Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

Степанцов Вадим Юрьевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Орден куртуазных маньеристов (Сборник) - Степанцов Вадим Юрьевич - Страница 353

353

Изменить размер шрифта:

248. Не колись, наркоман, героином

Не колись, наркоман, героином,

Не вдыхай анашу, наркоман.

Тем пристрастьем, отнюдь не невинным,

Поощряешь ты злой Талибан.

Есть такое движенье в Афгане,

Их в Афгане несметная рать,

У которых хреново с деньгами,

Потому что им в падлу пахать.

Бородатые дядьки талибы

Наркотою живут искони.

Их промышленность в заднице, ибо

Разрушать лишь умеют они;

Их заточены руки под хрен лишь

И под то, чтоб держать автомат,

И пока ты под дозою дремлешь,

Замышляют они газават.

А все средства у них, понимаешь, –

От продажи тебе наркоты.

Ты экспансии их потакаешь,

Финансируешь как бы их ты.

Ты ширяешься, чем неуклонно

Обретаешь Иуды клеймо;

Ты являешься пятой колонной,

Пожирая все это дерьмо.

А талибы мохнатые, кстати,

Обращают насильно в ислам,

И камнями всех баб закидать им

Не составит усилий, козлам.

Помогают они чеченегу

На твои, между прочим, шиши

И тебя же паломничать в Мекку

Привлекут за пучок анаши.

А когда ты (не надо смеяться!)

Героинчику слямзишь у них,

Отсекут тебе руки и яйца,

Как Кораном предписано их.

Так что сунь себе в анус идею

О свободе торчать на игле.

Ты привычкою вредной своею

Отрицаешь сам мир на земле.

И хотя ты присягой не связан,

Хоть Отчизна тебе до балды,

Гражданином быть все же обязан

Не в последнюю очередь ты.

Воздержись же, порви паутину,

Ненадолго, ну скажем, на год,

И ты сдохнешь не лишь как скотина,

Но немножко и как патриот!

2000

249. Зрелище женщины радует взгляд

Зрелище женщины радует взгляд,

(Что для мужчины является нормой),

Теша как волка семь нежных козлят

Как содержаньем своим, так и формой.

Кто-то усмотрит фигурку Бардо,

Женщиной, скажем, любуясь в трамвае,

Кто на сеансе стриптиза, а кто

В мыслях ее без проблем раздевая;

Кто-то любитель пройтись по Тверской,

Кто-то – подглядывать в женские бани,

Свесивши с крыши с напрасной тоской

Вжатый в стекло пятачок свой кабаний.

Я же изысканней как нимфоман.

Зрелище женщины той, что читает

Так называемый женский роман, –

Вот что конкретно меня возбуждает.

В чтиве том все – океаны огня,

Сопли, порнуха, в очах поволока,

И вся подобного рода фигня

С первых страниц до страниц эпилога.

Спектр непрерывный всех чувств отражен

В женщине, этот читающей опус,

Что, безусловно, полезен для жен,

Светлый мужской культивируя образ.

Если душа у подруги поет

там, где во имя прекрасного Ганса

Злому Родригесу вновь не дает

гордая Мэри, так скажем, ни шанса;

Если подруга пустила слезу,

Пусть даже ты у ней сотый лишь номер,

Коль ковырять прекратила в носу,

Знай – на прелюдии ты сэкономил.

Пусть ты лишь рак на безрыбье, плевать,

В этот момент ей и карлик сгодится.

Быстро вали ее, стерву, в кровать,

Все тебе в данном контексте простится.

Так воздадим же мы должное сей

книге, взывающей к душам ранимым,

Будь ее автор Джоанной Линдсей

Иль дядей Васей с иным псевдонимом!

2000

250. КРОКОДИЛИАДА

Мы тет-а-тет сидели – вы и я –

Во мраморной роскошной вашей ванне.

Я говорил про дальние края,

Про годы, проведенные в Ботсване.

Вы вздрогнули вдруг и произнесли,

Взволнованно качнувши бюстом хилым:

– Ужели, сударь, вы и впрямь могли

Купаться в водоеме с крокодилом?

Я усмехнулся и ответил вам,

Пустивши дым сигарный по спирали:

– Купаюсь же, как видите, мадам...

Через секунду вы меня сожрали.

1997

251. Если ты килограмма фанеры тупей

Если ты килограмма фанеры тупей,

если хил и труслив как паршивый койот,

если в силу убогости общей твоей

никакая из женщин тебе не дает;

если женщина, злобно кусаясь, грубя,

не пускает, мерзавка, себя пригубить,

но, напротив, едва лишь увидит тебя,

сразу пояс Гимена спешит нацепить

(а тебе так охота тепла и любви),

то ее очаровывать – номер пустой,

ты на жалость ей, стерве такой, надави,

расскажи, как с младенчества рос сиротой

и как начал с прилавков таскать шоколад,

в результате чего был посажен в острог,

где тебя обижали как стар, так и млад

вплоть до дня, по который мотал ты свой срок;

как тебя все не любят и, хуже того,

не желают под пытками даже любить,

расскажи, что ты бедное столь существо,

что и уличной девки не можешь купить,

и что не оскудеет дающей рука

и про малость размеров своих ей напой,

и она зарыдает тут наверняка

и, рыдая, сама овладеет тобой.