Личный дневник моей фиктивной жены (СИ) - Стальная Виктория - Страница 73

Подполковник Толбухина похлопала меня по плечу и вернулась к своим коллегам.

Я посмотрел на машину скорой помощи, одолеваемый сомнениями. Сзади послышались шаги, я обернулся, мне навстречу большими шагами шёл Олег, таща за руку Настеньку, быстро семенящую ножками за ним.

— Что же ты, старик, даже не попрощался?

— Не хотел мешать молодым, вам надо побыть вдвоём. Вы порядком натерпелись из-за меня.

— Да брось ты скромничать, успеем мы с Настёной набыться вместе.

— Почему?

— Что почему?

— Почему ты пошёл против родной матери?

— Знаешь, работая с тобой, я многому у тебя научился — в первую очередь честности. И кто бы что не говорил там, не слушай их, запомни, Алекс, ты — человек. И ко мне ты относился честно, не заискивал передо мной, не вытирал мне сопли…как мама и не принижал…как Вэл или Ларри. Ты позволил мне быть собой и дал возможность вырасти, встать на свои ноги. Я поступил с тобой честно, и ты не заслужил ничего из того, что хотели сделать эти…

— Спасибо. Я тронут до глубины души.

— А ещё мы хотим погулять на вашей второй с Вероникочкой свадьбе и понянчить малыша. — Настя заботливо обняла меня и шепнуло на ухо: «Я держу за вас кулачки!».

— Вот теперь нам пора. Смотри, не упусти своё счастье.

Настя с Олегом радостно взялись за руки и оставили меня. Я робко приблизился к машине скорой помощи с Никой.

— Поехали. — Скомандовал голос врача.

— Подождите. — Вероника приподнялась, поискала меня глазами и позвала с собой. — С нами поедет мой муж.

Я не верил своему счастью, неотрывно смотрел на Нику и всю дорогу до больницы крепко держал её за руку, тревожась, что она передумает и прогонит меня. Когда мы почти приехали, я осмелился заговорить, благо врач задремал и нас не слышал.

— Вероника, наш брак никогда не был для меня фиктивным. — Ника ухмыльнулась и нахмурила брови. — Хорошо, был.

— Алексей, именно, что был. Больше его не будет. Надо отпускать прошлое и двигаться дальше.

— Да, но, ладно. — Я растерялся и отвернулся от Вероники, дабы она не увидела мои слёзы.

— Договаривай, раз начал. Эй, посмотри на меня. Ты чего? — любимая развернула меня к себе и смахнула своей хрупкой ладошкой слезу.

— Ника, ты — не ангел, нет. Но не один ангел не сравнится с тобой. И я верю, что 5 октября 2008 года нас послали друг другу небеса. Ты стала моим спасением в этом грешном, душном мире. Ты, ты — моя любимая. И ведь я влюбился в тебя дважды…в тебя прежнюю и в новую…Марго. И если бы всё было можно изменить. Если бы ты согласилась со мной двигаться дальше и снова вышла за меня замуж…по-настоящему.

— Я согласна.

— Что?

— Я сказала, что фиктивного брака больше не будет, а настоящему быть. Я по-прежнему тебя люблю, Алёша.

— Ника, Ника, девочка моя. Ты не представляешь, как я счастлив! Я обещаю тебе, наш малыш будет расти, окружённый любовью и заботой. Только ты мне тоже кое-то должна пообещать?

— Я? Корф, имей совесть, я тебя только что амнистировала, разве этого мало?

— Маловато будет. Пообещай, что впредь будешь доверять мне, а не своему личному дневнику.

Вместо ответа Ника прильнула к моим губам. Мы оба заплакали с ней, и губы у нас стали солёными от слёз. Но наш с Вероникой поцелуй был таким долгожданным, что показался мне самым сладким на свете. А через восемь месяцев у нас родились очаровательные двойняшки, которых мы назвали Анастасия и Олег…