"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 1168

— Дурак, — отфыркиваясь, вынырнула моя спутница и, задорно смеясь, отвесила мне смачный щелбан.

Я даже спорить не стал. Просто поднялся. Протянул руку своей леди. И одним движением помог подняться. А потом и вовсе закинул эту пигалицу на руки и понёс по улице. А на душе тепло и спокойно. Я знал, что сумею её защитить от всего, и её тепло согреет меня всегда, как согревает сейчас через лёгкий ситец платьица, просвечивающего от влаги. Но это, пожалуй, история не для данного момента.

— Знаешь, душа моя, а давай закажем тираж нашей книги в типографии? — неожиданно предложил я. — Небольшой. Для себя и друзей. Обложку нам тоже нарисуют. Я даже пару групп в сети знаю, где за умеренные деньги за это возьмутся!

— Ни за что! — искренне возмутилась девушка, не спеша покидать мои объятья. — Я согласилась с сетевым изданием, так как это возможность показать свою историю людям, а не оставлять её пылиться в столе! Но издание на бумаге — это признание тебя, как писателя. Того, что ты чего-то добился. Это может дать только издательство.

— Странная ты, — хмыкнул я. — За то тебя и люблю.

— Ты ничего не докажешь! — зловеще улыбнулась девушка. С чуть потёкшей косметикой выглядело жутковато. Но мило. И, не удержавшись, я снова чмокнул прекраснейшую из дам на сей раз в нос. Она фыркнула и пафосно выдала: — Ты ещё не видел мои планы по захвату мира!

— Мой генерал, только прикажите, и всё будет выполнено! — поддержал я её.

— Знаешь, чего я действительно хочу? О чём мечтаю? — тише, почти шепотом спросила девушка.

— Я весь внимание, — я уловил, что девушка говорит серьёзно, но шутовскую маску снимать не собирался: — Сегодня я ваш личный джинн и выполню любое ваше желание!

— Обалдуй ты, а не джинн, — подруга передернула плечиками. — Вот бы в реальности стать героиней какой-нибудь захватывающей истории! Так, чтобы за меня переживали тысячи, даже десятки тысяч людей! Чтобы я оказалась им нужна! — и лукаво улыбнувшись, добавила, как в нашей истории, когда обращались к джинну: — Будьте так добры.

— Да будет так! — ответил я словами того же джинна, но помимо воли.

Дальше всё происходило стремительно. Девушка чуть заметно вздрогнула. Посмотрела на меня удивлённо. А я почувствовал, как её тело стало легче. И не только легче, но и прозрачнее!

Я попытался что-то сказать, но лишь поперхнулся словами. Девушка с полными ужаса глазами попыталась обхватить меня руками, но те лишь прошли сквозь мою шею.

Тепло её тела на моих ладонях стало угасать. А я уже почти не чувствовал веса. И любимые серые глаза стали почти прозрачными.

Она выскользнула у меня из рук, словно призрак, и стала опускаться на землю. Я рухнул на колени. Разбив их в кровь, но не замечая, лишь пытаясь поймать тень своей девушки.

— Маша! — закричал я во весь голос. — Живи, душа моя! Будь так добра!

Сквозь мутные от слёз глаза я увидел тень. Мягкое прикосновение к руке… или может к душе? И я…

— Ты… — протянул я.

— Я, — оскалился по-доброму Брут. И в пару прыжков оказался рядом со мной, а затем робко потёрся о руку. — Я старался. Честно. И теперь барьер для памяти снят. Твоё прошлое вернётся за пару часов.

И это было так. Я уже чувствовал, как фрагменты забытой жизни всплывают в сознании, прорезая его словно битое стекло, и словно кусочки паззла занимают свои места, куда впихнули фрагменты из другого набора. Но прежде:

— Оборотень, освободи Надю. Немедленно! — голос я не повышал. Даже не повернулся.

— А не пошёл бы ты… — попыталась возмутиться девушка с рыком. Она ещё не забыла наш последний бой.

— Не пойду. Она со мной. Она мне нужна… да и ты присоединяйся к обсуждению. А ты, ГГ, будь добр присмотри за настоятелем, он нам ещё пригодится, — я больше не боялся своих персонажей. Я знал, они подвластны моему слову. Всё благодаря тому, что теперь я видел кому из героев досталась какая грань моей души и почему. Я видел себя в них. И они подчинились.

Надя рывком выбралась из-под ослабевшего колена и подскочила, а из земли начали пробиваться ростки. Оборотень, даже не взглянув на неё, гордо вздёрнула нос и заняла место за столом. Надя удивлённо смотрелась, но, поймав мой спокойный взгляд и доброжелательный кивок на свободное место, тоже села.

Но действовать я ещё не мог. Память возвращалась медленно и оставалась словно решето. Отсутствовали те моменты, которые интересовали меня в первую очередь, и, дабы простимулировать память, я начал сыпать вопросами:

— Брут, я, как соавтор «Судьи Желаний», должен обладать способностью исполнять желания, предвидеть будущее и иллюзиями. И я ими обладал, если создал этот план. Но где они сейчас? Или твои иллюзии…

— Верно, — закивал Брут и робко улыбнулся. — Чтобы всё спрятать, ты запечатал во мне эти способности, а также Веру Максима в тебя. И вообще всю Веру в вашу с Марией историю.

— Логично, — я лишь кивнул и погладил Брута. Он не сделал ничего, чего бы не сделал я. — Но почему?..

— Я не исполнял желания и посылал тебя? — постарался предугадать мысль Брут. — Ты не имел ключ-фразы, способной заставить, ты никогда не отличался вежливостью. Кроме того, способности джинна имеют последствия, всегда негативные. Даже помогая по мелочи, мне приходилось компенсировать это пакостями.

— Я не о том, — усмехнулся я. — Почему не удалось воскресить Марию с помощью желания в самом начале? Я чувствую, не хватало для этого Веры, но имелось и какое-то ещё условие…

— Формулировка желания девушки: «Вот бы в реальности стать героиней какой-нибудь захватывающей истории! Так, чтобы за меня переживали тысячи, даже десятки тысяч людей! Чтобы я была им нужна!» В Чёрный месяц оказалось невозможно устроить достаточный охват, чтобы про девушку узнали и ей сопереживали. А после Чёрного месяца таких слезливых трагедий были тысячи, и её история вновь бы не набрала нужного эффекта. Пришлось устраивать шоу, которое помогло привлечь и бандитов, и власти, и религию, и обывателей.

— И тогда Максим загадал своё желание… — я закивал, в сознании вспыхивали моменты, как я пришёл с Максиму с ужасной новостью. Как он загадывал желание. Как я придумывал план, чтобы исполнить его желание о возрождении сестры. С помощью предсказаний я просчитал оптимальный путь для воскрешения. И начал действовать. Самоотверженно. И глупо. — И меня тогда не смущало, что по плану меня будут пытаться убить⁈

— Не очень-то активно и пытались, стоит признать. Максим и Артефактор тебе и вовсе порой помогали: флешка, данные о больнице, убеждение настоятеля…

Настоятель на этих словах задёргался, но ГГ его скрутил до состояния кокона, даже кляп в рот вставил, так что резонных возмущений услышать нам оказалось не дано. Хотя за пределами палатки и послышались крики и даже звук боя. Похоже, Напалков призвал кого-то себе в подмогу… как бы не аватар своего бога! Как бы то ни было, но мои персонажи пока справлялись. Но тут слово взяла Надя. Голос её был тих, но очень проникновенен.

— Ты на столько любил эту Машу, чтобы пойти на всё это? — в вопросе не было вопроса. Даже интереса. Но моя девушка пристально уставилась на меня. Та, кто рисковала ради меня карьерой, свободой и жизнью. Та, кто спасала меня. Она должна была знать.

Я пытался прочувствовать эмоции, которые скрывались в прошлом и пробивались ко мне. Это могла быть эпичная история любви. С интригами и лишениями. С чувствами, пережившими смерть и забытьё. С великим будущем! Но это было не про нас. Я просто ничего не чувствовал. Эмоции были словно скрыты за стеной. Их от меня отделяла стена лет и выгоревшей памяти. Выгоревшей Веры.

— Я считал, так правильно, душа моя, — признался я максимально честно.

— А теперь? — рыкающе уточнила уже Оборотень. — Жевать сопли ты можешь до бесконечности, но теперь ты видишь всю картину. И как собираешься поступить?

Тоже хороший вопрос. Странная ситуация, когда ты почти добился цели, но теперь тебе плевать на эту цель и ты движешься по инерции. Только в силу того, что путь проложен и пройти нужно. Потому как тобой движет чужое желание… да и нечего врать, надежда спасти жизнь девушке! Не самое плохое намерение.