Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

Степанцов Вадим Юрьевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Орден куртуазных маньеристов (Сборник) - Степанцов Вадим Юрьевич - Страница 188

188

Изменить размер шрифта:

* * *

Коль помнит обо мне Господь,

Всё прочее не слишком важно.

Пусть враг гримасничает страшно,

Стремясь больнее уколоть;

Пусть жрет изысканные брашна,

Свою упитывая плоть,

Пускай причмокивает влажно,

Отрыжку силясь побороть;

Пусть всё ему легко дается,

Пусть надо мною он смеется,

Но есть небесные весы –

На них тяжеле я намного,

Зане лишь мне дыханье Бога

Топорщит жесткие власы.

* * *

Так много дел, что кажется порой:

Когда б я даже был исчадьем зла,

Дела, нагроможденные горой,

Спасут меня от адского жерла.

Но самооправдания игрой

Не обольстится ценностей шкала:

Да, я в делах рутинных был герой,

Но упустил важнейшие дела.

Те замыслы, что подсказал мне Бог,

Лелеял я, но воплотить не смог –

Я лишь противоборствовал нужде;

А если б их представил во плоти,

То мог бы оправданье в них найти

На неизбежном будущем суде.

* * *

Такой же март, как десять лет назад,

И та же боль вдруг ожила в душе.

Такие же пурга, и снегопад,

И музыка на верхнем этаже.

Пускай вернулась боль былых утрат,

Но ни к чему мне быть настороже –

Утраченного десять лет назад

Мне не утратить заново уже.

Сквозь тучи снега вьюжный март несет

Куда-то вбок встревоженных ворон,

И, как тогда, на это смотрит тот,

Кто был тогда трагически влюблен,

Но он утрат теперь уже не ждет,

Ведь самого себя утратил он.

* * *

Делая глупости, вскоре глупеешь и сам,

Этого правила не обойти никому.

Если попал в подчиненье к своим телесам,

То погрузишься душой в непроглядную тьму.

Счастья природа духовна, – уже потому

Надо бунтующей плоти давать по усам,

А поклоненье бутылке и женским трусам,

Кроме подагры, увы, не ведет ни к чему.

Так что подумай, ища облегченья уму,

Вялую душу избавить стремясь от труда:

В прихотях плоти потонешь ты, словно Муму,

И бездуховность тебя унесет, как вода.

Дух, как Герасим, утратив приют навсегда,

Плачет на лодке, стуча головой о корму.

* * *

Растет и крепнет глупость оттого,

Что все ее с восторгом повторяют.

Порой в пучину глупости ныряет

Челнок ума – и не видать его.

Его валы туда-сюда швыряют,

Полно вражды морское божество –

То Мировая Глупость ускоряет

Вращение тайфуна своего.

И кажется: всё то, что плыть пыталось,

В пучину эту страшную всосалось,

Всё ослабело, всё ко дну пошло…

Но вот в квартирке бедной два поэта

Беседуют у лампы в круге света.

Взгляни: у них и тихо, и тепло.

* * *

Весь мой пиджак слезами облит,

И как не плакать, не рыдать?

Я обществом безвинно проклят

И должен в муках увядать.

Я издаю порою вопли,

Когда уже нет сил страдать,

Но тот, кто распускает сопли,

Не вправе облегченья ждать.

Нет, надо выработать твердость

В душе и в истощенном теле,

Пусть гонит общество меня –

У нас есть собственная гордость,

Плевать на деньги мы хотели,

Жрецы небесного огня,

И я брожу весь день без цели,

Себе под нос стихи бубня.

* * *

Не обижайся на лжецов,

Не удивляйся их обманам,

Не называй себя болваном –

Лжецы нужны, в конце концов.

Лик Правды груб, а взор свинцов,

Она даст фору всем тиранам,

Всё приводя с упорством странным

К скучнейшему из образцов.

Лишь то, что в самом деле есть,

Нас вынуждают предпочесть,

Чем вызывают приступ злобы.

Пусть лучше нам представит лжец

Блестящий сказочный дворец –

То лучшее, что быть могло бы.

А Правде, что язвит сердца

Разоблачением лжеца,

Мы не поклонимся до гроба.

* * *

Смотрю на тебя немигающим взглядом свинцовым

И знаю: нет смысла тебя мне выслушивать дальше.

Довольно с тобою джентльменом я был образцовым

И не замечал постоянной коробящей фальши.

На всё у тебя, несомненно, ответы найдутся,

Но грош им цена, ибо все они будут фальшивы,

И речи, которые нежно тобою ведутся,

В конечном итоге диктуются жаждой наживы.

Джентльмен, к сожалению, часто синоним придурка

Для дам, что погрязли во лжи и различных увертках.

К твоим объясненьям я глух, как еловая чурка,

Не хочется мне погрязать в бесполезных разборках.

Занятно одно: лишь ничтожный обрывок беседы,

Услышанный мной, хоть беседа и шла тихомолком,

Заставил слепого увидеть грядущие беды,

Заставил придурка все факты расставить по полкам.