"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 1145

Когда она появилась, мир Морфея стал достаточно стабильным местом. Настолько, насколько может оставаться стабильным сон. Люди всегда верили в него, и теперь можно оказаться на уровне грёз простым усилием воли. Никаких долгих тренировок сознания, как раньше, для «осознанных сновидений». Продолжительность варьировалась от желания человека. И этот сон был общим для всего мира. Одна глобальная локация. На личные омуты забытья не хватало Веры.

Про парадоксальность мира снов и говорить не стоило. Да, этот план бытия стабилизировался благодаря Вере. Но её законы тут не действовали. Вера здесь вообще не работала. Это оставался просто сон, где возможно что угодно в меру фантазии и желания. Своеобразный полигон для испытаний… Хотя многие воспринимали царство Морфея как глобальную и весёлую игру, где всё разрешено! Навредить другим сновидцам невозможно — максимум добьёшься, чтобы они проснулись. Сломать, да и вообще оставить какой-либо долговременный след в зыбком мире иллюзий крайне затруднительно — все структуры недолговечны и меняются в самый неожиданный момент на совершенно непредсказуемые формы. С учётом этого, мир сна отдавался людям для развлечения и исполнения своих самых тёмных и сокровенных желаний. Мир вседозволенности.

— Да прибудет с тобой тьма! — вкрадчивый шепот Брута на ухо заставил меня вздрогнуть и осознать, что я нахожусь не в реальности.

Первым делом я взглянул на собственные руки и несколько раз сжал и разжал кулаки. Мир сна изменился, но вот старые правила нет — простенькое упражнение позволило сознанию стабилизироваться, картинка перед глазами стала чётче, а ощущения более резкими.

Я огляделся. Локация оказалась незнакомой — одинокая пустая заправка с названием «Требун», расположенная где-то на трассе посреди то ли пустыни, то ли какого-то поля. Точнее рассмотреть не удавалось, ибо все цвета были тусклыми, сероватыми. Я вернул взгляд на название заправки, где теперь красовалось: «Переков». Никаких сомнений, это сон. Даже щипать себя не нужно.

— Куда мы теперь? Развлечемся? — с азартом вопросил Брут. Он чуть ли не подпрыгивал на плече. — Давай на поля дикой охоты! Ты давно мне обещал! И за то, сколько я сегодня тебе помогал, ты мне должен!

— Брут, угомонись! — я тяжело вздохнул, так как и сам был не против отправиться на охоту, гонки или поразвлечься где-то ещё. Но… — Не забывай, в отличие от многих, в мире сна мы работаем. Информация остаётся востребована, в каком бы мире и каким бы способом она не была получена. И сейчас для её получения нам нужен проход в мир мёртвых. Если точнее, его преддверие.

— То место, где по слухам, в узких кругах опытных сновидцев, находятся души недавно умерших или потерянных для мира? — Брут от возмущения даже спрыгнул с моего плеча на землю и стал расти. — Например, впавшие в кому, чей мозг вроде как умер? — Брут очень активно рос, в считанные секунды став в холке мне по грудь. — Ты хочешь найти девушку, к которой собираются подселить Марию Козлову? Наталью Пискунову?

Когти со скрежетом вспороли дорожное покрытие, а дыхание, наполненное горечью и кислотой, коснулось меня, выражая лёгкое недовольство моего альтер эго. Я потер руки, чтобы стабилизироваться в мире сна.

— Именно. Мы ищем легендарную и смертельно опасную локацию, — решительно заявил я. — Мне жутко интересно: существуют ли другие планы, кроме реальности и мира сна? Вера доказала наличие души, но из ада или рая к нам ещё не возвращались.

— Таким способом я тебя пока что не пытался угробить! Герои в библиотеке будут в восторге! — неожиданно весело заявил Брут и повернулся боком. — Садись. Мне интересно, как ты собрался найти уникальную, возможно не существующую локацию в вечно изменяющемся, потенциально бесконечном мире, где не работает ничего, даже логика!

Возникло чувство, что я где-то крупно лопухнулся, если мои самоубийственные затеи с таким энтузиазмом принимают к исполнению. Но я отмахнулся от мысли, забравшись на спину Брута. Компаньон встряхнулся и усилием воли отрастил себе пару крыльев размером чуть ли не с него самого, а затем единым рывком взмыл в небо. В кои-то веки я смог ощутить тепло его тела, неровный, даже жесткий рельеф мышц и костей, а также мягкую шелковистую шерсть товарища. Это внушало уверенность и силу, а аромат пережжённого пшеничного зерна от шерсти вовсе пьянил. Я припал к шее Брута в лёгком блаженстве. Только ради этих редких моментов стоило посещать мир снов и иметь питомца.

Что касается вопроса Брута, то я его уже обдумал. Вариант с проводником и картой отпадал сразу — в мире сна они не полезнее рисунков на песках пустыни. Имелась возможность изучить всю доступную информацию и по отголоскам легенд, слухам искать… Ага, несколько лет, с учётом, что у меня в лучшем случае три-четыре часа в мире сна. А значит, нужно действовать максимально нестандартным способом!

Самое простое и радикальное, способное сработать — самому оказаться на краю гибели, дабы попасть в нужное место! Да, уважаемый читатель, знаю, я гениален! Порой самому страшно от собственного полёта мысли. Вот только возникала другая проблема: самоубиться в мире снов практически нереально. Мозг очень не хочет умирать, в результате чего при малейшем намёке на опасность пытается покинуть сон. Именно от этого даже во время полёта мне то и дело приходилось тереть руки и стабилизировать себя.

Но и тут я нашёл выход. Во-первых, выпил снотворного… нет, не смертельную дозу — я не на столько ненормальный. Просто чтобы меня не выкинуло из сна хотя бы до утра. А вот чтобы оказаться на грани смерти, мне требовалась одна из местных локаций, крайне известная и очень всеми нелюбимая:

— Брут, гони к Тайфуну Кошмаров. Сегодня мы будем сходить с ума по полной.

— О… я в тебе не разочаровался! Это будет весело. По крайней мере для меня.

Очень оптимистично, ничего не скажешь. На первый взгляд это обычный тайфун, видимый из любого уголка мира снов. Добраться до него не сложно. Вот только стоит преодолеть определённую границу, как ты попадаешь в свой худший кошмар. И чем дальше ты по нему пробираешься, тем страшнее он становится. По слухам, можно пройти все уровни кошмара и попасть в глаз бури — тем самым избавиться от всех страхов и фобий. Но на практике большинство просыпались раньше, а ненормальные вроде меня могли схлопотать инфаркт. Весьма заманчивая перспектива, а то я давненько в отпуск не ходил! Надя откачает… Если проснется.

Кроме того, меня задели слова ГГ в библиотеке: «Ты должен познать свой самый страшный кошмар, чтобы освободиться и стать сильнее». Я хотел осуществить их пожелания буквально.

Не успели меня поглотить мысли о предстоящем, как нас попытались сбить: меньше, чем в десятке метров, пронёсся файербол и взорвался фейерверком еще через дюжину. Я чуть свесился с Брута, рассматривая нападавших.

Один на мотоцикле. Транспорт весь из себя навороченный: с цепями, черепами и костями, плюс заостренные завитки с шипами в стиле: «если не испугаю, то покромсаю». Разумеется, пылающий и летающий. Возникло чувство, что я уже видел где-то подобное, но выполнено было очень красиво. Мне очень понравилось.

Всадник тоже внушал уважение: детина под два метра ростом, бородатый, но при этом лысый, в кожанке и джинсе, которые, судя по количеству металлических нашивок, стали легкой, если не средней бронёй. И самое интересное, у байкера за спиной приторочен меч. Не разглядеть какой, но полагаю, что-нибудь в общем стиле.

Бойцами ближнего боя становились либо те, у кого совсем грустно с фантазией, либо совершенно отбитые на голову, в хорошем смысле слова, люди, которые, раз выбрав роль, отыгрывали её до конца. Судя по общей гармоничности картины, тут второй вариант, и подобное вызывало уважение вкупе с опасением.

А вот его напарник явно не дотягивал до установленной планки. Восседал на пегасе. Самом обычном пегасе, каких я видел уже сотни: белом и величественном… Пожалуй, даже более величественном, чем его всадник, который пытался совместить несовместимое: с одной стороны образ мага — просторный серый балахон и посох из какой-то деревяшки, а с другой — образ брутального мачо со смазливым лицом, накаченного сверх меры. От подобного сочетания хотелось ржать. Похоже, новичок, вот и атаковал так рано.