"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 178

В пещере, где заночевали демон и пиратка, Эгорд не нашел никого, только погасший костер, примятый мох, а еще сабли и личные вещи Велиры. Странно... Пусть она и могла, что вряд ли, бросить вещи, но сабли...

В пещеру вошел Халлиг.

– Пора наверх.

Эгорд кивнул.

– Только найдем Хафала и Велиру, они куда-то подевались.

Жрец подошел, осмотрел все вокруг.

– Похоже, провели ночь вместе... Может, решили уединиться там, где им не смогут помешать?

– Сабли здесь.

Мысли Эгорда растворяются в облаке стрекоз, что на сотни метров вокруг, их взгляды сменяются один за другим, сливаясь в одну призрачную картинку...

В череде миражей мелькнула фигура человека-скорпиона, тот убегает за поворот. Стрекоза рванула в погоню.

Демон носится из пещеры в пещеру сломя голову, задыхается, падает, но вскакивает и бежит быстрее, словно заблудился.

– Нашел Хафала, – сообщил Эгорд.

– Где?

– Там.

Эгорд ткнул пальцем.

– Поспешим.

...На бегу следит за перемещениями демона, тот мечется все так же яростно.

– Вот же Ямор, где Велира? – пыхтит воин-маг. – Опять похитили? Это как-то слишком...

С Хафалом столкнулись почти лоб в лоб. Демон оперся на стену, хвост долбит по граниту, выбивает из себя избыток гнева. Глаза пылают. В них – нечто, что раньше Эгорд видел только в зеркале, когда тревожился за Леарит.

– Что с ней? – спросил он.

Хафал медленно покачал головой.

– Не знаю...

– Как она пропала? – спросил Халлиг.

Взгляд демона уплыл в сторону.

– Заснули вместе... Была у меня в руках, а когда проснулся, ее уже нет.

– Ты последний, кто ее видел, – говорит Эгорд. – Вспомни, что она говорила. Вела себя странно, беспокоилась?

Хафал погрузился в себя.

– Нет... Улыбалась во сне.

– Можешь хотя бы предположить, что могло случиться? – спросил Эгорд без эмоций, но с нажимом.

Хафал поднял глаза. По мосту взглядов бродит понимание, которое не хочется понимать...

Эгорд повернулся к жрецу.

– Запускай фантом.

– Нужно вернуться туда, откуда она исчезла.

Вскоре все трое – уже перед черным пятном кострища, рядом блестит золото брошенных сабель.

Халлиг начал готовить заклинание, Эгорд и Хафал наблюдают. Демон сам не свой, даже злоба какая-то вялая, будто резко постарел.

Полянка вокруг кострища засияла нежным светом, Халлиг шепчет, энергия через посох течет туда, где спали двое, – там проклевываются, как молодые кустики, лучики света, из солнечной паутины сплетается тонкая человечья фигура. Сидит на колене, склонив голову. Свисают солнечные вьющиеся локоны.

Халлиг замолк. В девичьем силуэте Эгорд узнал Велиру – те же черты, только из света. Солнечный фантом чем-то схож с Леарит.

«Велира» сидит с опорой на колено, пальцы копошатся у сапога, фантом тряхнул волосами, поправляет наручи... Видимо, показ прошлого начался с момента, когда Велира заканчивала одеваться.

Призрак сладко потянулся, помотал головой – прогнал остатки сна. Голова повернулась чуть вбок, взгляд на землю – туда, где примят мох. «Велира» нежно улыбается...

Легла набок, в желоб примятого мха, что принадлежал ей во время сна, локоть уперся в землю, ладонь медленно скользит по воздуху над местом, где спал демон. Губы склонились очень близко туда, где была его голова, Велира с улыбкой изучала лицо спящего.

Но вдруг призрак схватился за живот.

Перевернулся на другой бок, согнулся пополам. Ладони на животе, лицо искажено, «Велира» зажмурилась...

– Ей было больно, – прошептал Халлиг.

Лицо «Велиры» расслабляется, веки начали пониматься. Постепенно тело разогнулось. Фантом поднялся на колени, дышит глубоко, ладони еще на животе, а взгляд в себе – словно пыталась понять, что это было.

Лицо вновь скривилось, рот раскрылся в беззвучном крике. «Велира» упала, ногти впились в живот.

– Очень больно, – сказал жрец.

Волосы призрака хлещут по земле, крик без звука, но в реальности Велира тоже сдерживалась – ведь Хафал не проснулся.

Фантом показывает, как сквозь чудовищную боль в животе Велира поднималась, бежала прочь, наваливаясь на камни. Оглянулась туда, где спал демон. Эгорд помнит – так же смотрела Наяда. Не терзай себя, ты не виноват...

А затем убежала из пещеры вниз.

Троица устремилась в погоню, демон обогнал Эгорда и Халлига, тем приходится на бегу уклоняться от бьющегося в ярости хвоста. Фантом то и дело исчезает за поворотами. Шатается, спотыкается, падает, но что-то заставляло Велиру бежать сломя голову, не отпуская живот.

Чем дальше, тем ниже и извилистее – Велира явно пыталась запутать тех, кто пустится на поиски...

Забрели в такие дебри, где логова опасных насекомых и рептилий, многие из них бросаются за бегущими, но коснувшись Эгорда, превращаются в лед, а Хафал их вовсе не замечает. Даже не стряхивает – сами отпадают, не в силах прокусить хитин.

На земле – редкая, но все же цепочка светящихся пятнышек размером с монетки, будто жидкое золото...

Кровь фантома.

– Кажется, ее покусали эти твари, – сказал Халлиг и сжег на себе гигантское насекомое.

– На ней доспехи и артефакты, – говорит Эгорд. – Таким мелким не по зубам. И кровь не разбрызгана, а цепочкой.

– Это не раны, – рыкнуло впереди.

Рыкнуло так, будто Хафал взбешен тем, что обречен знать причину.

Фантом прошел сквозь стену и исчез.

Троица приблизилась... Стена – на самом деле не стена, а свежий завал, здесь недавно был вход в пещерку. Эгорд пытается связаться со стрекозами по ту сторону, но их там нет.

У завала кровавый след самый широкий – капли как оладья, их свет озаряет каменный желудок не хуже местных растений.

Хафал бросился на завал со всей дури, как на лютого врага, начал раскидывать камни, Эгорд и Халлиг отступили, не попасть под обстрел.

– Завал совсем свежий, – сказал жрец.

Эгорд поднял с земли кусочек стекла.

– И совсем не случайный.

Осколок колбы. По запаху Эгорд опознал взрывное зелье из пеплоцвета. Похоже, Велира стащила из запасов демона.

– Она не хочет, чтобы до нее добрались.

Эгорд хотел проморозить завал, а потом приказать ему рассыпаться, но демон работает с таким свирепством, лучше не трогать, а то бросится в драку, а это потеря драгоценных минут.

– Какой разрыв во времени между фантомом и настоящей Велирой? – спросил Эгорд.

– Несколько часов, не меньше, – ответил жрец.

– Дело плохо.

Наконец, в черной дыре туннеля, где буйствует демон, вспыхнул просвет. Эгорд и Халлиг спрятались за световым щитом от последнего залпа камней, щит погас, и все трое ввалились в пещеру.

На каменистой площадке – море крови. Будто кололи скотину. Камни омыты бордовым будто орехи шоколадом, всюду кусочки плоти и костей...

В центре, на подушке мхов и лишайников, лежит Велира. Верхняя половина. Там, где были ноги, сияет обнаженное мясо, торчит позвоночник, волокна разорванных мышц перемешаны с обломками таза, дохлыми змеями распластались блестящие веревки кишок. Простыня мха напитана, густое вино продолжает вытекать. Поодаль застыл черный слизень печени.

Руки Велиры раскинуты как на виселице, волосы мокрые, но все равно пышные, закрыли часть лица. Изо рта красный ручей. Губы подрагивают, в глазах еще горит жизнь, но даже лучшие маги Светлого Ордена не смогли бы исцелить такое.

Хафал медленно подошел, опустился на колени, хвост извивается крайне осторожно, словно малейшее движение спугнет остаток ее жизни. Демон осматривает страшную рану, лужи крови и кусочки плоти вокруг. Зеленый свет в глазах мерцает, как костерки в ураган.

С огромным трудом девушка повернула лицо к Хафалу. Взгляд выходит из пустоты, ей тяжело сосредоточиться, губы силятся что-то сказать, но не выходит.

– О боги! – шепчет Халлиг. – Кто сделал это?

Эгорд смотрит как ученый на подопытных кроликов. Любопытство и желание, чтобы эксперимент развивался так, как хочется...

– Знаешь, как рождаются демоны? – бормочет, глядя на страшную сцену. – После зачатия семя прорастает в чреве матери за сутки, а от самых сильных демонов – за несколько часов. Мать испытывает страшные муки. А демоненок, созрев, разрывает чрево, выбирается наружу. Если мать слаба, чтобы дать отпор, новорожденный может ее сожрать.