Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

Степанцов Вадим Юрьевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Орден куртуазных маньеристов (Сборник) - Степанцов Вадим Юрьевич - Страница 322

322

Изменить размер шрифта:

81. Удивите меня тем, что вы мне придетесь по вкусу...

Удивите меня тем, что вы мне придетесь по вкусу,

Тем, что искренне я вам сказать захочу комплимент;

Удивите меня тем, что я обнаружу в вас Музу,

Тем, что с помощью вас я воздвигну себе монумент.

Удивите меня тем, что я не найду в вас изъяна,

Иль найду, но такой, без которого было б не то;

Удивите меня тем, что я вам признаюсь не спьяну

В том, что вечно готов подавать вам и мяч, и пальто.

Удивите меня тем, что можно не раз и не дважды

В неизвестной воде и одной оказаться реки;

Удивите меня тем, что я вас не брошу однажды,

Невзирая на жанр, но канонам его вопреки.

82. Урок фехтования

Посреди фехтовального зала

Ты, решительно злая как черт,

Обнаживши рапиру, сказала:

- Защищаться извольте, милорд!

Я своей незатронутой честью

Вас клянусь превратить в решето!..

Осененный благою столь вестью,

Я воскликнул: - Но, право, за что?

- Ни за что. В том-то суть вся и дело, -

Прошипела ты, хищно сопя.

Я свой рот приоткрыл обалдело,

Лишь с трудом понимая тебя.

Сим образчиком логики женской

Оглушённый почти наповал,

Но не склонный всё ж сдохнуть, как Ленский,

Со стены я рапиру сорвал.

Застучали твои босоножки

На ногах неземной красоты;

Со стремительной грацией кошки

Сокращала дистанцию ты.

- Кис-кис-кис!.. - Произнес я с укором.

Ты в ответ простонала: - Убью!.. -

И неистовым выпадом скорым

Завершила атаку свою.

Я, сражённый, вскричал неприлично,

У твоих распластавшись у ног;

Ты оскалилась и символично

Мне приставила к сердцу клинок.

Я лежал пред тобой раболепно

И глядел в твой разгневанный лик -

О Мадонна! - как великолепна,

как была хороша ты в тот миг!..

И, зажавши смертельную рану,

Нестерпимо терзавшую плоть,

Я постиг, сколь большого барана

Ты сумела во мне заколоть.

"О, прозренье в минуту ухода!" -

Я подумал и молвил, хрипя:

- А ты знаешь, ведь все эти годы

Я любил-то одну лишь тебя!..

Зарыдав, ты отбросила шпагу;

Я, рыдая, на локте привстал

И целебную, сладкую влагу

Всех твоих поцелуев впитал.

А потом я извлёк твое тело

Из костюмчика цвета бордо,

И меня ты убить расхотела,

Ибо было на сей раз за что.

83. Фамильный портрет

Умерший год назад от дозы мышьяка,

Я за тобой следил с фамильного портрета.

Ты снова привела к нам в спальню мужика

Пред очи пред мои работы Тинторетто.

Недолго ты мою оплакивала смерть,

Твой траур с первых дней нормировался строго.

Ты обрела друзей, чьего участья твердь

Прочувствовала до положенного срока.

Ты получила мой в наследство особняк,

Солидный капитал и титул баронессы;

Теперь тобой владел любой окрестный хряк,

Читавший всё в твоём лице святой Инессы.

Я часто созерцал, смакуя как вино,

Амурных поз твоих роскошные картины,

Поскольку на стене висел уже давно

И просто был лишен иной прерогативы.

Немало чрез тебя ничтожеств утекло,

Но не везло тебе в последние недели

С самцами, большинство которых не смогло

Порадовать ничем тебя в моей постели.

И вот я наблюдал, уже в трёхсотый раз,

Как паж очередной, задёрнувши портьеры

и сделав комплимент погоде в паре фраз,

Неловко облачал тебя в одежды Евы.

Вовсю пылал камин, роняя на тебя

Игривого огня зловещие оттенки;

Твой свежий фаворит, неистово сопя,

Заметил вдруг меня, свисавшего со стенки.

Он взглядом было лишь мне по лицу скользнул,

Как на челе младом образовалась влага.

Он дал обратный ход - и нервно ком сглотнул,

А я всё ширил рот в улыбке вурдалака.

- Противный мальчик, - ты шепнула горячо.

- А?!.. Что?!.. - Спросил альфонс, очнувшись обалдело,

И, продолжая вспять глядеть через плечо,

На ощупь отыскал твоё поспешно тело.

- У вас проблемы, сэр? - Осведомилась ты,

чуть приоткрыв глаза. - Вы вывихнули шею?

- Нет!!! - Вздрогнув, произнёс предмет твоей мечты. -

Вернее, всё прошло... Поправился уже я...

Сомкнувши веки, ты расслабилась опять

И стала предвкушать возобновленье ласки.

Я прекратил тотчас оскал свой расширять

И на ковёр сорить корпускулами краски.

Но он уже не мог перенастроить мозг

И снова на меня воззрился отрешённо.

- Что с вами, о мой друг? Вы мягки, словно воск, -

Проговорила ты немного раздражённо.

- Пардон... Должно быть я совсем схожу с ума, -

пробормотал юнец, - Но я, боюсь, не справлюсь...

- Да, - процедила ты, - я вижу и сама,

Что, кажется, я вам ни капельки не нравлюсь!

Бедняга простонал с несчастным видом: - Нет!..

Ты тоном ледяным отозвалась: - Так что же?..

Дрожащим пальцем ткнув, он выдавил: - Портрет!

Он угрожает мне, он мерзко строит рожи...

- Сдаётся мне, что вы объелись белены, -

Ты изрекла в ответ и на меня взглянула.

Я в сторону смотрел, свисая со стены,

Глазами камбалы, пустыми, как два дула.

Во всей своей красе, изысканно нагой,

Ты подошла ко мне, задумчиво взирая,

И молвила с упрёком мягким: - Дорогой!

Нехорошо за мной подглядывать из рая.

Тебе, ну согласись, совсем уж не к лицу

При статусе твоём такие эпатажи.

Благоразумней быть пристало мертвецу,

А это шутовство... не остроумно даже!..

С невинным видом я смотрел упрямо вдаль,

Но это ни на миг тебя не обмануло.

- Прости, - вздохнула ты, - мне, право, очень жаль... -

И мой портрет к стене фасадом развернула.

Со мной покончив, ты отправилась к нему,

С тем чтоб возобновить свои часы досуга.

Мой безучастный взор уставился во тьму,

И с ненавистью я подумал лишь: "Вот сука!.."

"За что? - Я размышлял, слезу во рту жуя. -

Не вы меня, а я вас, собственно, застукал.

Я не люблю тебя," - с обидой думал я,

Подобно малышу, поставленному в угол.

Я услыхал, как вы в упорнейшей борьбе

сеанс возобновив, гармонии достигли.

"Я не ревную, нет! - Сказал я сам себе,

Когда в конце концов все сладкозвучья стихли. -

Я охладел к тебе, о королева змей,

Служите же свои альковные обедни.

Разочарован я готовностью твоей

Поверить в эти все мистические бредни!.."