Дипломатия наемника (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 46

Я проследил взглядом за тем, как моя спутница и бывшая шаманка идет сквозь крапиву (подол у юбки длинный, но ноги-то голые — и красивые, несмотря на возраст!) и присел, прислонившись спиной к стволу дерева.

Подумал, что любопытственно было бы посмотреть на женщину, в которую был влюблен мой правитель, но, если я ее не увижу, то переживу. Если стану рассказывать о поездке Кэйтрин, то ей все равно — красивая герцогиня или нет, а с остальным народом я такие разговоры вести не стану. Еще подумалось, что я, возможно, вообще обошелся бы без визита на эту поляну. Я мог бы попросту возвратиться в Силинг и сообщить Его Высочеству, что экс-супруга дает добро на свадьбу с иноземной принцессой, а еще соглашается на то, чтобы он стал-таки королем. Кто бы меня опроверг? Про то, что я должен привезти с собой какую-то корону, мой сюзерен ничего не сказал. Корона Алуэна Мохнатые Щеки, если такая и была, давным-давно расплавлена или лежит где-нибудь в земле, прорастает деревьями. Да и корона — это всего лишь символ, а ювелиры в Силингии неплохие. Изладят венец краше прежнего.

Да, а на чью свадьбу-то шаманка должна дать согласие? Естественно, что на свадьбу Силинга-старшего. Вильфрид — неплохой парень, но он не годится на роль правителя, а уж тем более не способен управлять собственной супругой. И мальчишка-то в этом не виноват. Это Его Высочеству следовало думать собственной головой, когда он повстречался с девушкой народа олкенов. Я уже знал, что Деметрий влюбился в Онивию на таком же «рябиновом» празднике, на котором недавно выплясывал и я. Мог бы герцог попросту провести с девушкой ночь, а он, видите ли, как честный человек решил жениться на ней.

Повторюсь — Силинг-младший очень добрый и замечательный человек. Наверное, ему суждено стать великим просветителем, выдающимся философом и кем-нибудь еще. Вот только половинка материнской крови пересилила половинку отцовской. И не сам Вильфрид виноват в том, что его обижали старшекурсники, а он никому не мог дать сдачи, а натура у него такая. Ну, не может паренек обидеть человека.

А ведь не зря говорят мудрые люди, что правителям дозволено очень много, за исключением… Ну да, за исключением выбора спутницы своей жизни. Мой добрый дядюшка Руди не позволил своему брату — моему отцу жениться на простой дворянке, а отправил посольство в древлянские княжества, откуда ему и привезли невесту — ту, что станет моей матерью. Отец ни разу не говорил — полюбил ли он свою невесту, нет ли, зато объединенное королевство заполучило мощнейшего союзника, а еще герцогство, которое должно было стать моим. А кто же мог знать, что третий принц крови (то есть — я), выкинет такой фортель?

А сама-то девица каким местом думала, решив покинуть родину вместе с правителем чужой страны? Ведь прекрасно знала, что она вскорости должна стать Мертвой женщиной и ответственность перед народом пересилит и ее любовь к мужу, и привязанность к сыну.

Ну да что я сейчас причитаю задним числом? Что сделано, то сделано.

А вон и моя проводница возвращается. Судя по ее довольному виду, все прошло благополучно. И впрямь.

— Сестра сказала, что она согласна исполнить просьбы своего мужа, — сообщила бывшая шаманка.

— То есть, герцог Деметрий Силинг может жениться на Инге Севрской? — решил уточнить я.

— Старшая сестра поведала, что ей теперь все равно — на ком женится ее муж и сын. Пусть сами решают.

Тоже правильно. Пусть сами решают, а не взваливают это решение на плечи своей бывшей жены и матери. Ну да, матери-то бывшими не бывают.

— Еще сестра сказала, что выбор можешь сделать и ты, — усмехнулась моя проводница.

Я только хмыкнул. Нет уж, дорогие мои. Моя задача — получить принципиальное согласие жены и матери, я его и получил, а уж вы там как-нибудь сами решайте — кто станет мужем девчонки. У меня язык не повернется назвать Вильфрида будущим мужем Инги. Не выйдет из парня толкового короля. Супруга, разумеется, бразды правления перехватит, но это не совсем то, что требуется для государства.

А коли я приму решение в пользу Силинга-старшего, у меня появится враг. А если так случится, что Деметрий не обзаведется потомством от Инги и Вильфрид станет-таки правителем? Он, конечно же, паренек славный и мухи не обидит, но есть и другие. Взойдет Силинг-младший на трон, сразу же появятся люди, которые и будут править страной вместо растяпы короля.

— А что насчет королевского титула для Его Высочества? — поинтересовался я.

— Если Деметрий хочет именоваться королем — то пусть становится. Клятва, данная народу олкенов его предками останется в силе у всех потомков по крови. Но стать королем можно только взяв меч Алуэна.

[1] Да-да, автор знает, что он пишет неправильно. Сердце — это мышца и скрипеть оно не может, так что следует писать «скрепя сердце». Но пусть читатель уличит меня в безграмотности, но я не смогу себе нафантазировать те самые скрепы, которыми укрепляют расшатанное сердце. А вот то, как сердце вздыхает и поскрипывает, отчего-то вообразить могу. Обещаю, что когда-нибудь напишу верно.

Эпилог

Моя спутница провела меня к той самой «корзине», оказавшейся только входом в подземелье. Просто сама входная дверь мне незаметна.

— Внизу усыпальница Старшей сестры, — пояснила Незнакомка. — А то, что нужно тебе, оно при входе.

Хотел огрызнуться, сказав, что это нужно не мне, а моему господину и повелителю (тьфу ты, слова-то какие!), но не стал. Зачем заниматься словоблудием? Коль скоро именно я пожаловал за оружием, значит, оно нужно именно мне. А с герцогом потом разберемся. Но услышав про усыпальницу, подумал еще, что мысль о хрустальном гробу могла быть и верной. Ладно, потом расспрошу.

Мы спустились по деревянной лестнице не очень долго, не больше пяти минут и оказались в комнате. Не слишком и освещенной, потому что свет пробивался откуда-то сбоку, по световоду. А вот прямо посередине зала и висел пресловутый меч.

Если верить старинным легендам и преданиям, герой должен был вытащить меч из камня, из дерева или заполучить его из рук хорошенькой девушки — не то Владычицы озера, не то просто какой-нибудь речной нимфы. А одному герою древности мама-полубогиня посодействовала, раздобыв для сына доспехи и оружие, выкованные настоящим богом.

Бывали случаи, когда волшебные клинки отыскивались в могилах, а то и в логове мертвого дракона. В сущности, это ведь тоже могила, верно? Зато удобно. Отыскал нечто рубящее в склепе и объяснений не нужно.

А вот такого, чтобы меч, который способен превратить героя в короля, просто висел в пустоте, на уровне моих глаз — и не читал, и не слышал. Кстати, в легендах Силингии рассказывается о мече Алуэна, о том, что с его помощью дочь уже умершего короля разгромила своих насильников-братьев, а вот откуда этот клинок взял сам король Нимотена, неизвестно.

Странно, что он висит просто так. Но я такие штучки знаю. Наверняка клинок удерживают «невидимые» веревочки. Или, настолько тоненькие, что их не видно. Какой-нибудь древний шутник приладил к ножнам ниточки так, чтобы свет, падающий из световодов, их скрывал.

— Ты уверен, что сможешь взять меч? — с некоторым беспокойством в голосе спросила Незнакомка. — В том, у кого нет в жилах королевской крови, этот меч может убить.

Эх, подруга. Тебе нужно было беспокоиться об этом чуточку раньше. А уж королевской крови в моих жилах течет достаточно. И я просто протянул руку, ухватил оружие и с силой потянул его на себя, уверенный, что невидимые веревочки, на которых укреплен меч Алуэна Мохнатые Щеки, окажут сопротивление.

Ну-ка… И-р-раз!

— Орфоэп твою иоахимстальгульденгрошен! — с чувством выругался я, брякаясь на пятую точку.

Легендарный клинок ничто не удерживало, а я его зачем-то дернул. Чувство примерно такое же, если вы со всей дури бьете плечом в дверь, ожидая сопротивления, а она оказывается незапертой.

Торжественность момента была утрачена. Или правильнее сказать — торжество момента?