Просто Никита: Солдат (СИ) - Бергер Евгений - Страница 40

— Не трогай меня!!! — прорычала она, отпихнув мои руки: — Грязный любитель сочных дынек!!!

Дыни я любил, хоть и пробовал всего пару раз в Сан-Алермо. А вот насчёт грязного… Вроде, не так давно мылся в ручье. Неужели опять пропотелся?

— Это уже перебор! — испуганно воскликнул Сисюля, когда Безос взвела курок: — Ты, что⁈ Хочешь пришить своего сокомандника?

— Сцукокомандника! Получай!

БАХ!

Ещё один выстрел, но на этот раз я успел поймать отлетевшую блондинку. А Сержант ловко отбил пулю саблей.

— Ах ты ж гусь напомаженный!!! Отпусти меня, Просто!!! Сейчас я отомщу за всех низкорослых девчонок!!! Я вырву его ***!!! А потом затолкаю ему прямо в глотку!!! Он у меня кровью своей давиться будет *** этакий!!! — рычала Безос, стараясь вырваться.

— Милая, давай успокоимся? — предложил Спирт и подошёл к нам: — Сержант не ведает, что говорит! И к тому же — он это явно не со зла.

— Не со зла… — блондинка тяжко вздохнула: — Слышь, Сисюля! Ходи и оглядывайся. Понял меня?

— Страшно-страшно, — съехидничал сержант и спрятал саблю за спину.

Мама всегда говорила, что все конфликтные ситуации нужно улаживать сразу. В противном случае, это могло перерасти в обиду. А обида — болезнь, которая убивает дружбу.

— Друзья! — отпустив Безос, я поднял руки вверх: — Давайте жить дружно, ладно? Любая ссора может негативно отразиться на нашем задании. И мы все должны это понимать. Поэтому, сержант Сисюля больше не будет шутить над Безос. А Безос больше не будет выходить из себя.

— О… Поверь мне, шизик. Если бы я вышла из себя — от Сисюли бы остались рожки да ножки, — хмыкнула Безос, и спрятав револьвер, подошла к брошенной винтовке: — Ладно! Я остыла. Можем идти дальше.

Мама учила меня, что нужно доверять словам близких людей. И я доверял. Пока не наступило утро…

— КИ-И-И-И-Я-Я-Я-Я-Х-Х-Х-Х!!!!!!!!!!!! — меня разбудил девичий визг.

— Безос! — с ужасом выдохнул я, и схватив винтовку, быстро поднялся на ноги.

Однако кричала не наша миниатюрная блондинка. Я всё никак не мог привыкнуть, что мастер сабли и револьвера мог орать, как типичная напуганная девчонка.

Сисюля неистовствовал! Он схватился за голову и натурально разорялся. Почти как Малыш Тоби, когда проиграл все свои деньги в карты.

— ДОКОЛЕ!!! — рыдал Сисюля: — За что мне это всё⁈

— Сержант? — осторожно произнёс я: — Что с тобой?

— Лицо… — всхлипывал он: — Моё прекрасно лицо…

— Сисюля? — я похлопал парня по плечу, но тот тут же отпрыгнул и повернулся ко мне.

— Посмотри!!! ПРОСТО, ПОСМОТРИ, ЧТО ОНА СО МНОЙ СДЕЛАЛА!!! — сержант указал на отстриженный правый ус: — Это — КАТАСТРОФА!!! Я — урод… Убогий урод…

— Да, полно тебе! Грегори! — на крики сбежался Спирт: — Ты продолжаешь быть крутым красавчиком. Даже с одним усом… Правда! Не стоит так переживать.

— Эта мелкая сычиха ответит…

— Не стоит оно того! Она же — девочка. А девочек обижать нельзя, — кивнув, произнёс мальчик-волшебница-фея.

— Она не девочка. ОНА ВЕДЬМА!!! — воскликнул Сисюля: — Я больше не красавчик… Я теперь такой же убогий, как вы-ы-ы-ы-ы!!! — с этими словами сержант упёрся лицом в грудь Спирта: — Священная мать! Да, я грешил… Грешил, но не настолько!!!

— Боже, — мальчик-волшебница-фея обречённо вздохнул.

— Слушай, — я подошёл ближе: — Отец всегда говорил мне, что мы не должны зацикливаться на вещах. Не в них твоя сила и крутость, понимаешь? Я не верю, что великий мастер сабли и револьвера станет менее крутым только из-за того, что у него укоротили один ус. Разве в них твоя сила?

— Знаешь, а ты прав, — всхлипнув, ответил Сисюля, и оторвавшись от Спирта, вытер слёзы и сопли элегантным платочком: — Негоже мне — ГЕРОЮ — демонстрировать тут свою слабость.

— К тому же будем честными, но ты сам напросился, — пожав плечами, произнёс Спирт.

— Безос! — позвал я: — Выходи. Так больше продолжаться не может.

— Чего? — миниатюрная блондинка показала недовольную моську из землянки: — Меня одну бесят его закрученные усы?

— АХ ТЫ Ж МЕЛКАЯ!!! — Сержант пошёл в атаку, но мы со Спиртом его перехватили.

— Тише! Тише, Грегори! Тебе нужно быть выше всего этого! — посоветовал мальчик-волшебница-фея.

— Вот-вот! — кивнул я: — А теперь попросите друг у друга прощение, пожмите руки и обнимитесь.

— Вот ещё! — возмутилась Безос.

— Так надо, — настоял я.

— Ну, ладно… — вздохнула миниатюрная блондинка: — Прости, что сбрила твой идиотский ус.

— Прости, что сказал прав… — договорить Сисюля не успел, поскольку Спирт тут же наступил ему на ногу: — Прости, что обидел. Больше такого не повторится.

— Чудно, — улыбнулся я: — А теперь пожмите друг другу руки и обнимитесь в знак примирения.

Морщась от отвращения, Безос и Сисюля пожали друг другу руки, а затем с большой неохотой обнялись. Правда, на мгновение мне показалось, что наша маленькая снайперша приклеила к спине Сержанта, какую-то бумажку с иероглифом. Однако стоило мне моргнуть, как той бумажки и след простыл. Видимо, показалось.

Путешествие продолжалось.

Мы успели заглянуть в пару местных деревень. Спирт оказался прав. В большинстве своём, деревни это — очень здорово! Там действительно можно погладить коров, посмотреть на молоко и перекусить самыми свежими фруктами.

А ещё тут были мохнатые кошки и собаки. Прям меховые!

Мерзость.

— Здорово здесь у вас, — произнёс я, лёжа на стоге сена в первой деревушке и наслаждаясь солнцем: — Мирная жизнь. Коровы. Всегда свежие овощи и фрукты. А ещё много молока. Я люблю молоко.

— Здорово, да, — ответил старичок, точащий косу рядом со мной: — Только вот… Денег у нас маловато.

— Почему? — удивился я: — Видел, там поля за забором. Неужели никто не покупает пшеницу?

— Покупают. Да только… Этого мало, чтобы безбедно прожить лето и зиму, — с грустью пояснил старый пахарь: — Раньше поля были шире. И народу было больше. И грузовой поезд заезжал чаще. Не то, что сейчас.

— Неужели вымираете? — насторожился я.

— Если бы… — печально улыбнулся старик: — Детей и внуков пруд пруди! Да только все уезжают в города. Там перспективы. Там деньги. Там совсем другие люди. Нынче деревенским быть не в моде, Никитушка.

— Обидно, — вздохнул я: — А, как же нам без пшеницы и овощей?

— Легко, — отмахнулся старый пахарь: — Сейчас всем заправляют волшебники. Зачем вспахивать землю человеческими руками, если есть магия? Щёлкнул пальцем — и всё в считанные часы выросло. Да, только… пустое это всё, Никитка. Не натуральное! И едят городские эту ненатуральность. Чахнут… Кожа белее снега! А физической силы и вовсе нет. Вот деревенские все, как на подбор! Высокие, плечистые, мускулистые. А городские? ДрЫщ на дрЫще. Тьфу!

Я всерьёз задумался над словами старика. А, что если овощи и пшено, выращенные при помощи магии, вредны для человека? В книгах, конечно, писали, что магический ускоренный рост не вредит растениям. Но отец всегда говорил: проверяй информацию в нескольких источниках!

— Ну, что тут у вас? — из домика вышел Сисюля. Честно говоря, если бы не леопардовый пиджак, то я бы его не сразу признал.

— Обсуждаем овощи, взрощенные магией, — жуя колосок, ответил я: — А ты… изменился.

— Правда? — вместо тонких завитых усов под носом сержанта красовался миниатюрный черный квадратик: — Я решил, что симметрия сможет украсить любые усы. И-и-и… Вуа-ля! Мне идёт?

Мама всегда говорила, что если, кто-то очень просит похвалы за невинный поступок, то стоит похвалить.

— Да, вполне, — ответил я: — Надеюсь, больше не дуешься на Безос?

— Нет, не дуюсь. Спирт прав. Я выше всего этого! — гордо заявил Сисюля: — Думаю, пришло время выдвигаться в путь.

— Хорошо, — я спустился на землю и выплюнул колосок: — Спасибо, господин Полоз! Я обязательно подумаю над тем, как сделать вашу деревню богаче.

— Ой, да брось, Никитушка. Мы лишнего не берём. Стараемся, как можем, — вздохнул старик.

— Но должно же быть хоть, что-нибудь? — с надеждой спросил я.