Воины Арктара - Кудряшов Кирилл Васильевич - Страница 67

– Ее нужно разрушить, – твердо сказал Агрон. – Зачем же убивать всех людей?

– Зло и в них, Агрон. Уничтожение машины не убьет Зло, и спустя несколько месяцев оно вновь возродится в новом обличье, могучее, как прежде. Оно может вселиться в любого человека… Люди две тысячи лет жили возле моей могилы, две тысячи лет впитывали в себя тьму. Неудивительно, что, когда оно наконец вырвалось на свободу, они оказались восприимчивы к его влиянию. Они лишены магии, которая могла бы их защитить…

– Значит, нужно перевести мой народ обратно в Заповедные Земли! Там они вновь обретут магические способности и смогут противостоять Злу!

– Оно уже в них, Алекс! И если они придут в Заповедные Земли, то лишь разнесут его по миру. Мое злое начало должно быть уничтожено, иначе я не смогу возродиться.

– Тогда оставайся в своих проклятых Свитках! – крикнул Алекс в сердцах. – Там мои отец и мать, моя старшая сестра… Ты хочешь заставить меня убить и их?

– Твои близкие уже мертвы… Это сделала машина…

Они вновь были в Библиотеке. Алекс безвольно уронил голову на ладони.

– Как? – спросил он наконец.

– Твой отец почувствовал что-то. Ощутил исходящую от машины энергию – должно быть, магия умерла в нем не полностью, как и в тебе, Алекс, раз ты так быстро вновь научился пользоваться ею. Он стал анализировать, следить за изобретателем и вскоре знал все и о нем, и о машине… Ну, то есть не все, но главное. Что машина управляет им, а не он – машиной. Он хотел рассказать об этом совету города, но не успел. Машина уничтожила его… Вся семья сгорела заживо прямо в постели.

– Я уничтожу ее… Ее, но не свой народ! Когда мы с Агроном получим Четвертый Свиток, у нас достанет сил победить ее. А когда машины не станет – мы будет охранять людей. Мы будем находить того, в кого вселится Зло, и убивать его раньше, чем оно соберется с силами и начнет действовать. А люди будут продолжать жить в Запретных Землях, как жили раньше, последние две тысячи лет!

– Но… Но тогда я не смогу возродиться! – в голосе Арктара звучало неподдельное удивление. – Я не смогу вернуться, пока хоть частичка моего злого начала продолжит существовать в этом мире.

– Значит, ты так и останешься жить лишь в Свитках! – Алекс поднялся с кресла и, скрестив руки на груди, смотрел на Творца, – Теперь я лучше понимаю моих предков, решившихся перейти Туманные горы. Они не просили такой судьбы, не просили твоих заветов. Они не просили создавать их и весь этот мир вообще! А раз уж ты все-таки сделал это, они хотели одного – свободы выбора. И они получили ее… Построили СВОИ города в Запретных Землях, СВОИ, а не навязанные тобой. Построили СВОЙ мир… Может быть, неудачный, полный войн и насилия, множества ненужных вещей… Но свой! И все было хорошо, покуда ты не решил воскреснуть!

– Таковы правила… – Арктар выглядел изрядно обескураженным, и Агрон прекрасно понимал его чувства. Сам он сидел, переводя взгляд с него на Алекса, осмелившегося перечить божеству. Ослушавшемуся слова Творца…

– Твои правила! Я не знаю, каким был твой мир, раз ты решил покинуть его с помощью Проводника. Не знаю, был он лучше или хуже того, который ты построил здесь… Но это твои правила, Арктар, и мы не обязаны по ним играть. Пойдем, Агрон! Заберем Четвертый Свиток у Далманира и уничтожим машину. А он пусть остается здесь… Арктар мне гораздо больше нравился в облике Библиотекаря!

Рефлекторно Агрон поднялся с кресла, на мгновение забыл о том, что покинуть Библиотеку можно, лишь пожелав этого.

– Нет, постой… – он замер, переводя взгляд с Арктара на Алекса, с друга на создателя мира. – Мы не можем… вот так просто… Он же Творец!

– И что с того? Посмотри на этого Творца, Агрон! Что в нем божественного? Три тысячелетия мы верили в него, верили в его возвращение, верили в его заветы… Мы обращали к нему молитвы, просили о помощи и думали, что, раз он так и не помог, значит, то, о чем мы просили, – несущественно или неугодно ему. И что теперь? Что ему неугодно вообще ничего, кроме гибели моего народа. Он хочет вернуться!

– Я должен вернуться! – воскликнул Арктар. – Должен возродиться, иначе всему миру придет конец! Вы уничтожили водных элементалей, запустив тем самым механизм самоуничтожения моего материка. Вы думаете, что, заполучив последний Свиток, сможете создать новых? Даже если и сможете, уверены ли вы, что сумеете правильно поставить перед ними задачу, объяснить, что они должны делать? Уверены, что они вообще станут слушаться вас?

– Мы попытаемся! – ответил Алекс.

– Элементали – только часть общей картины. Этот мир подобен часам, которые я завел перед уходом. Помнишь, вы говорили о судьбе и предопределенности? О том, что все в этом мире подчиняется моей воле и все предрешено заранее. Это так, но все предрешено не более чем на три тысячи лет… Только я знаю, как управлять силами, раздирающими этот мир на части, и, если я не вернусь, Землям Арктара придет конец!

– Раз сумел ты – сумеем и мы.

– Сумеем? Да ты не понимаешь и сотой доли того, что происходит! Всех причинно-следственных связей между видами магии, движением солнца и луны по небу. Скоро все это разладится, и мир станет разваливаться на глазах. Ты этого хочешь? Одна раса, нарушившая мой завет, против всех остальных, оставшихся верными ему! Люди должны умереть, Алекс. Все, кроме тебя. На какое-то время ты останешься последним человеком в мире, а потом я создам для тебя женщину. Сотворю ее по образцу и подобию первых людей. Или даже сотворю новых людей, десятки или. если захочешь, сотни сразу! И вы сможете заселить хоть свои прежние города, хоть Запретные Земли. И тогда ты уже станешь не последним, а ПЕРВЫМ человеком в Землях Арктара!

– Но тысячам людей, не сотворенных тобой, а рожденных от отца и матери, даже не подозревающих о твоем существовании, придется умереть. Умереть ради того, чтобы ты жил!

– А кто звал твой народ туда, за Туманные горы? – Арктар сорвался на крик. – Кто? По моему замыслу вы должны были жить в Заповедных Землях, наслаждаясь своей ролью мировых судей и всеобщих любимцев. Гордиться тем, что вы – единственные, кто в состоянии воскрешать умерших. Ты ведь знаешь, кто отвечал на этот ваш призыв, кто помогал оживлять мертвых? Я! Тот я, которого ты видишь перед собой, а не тот, что вселился в машину смерти. Я, мертвый, лежащий в могиле, но не забывающий о своих любимых творениях. О людях… Я предполагал, что способность воскрешать покинет вас тогда, когда мое светлое «Я» будет задавлено темным, когда Зло выберется из-под земли и двинется сюда, и это вы должны были воспринять как сигнал к большим переменам и готовиться к битве с наступающей тьмой. Но нет, вам нужно было разрушить все и отправиться в Запретные Земли, где даже магия не действует.

Ты ведь знаешь, что способность воскрешать павших оставила людей еще до перехода через горы, а потом они распрощались с магией вообще? Мое светлое «Я» ужаснулось, увидев как люди убивают своих бывших друзей, пытавшихся остановить их на пути к горам. Ужаснулось и умерло… Люди пробудили дремавшую во мне тьму, Алекс! Люди сделали ее столь сильной и могущественной! И, по-моему, будет справедливо, если люди и ответят за содеянное.

– Нет! Это для тебя они – люди, а для меня они… Мой народ! И будь я проклят, если послушаюсь тебя и пойду против них!

Алекс исчез, оставив Агрона наедине с Творцом.

– Иди за ним, – устало сказал Арктар. – Не оставляй его наедине со Свитками, а то как бы он не совершил какую-нибудь глупость. – И, помолчав немного, добавил: – Помоги мне, Агрон! Я должен возродиться… Не ради себя – я и так прожил гораздо дольше, чем было бы отпущено мне в моем мире. Ради Земель Арктара. Умру я – погибнут и они. И еще хорошо, если просто погибнут, а не сгинут в огне, зажженном моей темной половиной. Иди…

Агрон закрыл глаза, мысленно покидая Библиотеку, и открыл их уже в степи. Алекс ходил взад-вперед, время от времени бормоча что-то себе под нос и рубя воздух рукой.

– Что он сказал тебе? – спросил он, увидев, что Агрон вернулся в реальный мир.