"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 1036

— Ну, помнишь, Кетро проявлял знаки внимания и вы мне советовали поскорее определиться с женихом?

— Ну?

— Кажется, официальная помолвка Рэма не остановит.

— Он, что, приставал к тебе? — уточнил Баэлрин. В глазах друга сверкнули белые молнии.

— Ну… нет, — промямлила я, лихорадочно соображая, что можно рассказать друзьям, а чего нет. — Пытался поцеловать, а когда я оттолкнула его, требовал признаться, что у меня самой есть чувства…

— А у тебя есть к нему чувства? — тут же заинтересовалась Влада. Вопрос не просто смутил, вогнал меня в краску.

— Это неважно, — я очень старалась произнести эти слова твёрдо, но получилось средненько.

Влада понимающе улыбнулась, а Баэлрин потёр лоб руками.

— Я ничего не понял. Он пристаёт или нет? Если он тебе не нужен, просто скажи ему прямо. Кетро не из тех, кто…

Подруга закатила глаза.

— Мужчины! Ничего-то вы не понимаете!

— Что я должен понимать? — возмутился Баэлрин.

— Нравится он ей, нравится. Нужно установить границы, чтобы продемонстрировать свою недосягаемость. Кэл… а ты, кстати, не знаешь, кто может научить распознавать иллюзии?

— Зачем тебе? — изумилась я, хотя на ум пришла пара человек.

— Ну… тоже надо установить границы.

— Так. Давайте решать по одной проблеме за раз, — прервал нас Баэлрин, поднимаясь. — Я иду за Нагата, встретимся в комнате Калерии.

Бэл и Сэб провозились до позднего вечера. Сначала отгоняли нас с Владой, чтобы не мешались, затем сдались и позволили делать самое простое.

Установка защиты от телепортации оказалась делом непростым. Нужно было установить специальные датчики по периметру не только спальной, но и ванной комнаты, настроить их и запрограммировать. Понадобилось шестнадцать штук — по восемь на каждую комнату, но самое сложное оказалось в том, что у Баэлрина нашлась лишь пара опытных образцов. Поэтому, осмотрев фронт работ, ребята вернулись в лабораторию, чтобы приступить к изготовлению необходимого количества. И хотя они пытались отделаться от нас с Владой, мы всё равно отправились с ними.

Не уверена начёт подруги, но я не могла оставаться одна после всего случившегося. Жалость к Сильван, обида на Сильван, чувства к Рэму, злость на Рэма — все эти эмоции смешались между собой, принося душевный дискомфорт.

Влада бросала на меня взгляды, полные то сочувствия, то боли — из чего я сделала вывод, что ей самой одновременно и грустно и не хочется оставлять меня одну.

Нам доверили самое безопасное — изготавливать корпуса для датчиков с помощью специального станка, сами же ребята занимались электроникой. В процессе работы Баэлрин внезапно сказал:

— Алриата бы позвать…

— Ни за что! — Влада отреагировала излишне эмоционально, а потом уже спокойнее добавила. — Ненавижу его. К тому же, как объяснить ему для чего датчики? Думаете, он станет помогать нам ставить защиту на комнату Калерии от его лучшего друга. Алриат — придурок, но далеко не идиот.

— Это верно, — вздохнул Баэлрин. — Поэтому-то его и стоило бы позвать. Он вырос в лабораториях Алриат-сталь. Ладно, справимся без него пока. На первое время сойдёт, а потом попрошу помощи, скажу, что это для моего проекта. Один опытный образец у него не вызовет подозрений.

Пока мы все усиленно трудились над защитой, я обдумывала маленькое безумство. Как только ребята закончили работу и ушли, я тут же порылась в Инфосети и нашла одно простенькое проклятие.

Проклятие чистого разума. Безобидное проклятие, которое психотерапевты рекомендовали накладывать пациентам, находящимся в стрессовой ситуации, чтобы охладить эмоции и взглянуть на ситуацию спокойно и с логической точки зрения.

Совершенно безвредное проклятие с малюсеньким побочным эффектом в случае наложения пациентом самостоятельно. Блокировка эмоций.

Глядя в текст на экране, я заколебалась. Длительное применение проклятия грозило психическими расстройствами, но мне лишь надо накладывать его по утрам и снимать вечером. Ночью Кетро уже не сможет явиться в мою комнату просто так. Хотя с чего я взяла, что он явится?

Я же сказала, что не собираюсь связываться с этернами? Сказала! Так, может он и вовсе теперь забудет, как меня зовут? И только я хотела выключить планшет, как раздался требовательный стук в дверь и магически усиленный голос протянул:

— Тааак, я не понял, откуда у тебя защита от телепортации?

Быстро прочитала фразу-проклятие, сконцентрировав энергопоток в районе сердца, и пошла открывать дверь.

Кетро явился с цветами. С букетом нежно-розовых мерцающих пионов в фирменной упаковке сети оранжерей рода Сильяэр.

Между бровями этерна залегла складка.

— Калерия, прости, если я своими поцелуями напугал тебя настолько, что ты тут же установила защиту от телепортации в комнате. Можно войти?

Эмоции крикнули было — не надо, но стремительно леденеющий разум подсказал, что нет ничего страшного в том, чтобы побеседовать с однокурсником.

— Проходи.

Кетро вошёл, оглядываясь по сторонам.

— Датчики по периметру, у пола и под потолком, всего восемь, — бесцеремонно заглянул в ванную, — шестнадцать штук. Умно. Как же тебе удалось их раздобыть?

— Видимо, ты даже не допускаешь мысли о том, что я могла изготовить их сама, — усмехнулась я, забирая букет из его рук и размещая цветы на столе. К счастью, композиция включала небольшой кокон, наполненный водой, так что вазу искать не пришлось.

— Ты сделала их сама? — миролюбиво поинтересовался этерн.

— Я помогала, — усмехнулась я. — Так, что ты хотел?

— Хотел попросить прощения у тебя за…

— За поцелуй?

— Нет, — он улыбнулся. — Поцелуй тебе понравился, не отрицай, но я вёл себя грубо. До него и после.

— Да, ты часто упоминаешь о том, что я недостаточно умна, — спокойно произнесла я, пожав плечами. — Но если подумать, то наставник имеет право указывать подопечному на ошибку.

— По-моему мы уже переступили границы отношений наставника и подопечного.

— Слегка, — согласилась я. — Но я настаиваю на том, чтобы вернуться к рамкам.

Этерн сделал шаг ко мне, обхватил за талию и заглянул в глаза.

— Боюсь, что это совершенно невозможно, Кали.

Кольнуло где-то в районе сердца, и мысли и эмоции окончательно разделились.

«Хорош!» — холодно отметил разум. «Хищный блеск в изумрудных глазах этерна. Яростный, непредсказуемый, опасный.»

Сознание отмечало факты, не допуская эмоциональной окраски. Ну да, красивый и опасный этерн. Всё так. Никаких чувств. Только сердце отзывалось лёгкой колющей болью.

«Ничего, это нормально. Проклятие начинает действовать при встрече с объектом. Сердце привыкло биться быстрее рядом с ним, а теперь должно привыкнуть к отсутствию эмоций. Через пару-тройку дней, ты уже не будешь ощущать ровным счётом ничего.»

Зато моё дыхание оставалось ровным, от объятий моё эмоциональное состояние никак не менялось, и даже на лице, я была уверена в этом, сохранилось безразлично-отстранённое выражение.

Тем временем улыбка сползла с лица этерна, меж бровей залегла складка, губы сжались.

— Что ты с собой сделала! — Кетро обнял моё лицо руками и заглянул в глаза, заставляя тонуть в изумрудной бесконечности своего взгляда. Только сколько бы он ни вглядывался, я не тонула. По-прежнему осознанно и с вызовом смотрела ему в глаза, ощущая, как мои губы кривятся в ухмылке.

Он отпустил меня и отступил на шаг назад, продолжая хмуриться.

— Ты наложила на себя проклятие, блокирующее эмоции, — он не спрашивал, а утверждал. — Зачем?

— Чтобы ты понял, насколько я серьёзно настроена в отношении тебя.

— Отличная демонстрация, — хрипло ответил этерн и пошёл двери. Остановился и не поворачиваясь добавил. — Сними с себя эту гадость. Длительное применение может вызвать необратимые последствия.

— Если только ты пообещаешь, что больше не станешь целовать меня или пытаться выяснять отношения, — холодно ответила я.

Кетро резко обернулся. Его губы кривились в усмешке.