Кость в горле 2. Первая невеста (СИ) - Верескова Дарья - Страница 24

— Вы из Валледа? — внезапно спросил меня таласский принц.

Я кивнула, но потом вспомнила, что он не видит меня.

— Да. Кочевники захватили большую группу наших совсем недавно.

— Среди них есть хранители?

Я не сразу ответила, не будучи уверенной, насколько опасно выдавать подобную информацию.

— Да, есть, — я не буду говорить кто, и сама не признаюсь, что являюсь хранительницей.

Принц недовольно выдохнул, как будто это была моя вина.

— Почему вы спрашиваете об этом? Что они делают с хранителями? — я ненашутку взволновалась от его реакции.

— То же, что они пытаются сделать со мной.

— Простите, Ваше Высочество, я стала свидетельницей вашего общения с женщиной по имени Аяна. Но я ничего не поняла.

После этого наследный принц Таласской Империи поделился со мной всей информацией. Он не знал, кто стоит за его похищением, но понимал цель своего удержания. Такое уже случалось в империи — хранителей похищали, а затем они возвращались не одни, а с супругами, обычно из Аракии. Когда подобное произошло с одним из герцогов, владевшим огромными землями, императорская семья начала расследование и выяснила, что герцог находился под воздействием зелья "Усиленного Влечения". Республика всегда славилась своими зельями и ядами. Антидота не существовало, и герцогство наполнилось криминальными элементами.

Принц не вдавался в подробности своего похищения, лишь упомянул, что на это ушло много попыток и что он находится здесь уже около полугода. Проблемой для похитителей было то, что талассец знал их планы и, следовательно, ненавидел их всей душой, не желая привязываться. А для "Усиленного Влечения" нужна была симпатия. Поэтому для него придумали психологическую ловушку — с наследным принцем запрещалось общаться и к нему запрещалось прикасаться. Единственная, кто мог это делать, была Аяна, чтобы принц подсознательно ждал её прихода. Талассцу также было запрещено что-либо делать — таким образом, скука, усталость и холод должны были подтачивать его способность к нормальному мышлению.

Но и этого оказалось недостаточно, когда похитители поняли, что зелье не работает, они начали подмешивать в еду лёгкие травы, иногда возбуждающие, которые затуманивали его сознание.

— Все королевские семьи скрывают свои дары. Дар нашего рода — сопротивление к ядам и зельям, но они уже поняли это. Поэтому каждый раз дозы увеличиваются. Они считают, что если я возьму невинность этой женщины, то зелье наконец сработает. Возможно, они правы… очень тяжело оставаться равнодушным к единственному человеку, который с тобой общается, который относится к тебе как к человеку…

Меня потрясло услышанное. Мне было жаль принца Ланселя, но я должна была немедленно сообщить об этом Его Величеству. Я не знала, есть ли среди похищенных другие хранители Валледа, но это было вполне вероятно. Все они были в опасности.

— Спасибо за вашу откровенность, Ваше Высочество. Я должна немедленно передать эту информацию своим.

— Нет! Не уходите, пожалуйста. Не оставляйте меня здесь одного. Я потерял почти всю надежду.

5.3

Я закрыла глаза в мучении. Что я могла сделать? Я понимаю, как ему страшно и одиноко здесь. В течение настолько долгого времени, к нему, по сути, применяют психологические пытки. Но если я хочу хоть что-то изменить, мне нужно уйти.

— Простите, Ваше Высочество. Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы спасли всех тех, кто находится здесь. Вы знаете, что делают с теми, кто не является хранителями? Где их содержат? Где содержатся новые пленные?

Мужчина судорожно дышал, будто переживая паническую атаку. Мне было очень жалко принца, но вдруг остальные проходят через ещё более ужасные условия?

— Да… — наконец ответил он после долгой паузы, во время которой принц смог немного успокоиться. — После того как нас похитили, я был без сознания очень короткое время, за счёт своего дара, но остальные не приходили в себя четыре дня. Сейчас меня не выпускают из этой комнаты, но в первые дни я видел, что это трудовая тюрьма. На кочевников даже работают несколько талассцев и валледцев. Чёртовы предатели.

— Трудовая тюрьма? В чём заключается их труд? — нахмурилась я.

— Я точно не знаю. Только знаю, что это что-то опасное, связанное с форсадитом… это минерал, который добывают в нескольких регионах Таласской империи.

Я нахмурилась, вспоминая о форсадите. Этот минерал был действительно опасен. Работать с ним не умели, форсадит вызывал появление наростов на коже человека, а вместе с наростами у человека появлялись опухоли, которые, убивали очень быстро, иногда в течении нескольких недель. Даже работа с форсадитом в плотных перчатках была вредна, подобно обращению с радиоактивными элементами на Земле, вызывая серьёзные проблемы со здоровьем, если очень долго находится вблизи.

— Вы знаете, где их содержат?

— В одной из комнат в тюрьме. Это настоящий лабиринт, здесь множество комнат без окон… Как вы оказались снаружи? Вы одна? Вы сумели сбежать?

Его слова заставили меня оглянуться — я находилась здесь уже очень долгое время и наверняка пора было уходить. В первую очередь я здесь, чтобы найти Его Величество.

— Я… да, я одна. Простите, я не могу вам многое рассказать. Мне следует идти.

Я надеялась избежать вопросов, до этого момента я не думала о том, что будет, когда меня обнаружат. Ведь осколок остался с делегацией, как я буду объяснять своё присутствие здесь? И когда вернусь в Валлед — как буду объяснять своё возвращение?

— Нет, пожалуйста, не уходите! — в голосе принца снова звучало отчаяние.

— Тшшш, пожалуйста, тише, принц Лансель. Иначе я скоро окажусь вместе с остальными пленниками.

— Простите… просто я так давно не разговаривал ни с кем, я чувствую, что схожу с ума. Как вас зовут?

Я помолчала, не зная, следует ли мне называть ему своё имя.

— Меня зовут Элли.

— Элли? Просто Элли? Это имя простолюдинки, — тихо ответил таласский принц.

— Так и есть, Ваше Высочество. Простите, мне правда нужно идти.

Я начала тихо отползать, нужно было использовать оставшееся время до наступления утра на поиск Его Величества. Я не жалела, что потратила столько времени на разговор с принцем Ланселем, думаю, этот диалог дал мне больше информации, чем я могла бы найти самостоятельно.

Когда я уже была вне поля зрения принца, я услышала его тихий голос: «Врушка».

Времени думать об этом не было, я осторожно начала обходить здание с другой стороны, стена из-за которой я пришла, была далеко, и я чувствовала себя очень уязвимой.

Заглядывая в каждое окно, видела все те же темницы, правда сейчас я заметила, что они различаются. Некоторые комнаты выглядели куда более ухоженными, с полноценными кроватями и даже коврами, хотя на окнах по-прежнему были решетки, а в дверях все так же была выемка для подачи еды. Некоторые комнаты были пусты, но во многих я видела спящих людей.