"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 54

Демонов сплошная стена, за первым рядом толпится второй, третий, прыгает в нетерпении четвертый, над головами кружат обладатели крыльев, еще более кровожадные, крикливые.

– Ну, хотя бы попытались, – пожимает плечами Тиморис, в голосе пытается не угаснуть веселость.

– Почти удалось, – в тон ему держится Эгорд.

– Да. Ты это... извини, если чего не так...

– Нет, все так...

Демоны открывают пасти, в десятках глоток зарождаются семена огня, комочки крутятся, стреляют язычками пламени, все быстрее, быстрее, подрагивают в желании сорваться. Эгорд усиливает щит, но ясно, что дело дрянь. Сфера едва выдержала один огненный плевок, а уж залп...

– Интересно, куда нас разбросает? – думает вслух Эгорд.

– В смысле?

– Ну, попадем опять сюда или на небо? Или кто куда?

– Сейчас узнаем.

Очередная вспышка молний не гаснет, на красных мускулах и задранных кверху лицах стынет отблеск света, похожего на лунный, только в разы ярче. Демоны захлопывают пасти, разбегаются как тараканы. Копыта, что недавно жаждали растоптать людишек, теперь в панике давят таких же копытных, лишь бы убраться, исчезнуть, раствориться в густых сумерках.

Эгорд и Тиморис поднимают взгляды. Переплетения молний и правда замершие, сияют на багровых буграх туч белоснежными швами. Но не хаотичными трещинами, а внятным узором. Эгорд узнает в белых линиях демонический силуэт. Все в наличии: рога, хвост, крылья, на руках и ногах шипы. Фигура отслаивается от неба, не удается поймать момент перехода, но в следующий миг над людьми кружит настоящий демон, огромный, каждая часть тела устрашена всяческими костяными и мышечными наростами, но лицо, в отличие от прочих демонов-мужчин, вполне человеческое, с черными треугольниками бороды. Конечно, не без брутальности, но терпимо, выражения вполне читаются.

Летающий гигант хохочет раскатистым басом, демоны пришибленно хрипят, визжат, уже далеко, прижимаются к земле, точнее, к стали, будто нагруженные мешками с рудой. В их рядах и воздушные демоны, тем словно отрубили крылья, рабски теснятся со всеми, потускневшие огоньки глаз движутся вязко, боятся сделать лишнее резкое движение.

Небесный демон зависает высоко напротив беглецов, взгляд искоса, надменный, но улыбка вполне радушная.

– Ямор меня дери! – хватается за голову Тиморис.

– Спасибо, не хочется, – весело рычит демон.

– Так ты...

Эгорд теряет дар речи.

Перед ними царь демонов.

– Позабавили вы меня, букашки, давно так не смеялся, – рокочет Ямор. – Наблюдал за вашей суетой и давился со смеху! Редко кто является в мой мир раньше срока, во плоти, да еще по собственной воле. Вот и думаю, раз выжили, как-то жалко, чтоб так все закончилось, может, вернуть вас домой?

Глаза приготовившихся к смерти людей округляются, внутри все замирает... Неужели спасены?

– Хотя... ты, – Ямор бросает страшный взгляд на Эгорда, – так и не исполнил то, за чем приходил. Хочешь крови Зараха, верно?

Эгорд тут же забывает обо всем, из памяти всплывает огромный уродливый скорпион в облаке яда, его мерзкие зеленые языки, свистящий хвост.

– Да, – отвечает твердо.

Тиморис отчаянно мотает головой.

– Нет, нет, нет!

– Могу отпустить вас на все четыре хоть сейчас, а бой с Зарахом может стоить жизни, – с ноткой слащавости предупреждает Ямор, хитро прищуривается. – Точно хочешь?

Тиморис трясет за плечи.

– Эгорд, не дури! Мы же почти спасены!

– Да! – повторяет Эгорд.

Делает шаг вперед, руки Тимориса соскальзывают.

Ямор довольно расплывается в улыбке. Взлетает, широко раскинув руки и крылья.

– Да будет так!!!

От возгласа преисподняя вздрогнула, эхо давит запуганных демонов мордами в ржавчину.

В руках Ямора появился огненный меч, царь демонов выжигает перед Эгордом громадный круг, размером с дно, откуда сбежал Зарах. Слуги вопящей агонизирующей массой убираются с пути огненного луча, невезучие мгновенно превращаются в пепел. Ямор замыкает круг, линия границы шевелит тягучими лентами пламени.

Лицо Тимориса падает в ладонь, разбито бормочет, наверное, припоминает самые заковыристые ругательства в адрес Эгорда.

– Зарах, ко мне, паучье отродье! – бешено хрипит Ямор.

На дальней от Эгорда половине арены вспышкой огня появляется Зарах. Его не узнать. Огромный как скала, хвостов три, ног больше чем у гусеницы, передняя пара – сабли шириной в реку, пасть словно пещера с каменными кольями. Страшнее всего преобразились языки. Они и раньше были сложной сетью, как корни векового дуба, а уж теперь... Самые большие толще Эгорда, а придаткам нет числа, вся эта пропитанная слюной зелень тянет даже не на крону дерева, а на чащу леса. На великане пассивно движется все, от последних ниточек языка до нательных пластин, из-под которых выдыхается ядовитый пар, как на горе обычно шелестит трава, текут ручьи, катятся камни...

– Старые знак-к-к-комые, – стрекочет Зарах многоголосьем.

– Ты изменился в лице, Эгорд, – замечает Ямор. – Испугался? Ну да, я же не сказал, что здесь сила демона возрастает во много раз. Этот проказник без моего согласия сбежал в ваш мир чуть-чуть пошалить, но не знал, что там ослабнет. И тем не менее создал армию, даже успел повеселиться. А тут – вот он, настоящий Зарах!

У Эгорда болит шея, приходится круто задирать голову, чтобы видеть Зараха в полный рост. Этой громадине ничего не стоит расправиться с ним за секунду. Ямор объявит начало дуэли – и Зарах раздавит моментально: хвостом, языком, лапой, без разницы. Ему даже не придется сдвигаться с места. Так же легко, как Эгорду – раздавить муравья.

– Сожру тебя, человеч-ч-чек! – трепещут зеленые хлысты.

Ямор исчезает огненной вспышкой, оказывается за спиной Эгорда размером с человека, на плечо мстителя ложится тяжелая красная рука.

– Понимаю, – говорит с деланным сочувствием, – верный друг рискнул жизнью, преодолел столько испытаний, чтобы вытащить тебя отсюда, а когда почти получилось, ты подписал себе и ему смертный приговор. Ну, не подумал, поддался соблазну, со всеми бывает...

Эгорд в ярости разворачивается ударить, но кулак падает в пустоту, перед ним лишь Тиморис – сидит в ржавой грязи, голова упирается в древко косы, из лица будто вынули мышцы, безучастный померкший взгляд затерян в кучах бурой пыли.

Воин-маг отводит глаза, к щекам приливает краска, чувствует себя в центре толпы, которая отказывается забросать его тухлыми яйцами, на такого даже тухлые переводить жалко.

Ямор снова в небе.

– А теперь правила. Бой один на один. Начнется, когда ты войдешь на арену. Если кто-то из бойцов сбежит или будет выброшен за пределы круга, ему засчитывается поражение. И никаких третьих лиц. Если твой приятель пересечет черту, сам или какой-то магией, это тоже проигрыш.

Ямор отлетает от круга.

– Выше нос, Эгорд. Победишь – и верну вас домой! Ах, совсем забыл... Если проиграешь, позволю Зараху вторгнуться в ваш мир снова.

Эгорд холодеет. Драконы и демоны все еще в подчинении Зараха. Сейчас беспомощны как улитки, можно перебить всех до единого, но когда Зарах вернется, в их головы опять проникнет его воля, и тогда...

Ямор улыбается во всю ширь.

– Войди в круг!

Зарах внушает ужас величиной, кажется, что это та самая пирамида, откуда чудом удалось сбежать. Демон трясет воздух шипением, струи зеленого пара шумно гонятся из-под громыхающей чешуи, каждая пластина с могильную плиту, лапы перетаптываются, крошат металлическую почву, брюхо в коричневом тумане, хвосты и языки в нетерпении брызжут зелеными каплями.

Эгорд умрет, как только шагнет на арену, без сомнений. Нет смысла рассчитывать на реакцию, скорость, тактику. Это может перевесить могущество врага, когда он силен в два, три, четыре раза. Да хоть просто в разы. Но когда песчинка против горы...

Делает шаг к черте. Огонь плавно расступается, позволяет увидеть раскаленную дужку границы.

Замирает.

Ямор изображает недоумение с явным удовольствием.