаривали, бурно обсуждая драку, кто-то поднимал тост за анимагов, кто-то уже танцевал. Эрт растерянно смотрел по сторонам, держа в руках пиджак Изергаста. Присев, Миранда подобрала выбитый зуб, сжала его в кулаке, а потом, всхлипнув, бросилась прочь.

— Хаос знает что, — раздраженно выпалил Родерик. — Арнелла Алетт, — произнес он, и с его ладони вспорхнула огненная бабочка и уверенно полетела над головами гостей через весь зал. — Да чтоб меня, — простонал он и быстро пошел за нею.

Глава 23. Проклятье!

Я кралась по коридору, прислушиваясь к голосам и распластываясь у стены, когда мимо пробегали слуги.

— Еще коктейлей! — выкрикнул женский голос позади. — Эти маги прорва какая-то, ничего их не берет.

— Кто там победил? Беленький или черненький? — спросила девушка, появившись из дверей впереди.

— Дерутся еще, — ответила первая. — Отправь за целителями. И Марту позови, она лучше всех кровь убирает.

Женщины исчезли, а я отлепилась от стены и свернула в другой коридор. Впереди явно кухня, туда мне не надо. Но куда же теперь?

Пространство рядом качнулось, и я едва не взвизгнула от неожиданности, но чья-то рука закрыла мне рот.

— Тихо.

Я увидела перед собой бирюзовые глаза, а потом все лицо проступило яснее, точно вынырнув из-под толщи воды.

— Что ты тут делаешь? — прошептала я, убрав его руку от своего лица.

— Не мог же я оставить тебя без присмотра, — ответил Эммет. — Что ищещь?

— Комнаты императора, — ответила я после паузы. — Знаешь, где они?

— В кабинете был как-то раз. Когда заявку на тебя подавал.

— Молодец какой, — мрачно похвалила я. — Веди.

Повернувшись вокруг себя, Эммет уверенно пошел вправо, а я побрела за ним.

— А что тебе надо от императора? — поинтересовался он. — Хочешь тоже заявку на брак написать? Выбирай меня, Арья, я богат и отлично целуюсь. А представь, какие у нас будут хорошенькие детки!

— Кончай дурить, Эммет. А лучше — иди назад.

— Нет, — покачал он головой. — Я просто чую, что ты собираешься вляпаться в неприятности.

Услышав голоса впереди, он быстро прижал меня к стене, и сам растянулся рядом.

— Давай взглянем хоть одним глазком, — ныл кто-то впереди. — Два мастера хаоса. Анимаг против некроманта. Настоящая бойня. Я чую смерть даже отсюда, хоть у меня всего пятый уровень.

— Ладно, — буркнул второй. — Только быстро. Посмотрим — и сразу назад. Если узнают, что мы оставили пост…

— Да кто сюда сунется? Император в зале…

Голоса утихли, и Эммет убрал руку с моей груди.

— Мог бы и не прижимать меня так старательно, — буркнула я.

— Я все делаю очень тщательно, — ухмыльнулся он. — Выкладываюсь на все сто. Ну, ты поняла…

Мы вышли в широкий коридор, одна стена которого была увешана портретами, и оказались перед серебряной дверью, украшенной звездами.

— Кабинет императора, — сказал Эммет. — Но его нет, сама знаешь. Ты могла бы подойти к нему прямо там…

Не слушая его, я потянула дверную ручку и проскользнула внутрь.

В кабинете тяжело воняло кошачьей мочой и духами, и Эммет, который вошел следом, брезгливо фыркнул. В углу стояла большая клетка, и тигр в ней приподнял голову, уставившись на меня немигающими глазами, желтыми, как у путника.

— Так, давай-ка на выход, — скомандовал Эммет. — Если нас здесь увидят…

Я быстро осмотрела комнату. Шкаф с какими-то шкатулками и бутылками, письменный стол у окна, завешанного тяжелыми золотыми шторами, на полу роскошный ковер. Сунуть камень под него? Будет выделяться. А вот прямо по центру кабинета — небольшой столик, укрытый белоснежной скатертью, и два кресла. На подлокотниках того, что ближе к двери, паленые отпечатки ладоней. Я примерила к одному из них руку, и он оказался велик. Родерик?

Не мешкая больше, я принялась быстро вытаскивать шпильки, разбирая хитро уложенные пряди.

— Что это ты делаешь? — заинтересовался Эммет, который подошел к клетке с тигром и теперь корчил ему рожи. — Слушай, вообще это должно быть захватывающе — заняться сексом в кабинете императора, как считаешь?

— Мы же просто друзья, — напомнила я, высвободив наконец камень из прически.

Тряхнув головой, расчесала волосы пальцами, подкручивая прядки.

— Знаешь, бывают такие друзья с привилегиями, — не сдавался он.

Тигр зарычал, кусая желтыми клыками решетку, и Эммет предусмотрительно отпрянул подальше.

Положив кусок гранита на стол, я вынула из сумочки карандаш и нарисовала гексаграмму. Вышло прекрасно: все линии ровные, штрихи уверенные — не зря тренировалась. Можно запихнуть проклятие в кресло, между спинкой и сиденьем. Прямо под деревянный зад, как я и хотела.

— Я такого даже не видел, — нахмурился Эммет, подойдя ко мне и склонившись над столиком. — Но, судя по акценту на луче смерти, это не значит ничего хорошего. Арья, пойдем! Я не позволю тебе…

— Император избил мою мать, — отрезала я.

Я взяла камень в ладони, и линии гексаграммы еле заметно засветились.

— Арья…

— Не мешай! — разозлилась я. — Умолкни, Эммет! А лучше — уйди, пока никто не видит.

Я закрыла глаза, представляя себе накрашенную физиономию императора, его подведенные глаза, морщины, забитые пудрой, узкий язык, облизывающий иссохшие губы. Камень в моих руках стал горячий как картошка, которую только вынули из углей.

Когда мы переехали в деревню у моря, мама не сразу нашла служанку. Она не стала предаваться унынию, а развела костер прямо во дворе, объявив, что приготовит ужин сама. Первые картофелины сгорели, следующие оказались сырыми, и наши попытки поесть превратились в настоящее приключение. Нам удалось это только к ночи, когда звезды усыпали темное небо, и такой вкусной картошки я больше не пробовала никогда.

Передо мной всплыло мамино лицо с темными кругами под глазами, ее седина в проборе, содранный ноготь… Ненависть вспыхнула яростным огнем, переливаясь в гранит. Эммет тихо выругался, но я подождала, пока злость во мне не иссякнет, и лишь потом открыла глаза. Линии гексаграммы налились пламенем, который, затухая, оставлял после себя черноту темнее гранита.

Выдохнув, я засунула камень между спинкой и сиденьем кресла, чувствуя себя намного лучше. Хорошо бы этот старый пень самовоспламенился.

— Не надо было на Шейру рассчитывать, — сердито сказал император. — Ты ошибся. Впутывать баб — априори дурная затея.

— Кто ж знал, что у них так сложно все, — задумчиво ответил Антрес, шагая рядом.

— Что сложного? — возмутился он. — Зацепились за одну девку. Странно только, что некромантка стала камнем преткновения.

— Это как раз логично, — туманно ответил сын. — Но для нас все сложилось очень удачно. Когда закончим, скажем, что Хогер получил смертельные травмы и спасти его не удалось.

— Идеально, — согласился император. — Заодно Изергаста прижучим. Убил мальчика, скотина.

— Это был честный поединок, — возразил Антрес. — У меня есть другие мыслишки на его счет. Впрочем, пока придержу их при себе. Надо проверить.

— А ты как всегда темнишь, — недовольно глянул на него император.

— Я возьму и ловушку для путника, — напомнил сын. — Хотя не факт, конечно, что отцом этого анимага был один из них.

— Да-да, — махнул ладонью Денверон. — Ступай. Мне не терпится попробовать его силу. От этих тигров зуд по всему телу, зато зубы уже не болят.

Он демонстративно оскалился, и Антрес не успел спрятать брезгливость, мелькнувшую на лице.

— Прочь! — рассердился император. — Надень ему блокираторы, приведи ко мне, а потом исчезни хоть на пару дней. Твоя бледная рожа уже оскомину набила.

— Как скажете, отец, — покорно склонил голову некромант и свернул в узкий коридор, а Денверон, выдохнув, успокоился и поддернул длинный шлейф одеяния.

Отросшие корни показались из-под белоснежного подола. Хотелось рвать и метать, но император аккуратно подтянул их под ткань. На поимку путника он больше не рассчитывал. Плевать. Пусть треплют, что им вздумается, он сам будет решать свою судьбу. Никто ему не указ: ни боги, ни королева хаоса, ни тем более голодранцы с посохами.