"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 189

«Велира, храбрая воительница, – гласят царапины букв. – Приняла смерть от Пожирателя Душ. Да будет он обречен на вечные муки».

– Тебе нужен отдых, – спокойно прорычало за спиной.

В свете заката одежды демона-жреца желтые, а знак солнца – оранжевый. Ветер играет складками, руки обнимают посох. Трудно привыкнуть к тому, что от сына Зараха теперь веет древним спокойствием. Мрачным, но спокойствием. Как от Ударага, предводителя саффлов, которого Эгорд когда-то знал.

– Наверное, – ответил воин-маг.

Сощурился, глядя под развалины крепости. Прикидывает, на каком уровне, если смотреть отсюда, находится подземный этаж с комнатой...

– Сколько ты был ТАМ?

Молчание. Судя по его длине, отвечать Хафал не собирается.

– Долго, – отозвалось через минуту.

Снежинки в воздухе, как и раньше, пытаются быть живыми, растут, но из-за недостатка энергии рассыпаются на ледяную пыль. Однако... вот какой-то снежинке удалось набухнуть как спелой черешне. Эгорд ждет, когда рассыплется.

Но нет – медленно, с трудом, но все же превратилась в бабочку.

– Мне нужно уйти, – сказал демон-жрец.

– Куда?

– В скалы, под землю. Я должен найти ее...

Эгорд понял, кого.

– Думаешь, жива?

– В ней моя кровь, а демоны – порода живучая...

– Тебе что-то нужно с собой? Уцелело, сам видишь, мало, но все-таки...

– Вам нужнее.

Хафал развернулся к скалам. Мантия качается в такт удаляющимся шагам, на ней переливаются оттенки заката, хвост ползет следом.

Демон-жрец остановился, голова чуть повернулась, видно зеленое пламя глаз.

– Держитесь.

Через какое-то время Эгорд в бывшем дворе крепости. Сюда элементалы и стрекозы стаскивают весь ценный хлам, его уже целая башня. На горизонте можно различить дрейфующие обломки кораблей, от них к берегу и обратно курсируют големы-пловцы.

Стрекозы показали, как вялой походкой приближается Тиморис. В кулаке болтается золотая сабля Велиры.

– Эгорд... – голос со спины.

Воин-маг продолжает следить за океаном.

– Тебе тоже надо поспать.

– Хафал мне все рассказал, – говорит Тиморис бесцветно. – Велира... завещала ему сабли, но одну он дал мне, а потом ушел. Сказал – искать мою внучку...

Такой тон Эгорд от лучшего друга еще не слышал. Это заставило отвести взгляд от воды, хотя основная часть мыслей все еще плетется вокруг идеи, как рациональнее вернуть остров к жизни.

– Ты знал, – говорит Тиморис столь же пасмурно. – Знал, что так выйдет.

– Нет.

– Спланировал все с самого начала? И появление на острове Велиры, и что Хафал в нее влюбится, и что... Все – холодный расчет?

– Нельзя рассчитать такую длинную цепочку. Можно создать условия, чтобы вероятность желаемого варианта развития превзошла остальные. Я не знал, во что именно это выльется.

Эгорд все еще спиной к Тиморису, однако стрекозы показывают – тот приподнял саблю Велиры, пальцы медленно скользят по клинку, веки опущены.

– Но результатом ты доволен.

Голос друга стал еще непривычнее.

– Использовал мою дочь.

От голоса веет чем-то очень недобрым.

– Нет, Эгорд, ты не мог не предположить такой исход. Я уверен – ты знал, к чему идет. Мог предотвратить. Но это не входило в твои планы, верно?

– Хафал и Велира принимали решения сами.

– Да-да, ты всего лишь создал условия... Тихо, в сторонке, как паук. Ледяной паук. Сплел все так, чтобы куклы принимали решения, нужные тебе.

Эгорд обернулся.

Голова Тимориса опущена, руки висят безвольно. Взгляд не здесь.

– Велира была моей дочерью... Да, я почти не знал ее. Бросил. Я плохой отец, но, Эгорд...

Поднял глаза, на щеках блеснули влажные пленки. Вокруг него воин-маг ощутил пугающе быстрое скопление энергии, хотя внешне Тиморис ничего не делает.

Растет лишь его злость.

– Это была моя... дочь!

Эгорд успел закрыться щитом света за миг до того, как об него разбился взрывом огненный шар. Воин-маг устоял, но его сдвинуло назад, на земле – борозда от сапог, а щит сгорел.

Потрясение – файербол как у лучших жрецов Ордена! – притупило разум Эгорда, и вместо того чтобы создать новую сферу, он выставил вперед ладонь.

– Друг, стой!

Второй шар, еще мощнее, заставил-таки признать, что щит гораздо эффективнее ладони. Вовремя. Пленка света лопнула, Эгорда отбросило, остатки крепостной стены, куда врезалась спина, выбили из горла крик, воин-маг упал ничком. Неловко поднимается.

– Остановись, Тиморис...

Уже обливается ручьями, будто целый день ковал железо в кузнице. Тиморис идет к нему. Эгорд пытается заморозить, но лед тут же становится водой и паром, жар вокруг Тимориса сияет оранжевым, а в глазах колышется пламя.

– Остановиться нужно было тебе!

Он выбросил к Эгорду руки, из ладоней, как из драконьей пасти, хлынул поток огня, а из земли выросли и приняли на себя горячую лавину ледяные колья. Тиморис, наступая по лужам кипятка, льет гудящую огненную реку, а Эгорд отползает и выращивает одну ледяную стену за другой. Но даже родная стихия отнимает у Эгорда силы, а у Тимориса они, кажется, только растут.

Сквозь тучи пара хочется увидеть прежнего Тимориса, но тот смотрит на Эгорда как на врага.

Эгорд предал.

Предал того, кто столько раз спасал жизнь, кто поддерживал шуточками, когда было гадко на душе. Кто вытащил из царства демонов.

Что ж, все по-честному. Отомстил злодею – дай отомстить тем, для кого сам стал злодеем, пока мстил.

За испарившимся ледяным частоколом новый не последовал. Громадное огненное щупальце вновь толкнуло Эгорда к тому, что когда-то было стеной крепости. Вжавшись спиной в ее плиты, воин-маг без сил сполз к земле.

Тиморис подошел близко. Поднялся кулак, вокруг него закручивается ядро огня.

– Ты прав, – говорит Эгорд устало, но с облегчением. – Я виноват в смерти твоей дочери. Накажи.

Огненный кулак отвелся назад, будто натянул тетиву, снаряд взревел.

– Нет! – женский крик.

Эгорд даже не понял, откуда именно появилась Леарит, – лишь ощутил ураганный порыв, когда ее тело, с таким знакомым, родным запахом, врезалась в него, стиснуло в объятиях.

Волосы хлестнули Эгорда по щекам, когда Леарит повернула голову к Тиморису.

– Не трогай его!

– Леарит, уйди... – шепчет Эгорд, задыхаясь. – Он должен...

К нему вернулся ее взгляд.

– Тогда я с тобой.

– Нет.

– Ты обещал, что вместе! До конца!

– Не хочу, чтобы ты...

– Обещал!

Руки Эгорда пытаются оттолкнуть Леарит, но та вцепилась намертво. Да что же это... Эгорд посмотрел куда-то в сторону. Хочется вместе с ней оказаться где-то там, далеко отсюда, от всего этого... А на ледяном алтаре по-прежнему сверкает статуя Клессы и Камалии. Она прижалась к нему, он обнял ее, и они – целое. Навсегда.

Эгорд хочет что-то сказать бывшему другу, но слова разваливаются, губы шевелятся без звука. Тиморис смотрит. Смерть в кулаке создателя ревет, брызжет огненной слюной, не понимая, почему хозяин не спускает с поводка.

– Что, Эгорд, больно терять тех, кто дорог?

Ответить не удается.

– Знаю, что больно, – говорит Тиморис. – Угадай, откуда?

Кулак огня рванулся с места. Эгорд спрятал Леарит в себе, зажмурился.

Рев!..

Удаляющийся рев.

Глаза открылись. Тиморис озарен светом взрыва – тот случился в небе, по сумеречному простору растекается волна огня и дыма...

– Спасибо, – сказал Эгорд.

– Не меня благодари.

Тиморис на расстоянии трех шагов, но между ними – пропасть. Сродни той, что вела в логово Зараха.

Потерявший дочь отец отвел взор. Всматривается вдаль, к морю.

Эгорд посмотрел туда же.

На горизонте – корабль. На фоне заката судно темное, будто из тех, что атаковали остров, но все же Эгорд различает на парусе знак солнца. Стрекозы показывают корабль в приближении, со всех сторон. По палубе ходят жрецы.

Где-то там, в трюмах, ждут прибытия на остров ученики. Юноши и девушки, мечтающие стать студентами таинственной школы ледяной магии, о которой столько противоречивых и интригующих слухов... Школы, которой больше нет.