"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 1233

— Через пятнадцать минут я отправляюсь на миссию в качестве оперативника. И я на 85% уверен, что, согласно плану мисс Спектр, мне оттуда не вернуться живым, — я метался по лаборатории, как ненормальный, собирая оборудование, которое, как полагал, могло пригодиться в предстоящей вылазке. Лабораторию изучил неплохо, но вот оружия тут не имелось, а брони на уровне Силовых групп изначально не водилось. — Я сумел выторговать, чтобы ты стал моим сопровождающим из Информатория. Но мне нужен экстренный способ отхода, когда всё пойдёт плохо.

— Так в чём проблема? Если я правильно помню устав Критиков, то там специально прописано, что на наруче у вас должны быть репродукции минимум трёх картин, чтобы при необходимости уйди через них. Создаёте проекцию на ближайшей поверхности и уходите.

— Самый умный? Это почти никогда не работает! Как бы хорошо ни было качество, не стоит забывать, что картины эти виртуальные. А чем больше различий с первоисточником, тем больше Веры она жрёт. Например, мои, — я спроецировал над наручём копию картины, которая была больше похожа на мешанину красок, а не произведение искусства. — Нацелена на мой дом и жрёт 1 единицу Рабочей Веры. Вот только обычно она требуется или когда Веры уже нет, или когда вокруг тебя такое её поле, что наручи сбоят, а любое новое искажение тебя просто разорвёт.

— То есть они не работают как раз в экстренных ситуациях? Места и сущности, с которыми вы непосредственно работаете? Другие миры, аномальные существа и всё в таком роде.

— Вот именно. И это я молчу о том, что если стану сильнее, то даже призрачный шанс использовать картины пропадёт… — и, поймав недоумённый взгляд Артефактора, пояснил: — Сильный критик сам по себе создаёт вокруг себя искажение Веры. Чем сильнее Критик, тем через меньшее количество картин он может пройти. Думаешь, почему во время разборок с богом к нам не прибыли Критики вовремя? В нашем захолустье банально не нашлось ни одной хоть сколько-то знаменитой картины. А неизвестные не выдерживают запаса Веры даже оперативных групп, не говоря о ком-то вроде мисс Спектр…

— Но она же ходит через галерею? — удивился Артефактор.

— Да. Потому что там собрана куча картин, и общее поле Веры усиливает их. Но вот вернуться через них она сможет только из другой подобной галереи. Или через другие миры, достаточно стабильные, чтобы выдержать её силу. Если Критики за годы и нашли способ безопасно путешествовать из аномальных мест, то у меня уровня доступа для него не хватает узнать. А мне он нужен! Но давай вернёмся к нашему изобретению.

Револьверы с тройным боезапасом. Бронежилет с разгрузкой. В разгрузку гранат, причём чем больше разновидностей — тем лучше: никогда не знаешь, с чем придётся сталкиваться. Несколько миниатюрных дронов–разведчиков: не знаю зачем, но лишними не будут. Несколько ножей — на всякий случай. Что ещё можно взять? Были бы зелья, запасся… или, может, успею забежать к алхимикам?

— Тогда хорошая новость: прибор готов, — и в подтверждение слов Артефактор продемонстрировал не только собранный, но и закрытый обшивкой небольшой модуль, который должен присоединяться к наручу. Вот только внешний вид не внушал уважения, заставляя вспомнить велосипедный отражатель. — Однако он нужен не для телепортации, а для стирания мимолётной Веры.

— Эм… круто, наверное? — честно не понял гордости, с которой вещал Артефактор. — Только зачем, если мимолётная Вера проходит сама через неделю максимум?

— Ты не понимаешь, — зачастил Артефактор с воодушевлением. — Это прототип. Маломощный. Сейчас он действует в радиусе всего сотни метров. Может воздействовать примерно на полсотни человек. И уничтожать Веру, дарованную другим за последние пять-десять минут. Там всё зависит от настроек! Если ты помнишь, то Вера зависит от внимания людей, а я сумел перенастроить артефактную часть прибора так, чтобы она очищала краткосрочную память человека, а электронная часть при этом стирает всю информацию с наручей. Помнишь, как призвали монстра в торговом центре? Если бы вы эвакуировали людей, то паникой и связанной с ней Верой они бы напитали монстра. А с этим устройством вы бы вывели людей, после чего стёрли Веру, выделившуюся за несколько последних минут. Как результат, и люди в безопасности, и монстр без подпитки. В дальнейшем, если увеличить мощность, то можно будет уничтожать Веру в определённые вещи на огромном расстоянии у множества людей!

— Стоп! — оборвал поток мечтаний и постарался выделить главное: — Ты создал устройство, которое стирает память людей за последние пять-десять минут?

— Это очень грубо! — возмутился Артефактор. — Прибор предназначен для точечного изменения памяти, нацеленное на одного человека — именно его забывают. Массовая амнезия потребует много энергии, а значит, будет краткосрочной.

— И оно работает? — вновь вклинился.

Схватив прибор, смотрел, как пристроить его к наручу, и прикидывал, как можно использовать столь прекрасную вещь.

— Нужны полевые испытания… и твоя ситуация идеальна для этого! Шансы того, что прибор взорвётся — не больше 12%. На то, что не сработает — около 35%. Но тогда можно будет кое-что подправить. Остальное всё на удачу.

Пункт со взрывом мне катастрофически не нравился, но и пользоваться прибором я собирался только в отчаянном случае, поэтому наконец установил его на наруч.

Глава 11. Или как нужно хлопать дверью? Часть 2.

— Повторяю, всем быть настороже. Мы не знаем, откуда может прийти опасность, — сухим менторским тоном уже по пятому кругу вбивала нам в голову умные мысли мисс Спектр. — Всё может пройти успешно, и панели Янтарной комнаты просто появятся перед нами. Но может открыться портал или карта к расположению Комнаты — тогда нам придётся действовать оперативно. Если ритуал не удастся, может появиться всё что угодно. Может возникнуть и внешняя опасность — Жнецы Веры, которые захотят перехватить Янтарную комнату в последний момент, тем более что место ритуала вполне просчитывается.

Вопрос спорный, но если руководствоваться логикой… очень странной логикой, то было что-то разумное в выборе Кёнигсбергского замка — того места, где комнату видели в последний раз, и где по одной из версий она и погибла в пожаре. И сейчас мы готовились к ритуалу именно в подвалах замка с многовековой историей и огромной напряженностью Веры. Опасно огромной.

Хотя «ритуал» — довольно громкое название для происходящего. Это было нечто вроде обряда призыва, только для вещи. По крайней мере, нарисованный на полу мелом знак относился к магии призыва. Глаголу пришлось проявить фантазию, чтобы суметь подобрать ключик к возможности найти драгоценность: он решил провести поиск сквозь время, привязавшись к Вере не столько в саму Комнату, сколько в то, что было с ней связано.

Для начала чертежи Иоганна Фридриха Эозандера фон Гёте — того, кто разработал план изначальной Комнаты. Найти оригиналы не удалось, поэтому Глаголу пришлось довольствоваться другими документами Гёте, но зато с подленной подписью мастера. Хотя где он их достал, всё равно занимательно. Они расположились в первом углу.

— Тогда почему было не взять больше людей? — наконец не выдержала Нейтрон, которая сейчас находилась в соседней комнате вместе с другими членами группы Оркестра. Они громыхали в своей громоздкой броне, проверяя оборудование.

Заколка датчанина Готфрида Вольфрама, того, кто начал создание комнаты. Именно её так нагло выкрал Глагол у Жнецов Веры. Она заняла второй угол.

— Потому что в этом помещении я могу доверять лишь двоим, — не отрываясь от подготовки к ритуалу, заговорил Глагол. — Один из них Несуществующий — благодаря ему я вообще пригласил Критиков, и, в частности, мисс Спектр. И Оркестр, поэтому здесь он со своей командой. Большее количество народа я буду расценивать как угрозу и разорву сделку.

— Именно поэтому всем остальным оставаться на внешней стене замка и по периметру, — не преминула припечатать мисс Спектр.

Я поёжился. Сомнительная честь. Вот как-то совсем не хочется радоваться. Тем более что в каменном мешке подвала было холодно, темно, несмотря на фонари, и неуютно, пусть нас и присутствовало трое: я, Глагол и мисс Спектр. Однако, раз я дал слово, то требовалось его держать и участвовать в ритуале. Я сидел в углу, слушал, как в отдалении мерно капает вода, и старался не маячить, дабы своим иммунитетом не запороть процесс.