Возлюбленный горец - Беннет Сара - Страница 20

Но обстоятельства были против него, и Грегор, вместо того чтобы поцеловать ее, отступил назад и заговорил насмешливо и игриво, заведомо зная, что такое поведение оттолкнет и возмутит Мег.

– Да, но вы ведь платите мне за то, чтобы я защищал вашу честь, не так ли, леди Мег? Я не хочу, чтобы ваш и деньги пропали даром.

Мег могла бы сказать ему, что ночь, которую она провела в его объятиях, и спокойный сон стоили гораздо больше, чем эти деньги. Она не могла вспомнить свои сны, но знала, что они были сладкими. Когда наступило утро, она проснулась отдохнувшей и свежей и тут же подумала: «Где же он?» Она отправилась искать его и увидела гораздо больше, чем могла себе представить.

Грегор все еще улыбался, но так мрачно и горестно, что у нее сжалось сердце и безудержно захотелось протянуть руку и медленно пробежать пальцами по его губам. Словно прочитав ее мысли, Грегор пошевелился. Мег тотчас же отскочила в сторону. Но Грегор лишь усмехнулся и прошел мимо, вскоре скрывшись за углом дома.

Мег закрыла глаза. Сердце стучало молотом, дышать стало трудно, и закружилась голова. «Боже, какой позор!» – сказала она себе. Она не могла понять, что с ней случилось. Она же не малое дитя! Ей нередко приходилось видеть купающихся мужчин, порой обнаженных, и это не производило на нее никакого впечатления. Если живешь вдали от цивилизованного мира, то начинаешь спокойно воспринимать неловкие ситуации такого рода.

И все же когда она увидела Грегора, стоящего по щиколотку в воде, в одном килте, что-то в ней перевернулось. И она уже не могла оторвать глаз от струек воды, которые стекали по золотистой коже спины и пробирались сквозь завитки черных волос, покрывавших его грудь, стремясь вниз и таинственно исчезая под килтом на талии… Ода, это потрясло ее! Мег сгорала от желания, от вожделения к этому человеку!

Она внутренне посмеялась над своим эмоциональным взрывом, но не смогла отделаться от чувства горечи. Может, она сходит с ума? Ведь она уже взрослая, уравновешенная и благоразумная старая дева, которая никогда раньше не помышляла о замужестве. Так почему же этот сильный упрямый мужчина так действует на нее? Неужели она действительно надеется, что под этими стальными мускулами бьется нежное сердце юного героя, о встрече с которым она мечтала столько лет?

Как бы то ни было, сегодня Мег поняла, что поиски истинной любви и физическое влечение – это две совершенно разные вещи. Она вряд ли любила Грегора Гранта, но совершенно очевидно, что он будил в ней страстное, неудержимое желание. Это наваждение завладело всем ее существом и стало такой же реальностью, как восход солнца из-за горных вершин.

– Ты платишь за его услуги, – сердито пробурчала Мег себе под нос. – Пусть он был лэрдом Глен-Дуи, но теперь ему придется выполнить свою работу, и ты не смеешь компрометировать ни себя, ни его.

Она похоронит свои чувства глубоко внутри. Она сделает это не столько ради соблюдения приличий, сколько ради того, чтобы Грегор Грант никогда не догадался о вожделении и страсти, которые леди Мег Макинтош испытывала, к нему, иначе она просто умрет от унижения.

Если только он уже не догадался об этом…

Конечно, он все понял! Иначе почему он улыбался? И посмотрел на нее так странно? Ее чувства забавляли его. Такой человек, как Грегор Грант, не знал отбоя от женщин. Но она сохранит достоинство и никогда больше не покажет своей слабости.

Мег неторопливо направилась к ферме.

Глава 9

К полудню они добрались до горного перевала.

До мятежа 1715 года эта узкая и коварная тропа была открыта для всех, но после восстания перевалы стали охранять правительственные войска, и через горы прокладывались новые пути под руководством генерала Вейда. Они были нужны армии на случай новых волнений, чтобы при необходимости добраться до труднодоступных горных долин, где обитали родовые кланы бывших повстанцев. Небольшой гарнизон солдат занимался строительством дороги через перевал, и любому, кто здесь проезжал, задавали вопрос о цели проезда.

Мег и ее небольшая группа не были исключением.

– Мадам! – окликнул ее постовой, вытянувшись в струнку при виде прекрасной наездницы. Форма на нем сидела безупречно: красный мундир, бриджии белые чулки сияли чистотой. Мег уже давно обратила внимание, что люди майора Литчфилда всегда вели себя как настоящие солдаты: они были аккуратны, подтянуты и вежливы в отличие от банд разношерстного сброда, которые время от времени терроризировали шотландских горцев без видимых на то причин.

– Я возвращаюсь домой, часовой! – сказала она. – Можно ли нам проехать?

Солдат открыл было рот, но за его спиной раздался знакомый голос:

– Леди Маргарет!

Со стороны солдатских казарм к ним подошел высокий жилистый мужчина средних лет с умным худощавым лицом. На нем был красный мундир и камзол, расшитый золотом, но гораздо скромнее, чем у офицеров, которых знала Мег. Он снял шляпу, открыв голову в простом каштановом парике, и радостная улыбка осветила его лицо.

– Вы быстро вернулись, леди Мег. Ваше путешествие прошло удачно?

К майору Литчфилду Мег относилась с искренней симпатией. Он совсем не походил на тех узколобых, одолеваемых предрассудками английских офицеров, которые искренне верили, что цивилизация начинается и кончается на берегах Темзы. Они вызывали у нее лишь отвращение. До Глен-Дуи оставалось полдня пути, но солдаты при желании могли сильно осложнить им жизнь. Как же им повезло, что майор Литчфилд оказался здесь!

– Все прошло отлично, спасибо, майор, – ответила Мег. – Я не ожидала увидеть вас здесь.

– Я приехал на неделю, провожу инспекцию гарнизона. Надо поддерживать дисциплину. Вы едете прямо в имение?

– О да, я так соскучилась по отцу, мне не терпится поскорее добраться туда.

– Бедный генерал, – сказал майор и печально покачал Головой. – Сожалею, что этот воистину достойный человек уже не так крепок, как прежде. Передайте, пожалуйста, что я обязательно заеду повидать его перед отъездом. – При этих словах он поднял глаза и с грустью взглянул на девушку.

Улыбка исчезла с лица Мег.

– Вы уезжаете из Шотландии? Вы покидаете нас, майор Литчфилд?

– К сожалению, да, – ответил он печально. К этой печали примешивалось что-то еще, но Мег не хотела углубляться в истинные причины его грусти. Как и герцога Аберколди, она всегда воспринимала майора Литчфилда только как друга отца. Ей нравилось с ним общаться, она ценила его уважение к традициям и образу жизни горцев, но он не вызывал трепета в ее душе.

– Я получил назначение в расположение наших войск в Ирландии. Леди Маргарет, я прослужил здесь более двух лет. Не могу сказать, что мне не понравилось в Шотландии, я узнал много интересного, но пора двигаться дальше. Как только мне пришлют замену, я передам полномочия и должен буду немедленно уехать. Но перед отъездом обязательно загляну к вам в Глен-Дуи. Скажите отцу, что я мечтаю сыграть с ним в шахматы напоследок, если он будет хорошо себя чувствовать.

– Обязательно приезжайте. – Она протянула ему руку. – Мне очень жаль, что вы покидаете нас, сэр. Берегите себя там, в Ирландии. Надеюсь, в один прекрасный день вы вернетесь и мы снова встретимся.

Его глаза радостно засияли. Он взял ее руку.

– Молю Бога, чтобы так и было, – сказал майор и поднес нежные пальцы девушки к губам.

Его горячность смутила Мег. Чувствуя, что краска заливает лицо, она быстро отвернулась и тут же встретилась взглядом с Грегором Грантом, который подъехал слишком близко и прислушивался к их разговору. Мег не смогла отвести глаза.

Его нарочитое спокойствие, гордая осанка, блеск янтарных глаз – все таило скрытую угрозу. Мег буквально ощущала, как внутри у него все закипает, и очень удивилась. Майор Литчфилд был сама любезность, и она не могла понять, почему Грегор ведет себя так, словно им угрожает опасность.

Майор уже занялся другой группой мужчин, приветствуя их по именам. Когда он только появился в этих местах, то завязал дружеские отношения со многими людьми и теперь знал всех жителей горных долин за перевалом. Это была одна из причин, по которой майор вызывал у Мег симпатию. Пропустив людей, он подошел к Грегору. Обладая мощной фигурой, да еще сидя на лошади, тот возвышался над ним, как утес. Майор вопросительно выгнул седеющую бровь.