Синий бар (СИ) - Бисвас Дамьянти - Страница 22

Синие сапфиры – нежные капельки, заключенные в серебро, – оказались настоящими. Синие блестки и синяя игрушка для взрослых: убийца мог быть неравнодушен к синему цвету. А также мог иметь связь с буквой «M» или «W».

Доктор Мешрам отметил, что порезы свидетельствуют о хирургическом опыте. Возможно, речь шла о медике.

Арнав ставил на то, что зажим сделан на заказ, поэтому попросил сотрудников проверить, не продается ли он в каком-то местном магазине или за городом. Констебль подготовил список подходящих бутиков в Мумбаи.

– Есть ли успехи со списком ювелирных магазинов?

– Мы уже исключили довольно много, сэр.

– Держите меня в курсе. Что нового по записям с камер видеонаблюдения?

Али так и не удалось сфотографировать спрятанный фургон, но он передал адрес гаража. Камеры видеонаблюдения в этом районе могли заснять автомобиль. Арнав еще не разговаривал с Шинде, которому предстояло перенести операцию на руке.

– Возможно, есть нужное нам видео, сэр. Мы работаем с криминалистами.

Арнав попросил рассказать о других заданиях, которые ранее давал невозмутимой Сите, и закончил разговор. Он занял пятнадцать минут, а актер все не появлялся.

Арнав уже начал выключать свет, собираясь отдать ключи охраннику, как в комнату вошел Рехан Вирани, оставив обувь у двери. Он словно заполнил собой зал с низкими потолками и заглушил слабые нотки дзен-музыки, разносившиеся по воздуху. Ярко-синяя кепка удерживала его длинные волосы, на носу были темные очки.

– Извините за опоздание, – Рехан протянул руку, – но я очень рад новой встрече с вами.

– Хотел бы я сказать то же самое, – Арнав улыбнулся, чтобы показать, что шутит, – но я здесь по официальному приказу.

Рехан поднял руки в извиняющемся жесте, совершенно не соответствующем его борцовскому телосложению.

– Я попросил своего агента разыскать вас, но к тому времени моя мать уже «помогла» мне. Она очень любит использовать людей в своих целях.

Арнаву не нравилось, как Рехан отзывается о матери, но из-за отца-алкоголика он испытывал определенное сочувствие к человеку, который терпеть не мог свою родительницу. Да и сам Арнав ничем не отличался от Китту Вирани: преподавал карате, но имел скрытые мотивы. Сэнсэй не одобрил бы, если бы знал.

Арнав не хотел обучать актера по приказу начальства, но ему нужна была информация о Танедже. И это был самый подходящий способ ее выяснить.

– Почему бы нам не присесть? – он жестом указал на одну из блестящих деревянных скамеек, стоящих вдоль стены.

Рехан снял кепку и положил ее на полку возле двери.

– Мы начнем сразу со съемок кульминации фильма – вот зачем все это, – он обвел мускулистыми руками бороду и волосы, убранные в хвост.

Перед встречей Арнав почитал, что пишут о Рехане в интернете. Две его бывшие девушки вызывали полицию: одна из-за грубого обращения, другая – за то, что он разбил ее машину. Вот вам и треп про отношение Танеджи к женщинам. Рехан имел репутацию вспыльчивого человека, несмотря на то, что был братом Карана Вирани, звезды, известной своим благородным спокойствием. Тара готова была целовать землю, по которой ходил этот слащавый мальчишка. Арнав приструнил уходящие не в ту сторону мысли и сосредоточился на словах Рехана.

– В своем следующем фильме я играю полицейского из Мумбаи. Я, конечно, немного занимаюсь боевыми искусствами, но режиссер хочет, чтобы я поработал с экспертом по карате, потому что мой персонаж был чемпионом по этому виду спорта, прежде чем поступить на службу в полицию. Вы ведь еще и инспектор, сможете рассказать мне о тонкостях составления протокола?

– Конечно. Я сделаю все возможное. Когда начинаются съемки?

– Через неделю, но вы не потребуетесь в самом начале.

– Какая подготовка вам нужна?

– Как вы посчитаете нужным. Вы должны будете проконсультировать меня во время съемок. Режиссер может попросить помочь в сценах с Караном. Кроме того, мне нужно узнать детали, касающиеся тонкостей работы в полицейском участке, языка тела и всяких мелочей. Борьба за награды и всякое такое.

– Каран Вирани тоже снимается в этом фильме?

Рехан рассмеялся, и Арнав понял, почему девушки сходят с ума по этому мужчине. Несмотря на бурную растительность на лице, этот глубокий смех делал его по-настоящему харизматичным.

– Да, он злодей, – сказал Рехан. – Это его первая отрицательная роль, так что все волнуются. Я должен точно передать все нюансы.

Тара часто таскала его на фильмы Карана Вирани, которые были такими же слащавыми, как и он сам. Никто не грустил. Все ездили на Ferrari. Главная проблема героев заключалась в том, что они не могли подобрать идеальный наряд для вечеринки – типичная приторная болливудская чепуха. Арнав терпел всю эту ерунду, вызывающую головную боль, чтобы видеть, как на лице Тары чередуются восторг и слезы, как в ее взгляде читаются желание и тоска, которые невозможно скрыть.

– Режиссер хотел присоединиться к нам сегодня, – голос Рехана отогнал от него ненужные мысли, – но я сказал ему, что сначала должен поговорить с вами.

– Давайте попробуем несколько поз. – Арнав хотел оценить масштаб предстоящей работы. – Повторяйте за мной. Попробуем спарринг или, как его еще называют, кумитэ.

Рехан кивнул, оставил солнцезащитные очки на скамейке и поднялся, чтобы занять место на одном из матов. Арнав включил свет и встал наизготовку. Рехан был выше и шире него, но когда они поклонились друг другу и начали кумитэ, Арнав заметил, что Рехан реагирует медленно и не очень эффективно пользуется имеющейся мышечной массой, кроме того, ему не хватало изящества в некоторых ударах. Когда Арнав переходил из одной стойки в другую, Рехан сначала мешкал, но вскоре вошел в ритм поединка. Он был достаточно тренированным, хотя и двигался с некоторой вычурностью, словно балерина. Будто никогда не был в настоящем бою. Арнав уже собирался остановиться, когда услышал, как кто-то окликнул Рехана по имени. Это была женщина.

Рехан отвлекся. Удар Арнава, который следовало отразить, пришелся на грудь кинозвезды. Мужчина зашатался и упал. Арнав протянул руку, чтобы помочь ему подняться, но не мог отвести взгляд от Китту Вирани. Она была одета в облегающее платье, которое, видимо, когда-то было занавеской для душа.

– Сколько еще тебя ждать? Думаешь, нам больше нечем заняться? – Китту вплыла в зал на высоких каблуках.

Прежде чем Рехан успел ответить, Арнав сделал предупреждение:

– Прежде чем войти в додзё, нужно снять обувь.

– И кто установил эти правила? – Китту повернула к нему лицо с застывшим на нем недовольным выражением.

– Простите, – сказал Рехан Арнаву. – Мы уходим.

Китту проигнорировала слова сына.

– Вы офицер полиции, и у вас есть работа. Делайте, что вам говорит начальник. И пусть другие беспокоятся о правилах.

– Это кто, например, мисс Вирани? Разве господин Танеджа устанавливает правила? Вы сами женщина. Разве вам не интересно, почему мы нашли трех мертвых разлагающихся женщин на участке, где компания вашего жениха ведет проект?

– Вы хоть знаете, кто такой Рахуль? Он нанимает таких, как вы, в качестве охранников и платит им вдвое больше, чем вы зарабатываете за месяц. Этот проект принадлежит и мне. И это не охраняемая земля. Пойдите проверьте, кто ее оспаривает, прежде чем выдвигать дикие обвинения.

Виджаян. Земельная мафия. Арнаву вспомнились слова Наик. Виджаян захватил участок, но правительство продало его компании Taneja Estate Holdings.

– Я уверен, что вы мне сами все расскажете.

– Пойдем, мама. – Рехан выпроводил женщину и повернулся к Арнаву. – Простите. Позвоню позже.

На выходе он подхватил свои ботинки и кепку, и в додзё снова воцарилась тишина.

Арнав не дал воли раздражению, вызванному появлением надменной светской львицы, и проанализировал факты. Танеджа и Виджаян ненавидели друг друга. О соперничестве Виджаяна и Расула Мохсина десятилетиями ходили легенды. Расул Мохсин вполне мог заключить контракт на утилизацию жертвы с участка в Версове. Не взял ли он контракт и на вывоз тел, найденных в Аксе, и не захоронил ли их в месте, с которым был связан Виджаян, чтобы создать проблемы сопернику?