Чувствуй себя как хочешь - Холланд Саммер - Страница 83

Взгляд Леона в эту минуту – лучшая похвала, которую можно было получить. Они тут же проваливаются в детали, потому что тому интересно все. Расчеты, риски, диапазоны…

Они заканчивают с несчастным файлом только к полуночи. Вокруг них – батарея пустых бутылок, но Джек чувствует себя победителем. Впервые за черт знает сколько времени у него что-то получилось. И сейчас, с парой мелких доработок, схема выглядит до нереального хорошо.

– Чжоу я все равно уволю, но это и к лучшему, – довольно произносит Леон, – я нашел человека, который сможет работать в такой системе.

– Тоже из Китая?

– Нет, британец. Я решил, хватит с меня местных директоров, этого я хотя бы знаю. И понимаю, как и что он думает.

– Поддерживаю, – кивает Джек и поднимается. Затекшие мышцы требуют разминки. – Мне пора.

– Скинь файл, – просит Леон. – Может, останешься? У меня гостевая есть.

– Не удивлен, что она есть, но я лучше домой. Вызову такси – завтра же все равно у тебя собираемся.

– Флоренс выходила на связь?

– Прости?

Джек вздрагивает от этого вопроса. И правда, он все это время не думал о Флоренс, даже странно. До сегодняшнего дня проверял телефон каждые пять минут, а сейчас не знает, где он.

– Флоренс, – спокойно повторяет Леон и отдает ему ноутбук. – Она тебе не звонила? Не писала?

– С чего бы?

– Не знаю, – он отводит глаза, тянется поднять пустую бутылку. – Я просто спросил.

– Для лидера преступной группы ты сейчас очень херово врешь.

Тот молча собирает бутылки, задумчиво жуя губы.

– Знаешь, почему я предпочитаю отношения в рамках контракта? – вдруг поднимается Леон.

– Потому что ты помешанный на контроле засранец, – улыбается Джек.

– Потому что все понятно заранее. Цели, границы, на что мы оба можем рассчитывать. Контракт помогает избежать ненужных ожиданий…

– И претензий, – перебивает он.

– Именно. Всегда думал, что у нас одинаковые взгляды на отношения. Подходы разные, но мы оба никогда не доверяли всеобщей идиотской концепции, которую продает нам общество.

– Ты сейчас про любовь?

– Единение душ и прочую дребедень, да. – Леон отходит к кухне.

– Так и было, брат, – признает Джек, – я не верил, что все это существует.

– Что изменилось?

– Просто встретил Флоренс. Она настоящая, понимаешь? Живая, искренняя, умная, а еще она видит все так же, как я.

Он прикрывает глаза, и ее образ снова всплывает в памяти.

– Не представляю, как без нее дальше быть. У меня будто свет в жизни забрали, вместе с красками. Работаю допоздна, домой ехать не хочу – там без нее пусто. Раньше просыпался от кошмаров, а теперь – потому что во сне ищу ее руками. А ее нет. И в момент, когда я это понимаю, мне… больно, почти физически.

– Не спрашивай, откуда я узнал, – предупреждает Леон. – Но ей тоже плохо. Она несколько дней не появлялась на работе.

Первое, что хочет спросить Джек, – кто ему доложил, но этот вопрос приходится проглотить. В голове всплывает еще десяток других: все ли в порядке с ее здоровьем? Как она сейчас? Как ей помочь?

– Надеюсь, сейчас ей легче, – отвечает он.

– Ты идиот? Я пытаюсь объяснить, что она тоже к тебе неравнодушна.

– Не давай мне надежду, – Джек невольно сжимает кулаки, – пожалуйста.

– Я, нахер, не понимаю, – раздраженно швыряет бутылки в ведро Леон. – Вы любите друг друга. Сложно кому-нибудь из вас позвонить и сказать это?

– Намного сложнее, чем ты думаешь.

– Твою мать… Надеюсь, что меня такое не коснется. Не хотелось бы так же стоять, искать причины, почему нет. Это вместо способов, чтобы было да.

– Ладно! – Джек находит посреди дивана свой телефон. – Вот, смотри. Пропущенные: Энви, Марта, Фарид…

Он застывает на месте, увидев родное имя на экране. Один пропущенный, еще днем. Господи, зачем он, дурак, выключил звук?

– Она звонила.

– Вот видишь, – закатывает глаза Леон.

– Сейчас поздно ей перезванивать, да?

– Первый час? Я бы не рисковал.

– Я наберу завтра утром, – обещает имени на экране Джек. – Перед нашей встречей.

– Гэри еще не в курсе?

– Нет, ты что. Мне нужно, – он убирает телефон, – сначала самому разобраться. Если мы сможем договориться, я сам ему все расскажу.

– Тогда до завтра, Ромео.

– Точно, – бездумно кивает Джек, поворачиваясь к выходу, – до завтра.

Звонила! Даже если это ничего не значит для их отношений и Флоренс хотела просто забрать свои вещи или еще что-нибудь, он все равно услышит ее голос. И это единственное, что ему нужно, чтобы снова жить.

Внизу Джек вызывает «Убер», но продолжает пялиться на ее имя на экране. Четыре часа дня – что у нее произошло? Вдруг важное, а он пропустил? Или он был ей нужен именно в это время, а сейчас – уже нет?

Стоит выключить мнительную школьницу. Завтра он перезвонит ей и все узнает, что бы там ни было. Главное – сегодня вообще уснуть.

Телефон в руках вибрирует, и сверху имени Флоренс вылезает сообщение от Рендалла.

«У меня для тебя новый боец».

Глава 46

Цветочек

– Поставь собаку на место. Сальма, ты слышишь меня? Отпусти собаку, у нее голова болит.

Строгий материнский голос Паломы в трубке заставляет Флоренс улыбнуться. Их разговор немного отвлекает от мрачных мыслей, которые роятся в голове с самого утра. Сначала Моника позвонила, сказала, что ей нужна помощь: с картинами Бена возникла какая-то проблема, но она даже не смогла объяснить ее суть. У нее до сих пор не собраны вещи – а переезд уже завтра. В конце концов, Джек…

– Прости, Флор, они сегодня невыносимы, – возвращается к ней Палома. – Так и что ты говорила?

– Вчера я позвонила Джеку.

– Как хорошо, – улыбается та, – что он сказал?

– Он не взял трубку. И не перезвонил. Мне кажется, я его сильно обидела.

– Ты разве не говорила, что он много работает? – осторожно произносит Палома. – Может, был занят?

– У тебя всегда такие оптимистичные причины, – усмехается Флоренс. – А что, если нет и он просто не хочет со мной говорить?

Тишина в трубке становится тягучей. Озвучить свой страх оказалось легко, но проще от этого почему-то не стало. Камень, лежащий на душе невыносимой ношей, не сдвигается, что бы она ни делала.

Флоренс сворачивает на парковку рядом с галереей.

– Когда он признался тебе в любви, – нарушает тишину Палома, – что ты ответила?

– Не помню. Я была в таком шоке, совсем не могла думать.

– Ты сказала ему, что любишь?

– Это же очевидно, – морщится Флоренс. – Я предложила встречаться. Считай, навязала ему отношения.

– Ты сказала «Я тоже люблю тебя»?

– Нет.

– Мне кажется, это и есть то, что ему нужно узнать. Карлос!

В трубке слышится жуткий грохот, и речь Паломы превращается в отборную испанскую брань.

– Флор, прости… Я перезвоню.

Когда звонок отключается, Флоренс снимает телефон с приборной панели, надеясь, что все хотя бы остались живы. Звук был такой, словно Карлос упал вместе с каким-то предметом мебели, а план по травмам в этом году ее племянники уже перевыполнили.

Палома права. Было нечестно не признаться Джеку, и теперь ему намного хуже, чем ей. Флоренс ведь знает, что любит его и хочет быть вместе. А он остался в прошлой пятнице, когда она не выдержала и отстранилась.

Решено. Если он сегодня не перезвонит, она напишет ему сообщение. А если он не ответит на него… Она все равно сделает то, что задумала. Но уже без надежды.

Флоренс заходит и сразу замечает: в галерее пусто. Ни одной девочки, ни у стойки, ни в основном зале… Чувство контроля стремительно просачивается сквозь пальцы, исчезая в дымке.

– Доброе утро! – Из малого зала элегантно выплывает Ирма. – Флоренс, я так рада тебя видеть. Боже, кажется, ты еще похудела, как тебе это удается?!

Одна все же на месте. Можно выдохнуть.

– Привет, милая, как твое здоровье? – натягивает улыбку Флоренс. – Это диета. Особая винная диета.