Криминальный гардероб. Особенности девиантного костюма - Коллектив авторов - Страница 42

Заключение

Эта глава началась с описания инсталляции «Во что ты была одета?», создатели которой стремились развенчать мифы об изнасиловании, ведущие к виктимблеймингу. Выставка, без сомнения, была актуальной и заставляла публику задуматься. Банальность экспонированных нарядов ставила под сомнение расхожие представления об объективированном теле и сексуальной одежде. Тем не менее, несмотря на убедительность вещественных доказательств, представленных на инсталляции, мифы по-прежнему жизнеспособны: они прочно интегрированы в следственные и обвинительные практики, подсказавшие организаторам название выставки.

Трудно отрицать, что наши костюмы, способ их ношения и восприятие их окружающими чрезвычайно важны. Во время судебных процессов по делам о сексуальных домогательствах и изнасилованиях одежда превращается в спектр семиотических маркеров, указывающих на моральный статус или намерения жертвы, и служит инструментом деперсонализации (посредством генерализации) и развоплощения (дистанцируясь от потерпевшей, чьи вещи демонстрируются в суде). В подобных случаях одежда выступает антагонистом жертвы; она больше не защищает и не укрывает, но, напротив, выявляет истину и одновременно адаптируется к популярным представлениям о естественной справедливости. Костюм характеризует потерпевшую, которая вынуждена снять привычный наряд и заменить его обезличенным формальным костюмом, который, как считается, лучше подходит для зала суда. Иными словами, одежда здесь принципиально парадоксальна: она одновременно и материальна, и символична, она предоставляет огромное количество косвенных и проблематичных доказательств, которые могут подразумевать все, что угодно, и в то же время ничего не означают. Так или иначе, акцент здесь всегда делается на знании значений, которые приобретают предметы гардероба в разных контекстах. Термин «провоцирующая одежда», независимо от его строгости, расплывчатости или степени универсальности, подразумевает, что люди в целом понимают, что это такое. Именно поэтому облачение в вызывающий костюм считается преднамеренным и сознательным действием.

В то же время мода, в силу ее демократизации и широкого распространения, сегодня, возможно, еще настойчивее, чем когда-либо ранее, преследует свою вечную цель — преображать и соблазнять[376]. Модная, привлекательная и трансформирующая тело одежда в условиях порнификации массовой культуры превращается в средство соблазнения. Граница между сексуальностью и красотой исчезает. В мире, где образ и облик играют столь важную роль, женская внешность становится социальной ценностью. Это в очередной раз подтверждает жизнеспособность системы патриархата, в котором женщине отводится роль манекена. Парадокс в том, что в наши дни одежда больше не служит укрытием или маскировкой, но, наоборот, разоблачает и намекает на сексуальную доступность. Обертка становится подарком, а модница Беньямина попадает в ловушку искусственного мира, из которой нет выхода. До тех пор, пока женщины интерпретируют сексуальную одежду как привлекательную и рассматривают ее как капитал (социальный, культурный или экономический), а мужчины, в свою очередь, считают, что женщины намеренно одеваются вызывающе, пока суды обвиняют жертв, а не наказывают виновных, мифы об изнасиловании будут жить в коллективном сознании, а мода останется провоцирующей.

11

ЭНН СЕСИЛ

Вся наша свита, считая роуд-менеджеров и техников, а также прихлебателей и группи, необычайно разрослась. Мы впервые перемещались по маршруту на собственном арендованном самолете с нарисованным на борту высунутым языком. Мы превратились в пиратское государство, которое странствует под собственным флагом со всем огромным обозом: адвокатами, клоунами, обслугой.

Кит Ричардс «Жизнь»[377]

Непрофессионалы обычно связывают присутствие пиратской иконографии (в особенности черепа со скрещенными костями) в американской моде с диснеевской франшизой «Пираты Карибского моря» (Pirates of the Caribbean, 2003–2017). На самом деле тренд зародился задолго до ажиотажа, вызванного сериалом. Рубашка-регби от Ральфа Лорена с «Веселым Роджером» в качестве логотипа была выпущена в 2004 году. Многие другие дизайнеры и ретейлеры, работавшие с разными рынками и в разных ценовых категориях, также использовали пиратскую символику до появления кинокартины. Сказать по правде, пиратская иконология и иконография в Америке никогда окончательно не выходила из моды. Она могла быть более или менее популярной, однако молодежные субкультуры всегда поддерживали ее, а массовая мода с завидной регулярностью апроприировала.

Не удивительно, что американцам нравятся пираты: в культурном и идеологическом отношении у них много общего. Опираясь на исследования Д. Кордингли, П. Кроче, Г. Куна, Дж. Мэтьюза и М. Редикера о золотом веке пиратства и на работы, посвященные современным пиратам, а также принимая во внимание романтизацию пиратов массовой культурой, я постараюсь проследить апроприацию и аккультурацию пиратской иконографии американским обществом потребления. Мы поговорим о милитаристских и спортивных эмблемах, о субкультурах и мейнстримной моде. Сознавая, что современная теория субкультур шире той, что предлагалась Бирмингемской школой конца 1970-х годов, я все же нахожу необходимым обращаться к работе Д. Хебдиджа «Субкультура: значение стиля»[378].

Введение: пиратские символы и американские институты

Возможно, свою роль сыграл тот факт, что Америка была основана аутсайдерами и бунтарями, возможно, стимулом послужил образ порывистого и предприимчивого капитана Джека Воробья из сериала «Пираты Карибского моря» (Pirates of the Caribbean, 2003–2017), так удачно сыгранного Джонни Деппом, — так или иначе, Америка давно очарована пиратами и их символикой.

Поиск в Google показывает, что в 2011 году слово «пират» фигурирует в названиях и описаниях семнадцати американских музеев. История прибрежных штатов, от Мэна до Сан-Диего, прочно связана с пиратством. Атлантическое побережье было любимой охотничьей территорией легендарного пирата по прозвищу Черная Борода. Он главенствовал на черном рынке до 2 декабря 1718 года, когда лейтенант Роберт Мейнард победил его в жестокой рукопашной схватке, обезглавил, а затем публично отпраздновал свою победу, повесив отрубленную голову противника на рее на всеобщее обозрение[379].

Пиратскую тему активно разрабатывают и американские поп-медиа, адресованные потребителям всех возрастов. Полнометражный сериал «Пи- раты Карибского моря» (Pirates of the Caribbean, 2003–2017) пользуется огромной популярностью и широко эксплуатируется в качестве бренда: вспомним, к примеру, аттракцион в тематическом парке Диснея или рекламу культовых американских конфет MMs. Телевидение в погоне за выгодой также не остается в стороне. 28 марта 2006 года на канале Style в шоу «Чья это свадьба?» (Whose Wedding is it Anyway?) транслировалась свадьба в пиратском стиле в филадельфийском плавучем ресторане Moshulu. 18 сентября 2006 года в программе «Обмен женами» (Wife Swap) на канале ABC рассказывалось о семье, которая следует кодексу, который они называют «пиратитюд»: суть его заключается в противостоянии социальному конформизму. В первом сезоне шоу «Скандальные детские праздники» (Outrageous Kids Parties) на канале TLC демонстрировалась пиратская вечеринка стоимостью более 15 000 долларов. На «Параде ряженых» (Mummers Parade) во время празднования Нового года в Филадельфии пираты неизменно привлекают внимание публики. В 2011 году Польско-американский струнный оркестр представил там публике свою интерпретацию темы под названием «Потерпевшие кораблекрушение» (Shipwrecked), заняв первое место в номинации «Приз капитана» и второе место в номинации «Выбор зрителей».