Время выбора (СИ) - Босин Владимир - Страница 7

Ну а после ужина обязательная краткая молитва, после которой меня купали, и Прасковья относила в постель. Там каждый раз повторялся один и тот же сценарий. Она доставала костяной гребень и начинала неторопливо, со вкусом расчёсывать мои отросшие волосы. При этом что-то тихо напевала, и я моментально уплывал в царство Морфея.

Я, конечно, видел, что мать моего тела в положении. А когда в апреле месяце ей пришло время рожать, я заметил значительную суету в её покоях. Повивальная бабка с прислугой носились по этажу, потом побежали попики и к утру поползли слухи, что ребёнок родился мёртвым.

На меня это очень сильно подействовало. Тут-то и выяснилось, что я уже потерял четыре сестры. Последнюю Евдокию всего два года назад. Детская смертность просто ужасающая. Получается, что из десяти детей нас осталось только половина. А что же говорить про обычный люд?

Младенца Василия похоронили в Архангельском соборе Кремля, родовой усыпальнице русских монархов. Привели и меня, вот там я более внимательно рассмотрел сестёр.

Старшая Ирина стояла рядом с Алексеем и судя по всему, у них очень близкие отношения. Я, пользовался тем, что дворня и даже рангом повыше, не опасались меня и частенько сплетничали. Вот от одной маменькиной комнатной барыни я и узнал, что батюшка направил послов к датскому королю Кристиану IV. Хочет сосватать нашу Ирину за его третьего сына Вальдемара Кристиана. Тоненькая девочка с вытянутым и некрасивым лицом стояла ко мне в пол-оборота. Фигура долговязая для девочки, а вот глаза говорят о незаурядном уме и характере.

Девятилетняя Анна, наоборот круглолица с голубыми глазами, пошла в отцову породу. А вот характер явно не бойцовский. Девочка постоянно прячет глаза и смотрит преимущественно в пол. Вот и сейчас она стрельнула в меня и быстро отвернулась.

Третьей сестрице малявке Татьяне всего два годика, шустрая кареглазка, но больше спит на руках у мамки.

Я смотрел, как маленькое тельце брата помещают в саркофаг. Была ли возможность ему помочь? Вполне вероятно, если бы мне предоставили её. Но ведь я всего лишь маленький мальчик, кто меня будет слушать в подобных вопросах? Уже ежели опытные повитухи и царёв лекарь вынуждены были звать попа на отпевание, куда уж мне. Надо побыстрее становиться взрослым. С девяти лет переставали действовать поблажки на возраст. А в пятнадцать наступало формальное совершеннолетие. Я уже мог в этом возрасте жениться. Девушек вообще выдавали замуж с двенадцати лет.

В пятнадцать лет я теоретически мог покинуть отчий дом. Но полное совершеннолетие наступало после двадцати лет. А вот ежели я женился раньше, то с этого момента и считался взрослым, и отвечающим за свои поступки.

Именно после похорон младшего брата я решился на выздоровление. Хватит ходить немым. За несколько месяцев я довольно неплохо освоился, научился шустро бормотать молитвы и уже не должен попасть впросак. А отсутствие полноценного вербального общения начинало мне сильно мешать. Поэтому в ближайшее время будем снимать гипс. Ну, сдамся при первом же посещения покоев отца.

Глава 4

Божий помазанник, великий государь Михаил Фёдорович откинулся в кресле своего кабинета и задумчиво смотрел в окно, рассеянно наблюдая за суетой на площади дворца.

Видит бог он не хотел своего восхождения на царственный престол. Оказаться в 16 лет во главе огромного государства было настоящим шоком для него. И если бы не мать и её горластая родня, он ни за что бы не согласился с решением Земского собора. У юноши был мягкий и нерешительный характер, чем и попытались воспользоваться противоборствующие боярские рода. Да и времечко выдалось нелёгкое, только закончилась Великая Смута. На юго-западе бунтовали казаки, на юге в Астрахани пыталась создать своё государство Марина Мнишек с Иваном Заруцким. На северные границы вторглись шведы, у Смоленска хозяйничали поляки. На русский трон ещё претендовали трое алчущих власти. На севере шведский принц Карл Филипп. На западе польский королевич Владислав. А на юге трёхлетний Иван, сын Марии Мнишек и Лжедмитрия II.

Пришлось брать власть в свои руки. Правда когда из польского плена вернулся отец, стало полегче. Патриарх Филарет взвалил на себя часть забот по управлению государством и помог оттеснить братьев Салтыковых от государственной кормушки. А они тогда занимали важные придворные посты, дворецкого и кравчего.

Боярская Дума и сподвижники настаивали нас скорейшей женитьбе молодого государя. Первому царю из рода Романовых срочно требовался наследник. Первый брак на Марии Долгорукой оказался неудачным. Молодая супруга умерла через пять месяцев после венчания. А вот следующая, Евдокия Стрешнева из небогатого боярского рода оказалась здоровой и плодовитой. Она рожала каждый год и наконец после двух девочек подарила мужу наследника. Всего она родила десять детей, из которых выжило пятеро. Младший Иван родился слабым и немного слабоумным. В возрасте пяти лет он сильно заболел, и даже иностранные врачи признались в бессилии. Мальчика причастили и соборовали, он практически покинул бренный мир. Это было настоящим чудом, божественным вмешательством. Пролежав почти двое суток без сознания, он открыл глаза. С тех пор второй в очереди на наследие царевич стремительно пошёл на поправку. Вот только господь лишил его голоса.

А сегодня государь навестил младшего сына и был приятно поражён тем обстоятельством, что сын заговорил.

Нет, правитель любил всех своих чад. Но кто он такой, чтобы спорить со всевышним, когда тот прибирает к себе достойнейших. Здесь дело ещё в том, что единственный наследник — это всегда опасность. Что с ним что-либо случится и династия прервётся. А вот наличии других сыновей наполняет жизнь государя уверенностью в будущем. Это означает, что новая династия будет жить.

Именно поэтому на устах московского правителя гуляет довольная улыбка.

Стольник доложил о приходе младшего Морозова, который несколько лет тому назад был назначен воспитателем к младшему царевичу.

— Ну, Глеб Иванович, что скажешь о сегодняшнем чуде?

Дородный боярин огладил окладистую бороду, — действительно чудо. Господь отворил уста невинному дитя.

— Да, да. Как думаешь, не пора ли приучать царевича к наукам?

— Право не ведаю. Какой спрос с пятилетнего. Батюшка отзывается о занятиях с ним благоприятсвенно. Малец показывает прилежание в изучении слова божьего. Думаю, будет правильно разрешить обучение азбуке и чтению. Отец Феодосий глаголет, что без этого невозможно изучать святые книги.

Губы Михаила Фёдоровича тронула улыбка, когда он вспомнил, что его самого отец не заставлял корпеть над науками и он до сих пор с трудом читал. А вот его детки, пожалуй, обгонят отца в науках.

— Ладно, дозволяю. Но смотри, за сыном стой. Животом ответишь, если что. Приставь к нему для бережения и научения толкового учителя.

Второго июня 1642 года мне исполнилось девять лет. Прошло несколько лет после моего попадания в тело пятилетнего мальчугана. Сколько всего произошло, с одной стороны. А с другой, вроде только вчера я испуганно смотрел из-под юбки своей личной челядинки на взрослый мир и три с половиной года мелькнули как молния посреди грозового неба. Прасковья по-прежнему со мной. К сожалению, девка так и осталась перестаркой. Мои робкие попытки донести до Морозова, что не помешало бы найти ей достойного жениха, вызвали только улыбки и насмешки. А бедная девчонка окончательно перешла в разряд вековух. Но я только один раз видел её слёзы по этому поводу. А затем она нашла себя в служении мне любимому. Как выяснилось, её должность личной челядинки царевича предполагала весомый статус боярыни-мамки. У неё в подчинении состояло несколько женщин различного возраста. Это две комнатные боярыни, постельницы и прочая прислуга. Если верить моему наставнику, то должность досталась Прасковье абсолютно случайно и незаслуженно. Не по роду она её получила и должна век мне ноги мыть.