Вьюрэйские холмы (СИ) - Узун Юлия - Страница 80

Справа в темноте что-то шевельнулось. Мелания насторожилась, напрягая зрение. Несколько мучительно долгих секунд она не могла ничего разглядеть. А потом показался маленький силуэт и крылья. На перила опустился серый голубь. На шейке птицы был маленький свёрток. И только Мелания высвободила птицу от ноши, как та сразу же взлетела и скрылась между ветвями.

Обернувшись, она увидела Бьорна, Евдема и Нимиру о чём-то споривших между собой. Никто из них не смотрел на балкон.

Мелания быстро развернула бумагу и прочитала послание:

«Мел, я пришёл за тобой на холм, но случилось нечто непредвиденное. Мне позволили написать это послание. Спаси меня. Я в роще за донорским домом. Приходи одна, пожалуйста. Торлейк».

Она узнала его угловатый извилистый почерк и «Т», возвышающуюся над всеми буквами его имени. Торлейк и только он писал так. Никто другой об этом знать не мог.

Как же вовремя Нимира дала ей этот плащ. Мелания вновь покосилась в сторону двери, за которой теперь была видна только спина Бьорна. Евдем и Нимира наверняка ушли вглубь. Они не видят её. О ней явно забыли.

Не теряя времени даром, Мелания перепрыгнула железную ограду и пролетела два этажа вниз. Приземление оказалось твёрдым и слегка болючим. Ей предстоит поучиться правильно приземляться, чтобы не ломать костей. В данный момент она вывернула ступню, но не издала ни звука. Отползла в кусты и притаилась, пока восстанавливалась. Мысленно отметив, что процесс регенерации не очень приятный, пообещала себе впредь не прыгать с высоты.

Всего на миг появились сомнения, правильно ли она сделала, что не предупредила остальных. Но Торлейк просил прийти ее одну. Бояться было нечего. Она больше не человек. Поэтому смело встала и отправилась к донорскому дому, по дороге помечая стволы деревьев. Астарот её найдёт.

ГЛАВА 5

Радегунда

Они встретились. Две соперницы, способные дать жизнь и готовые убивать.

Радегунда ждала этой встречи. Она знала, что рано или поздно это случится. Правда не ожидала, что так скоро.

Дафина стояла в другом конце зала. За двадцать лет она превратилась из молоденькой, хорошенькой девчушки в зрелую женщину. Больше не было густых и темных локонов. Ее голову покрывал «ёжик» выцветших волос. Стройная фигурка исчезла. Дафина утратила свою женственность и приобрела мужеподобный вид. Но не это было главным. Она постарела. Тогда, как Радегунда, несмотря на свою вампирскую бледность, по-прежнему выглядела прекрасно.

— Зачем ты здесь?

Дафина ухмыльнулась.

— А ты не догадываешься? Я пришла поквитаться с тобой за нанесённую обиду. Ты украла у меня… Акила. Ты отняла у меня сына.

— Я не отнимала у тебя сына. Как я могла отнять у тебя того, о ком даже не подозревала?

— О Господи, Радегунда! Не строй из себя невинную овечку! — Дафина начала приближаться. — Ты попросила Астарота отобрать у нас любовь. Да, ты освободила меня… но Ранн… мой сын был обречён, и мне пришлось сделать все, чтобы защитить его.

— От судьбы не убежишь — знаешь такое? Ранн сам нашёл свою смерть. И Акил оказался рядом. Теперь твой сын живёт среди тех, против которых ты воюешь. Или хочешь сказать, что не работаешь на охотников? — добавила Радегунда, когда лицо Дафины удивленно вытянулось.

— Я воюю против вас, да. И не скрываю этого, — с ненавистью ответила Дафина, приблизившись ещё на шаг. — Потому что искренне ненавижу вампиров. Носители зла! Кровососущие твари! Вы говорите о любви, но абсолютно ничего о ней не знаете. Для вас важнее всего власть. Так было, есть и будет. И даже Брендон, будь он неладен, перебежчик.

Радегунда недоуменно нахмурилась.

— Почему ты вдруг заговорила о Брендоне?

— Потому что я здесь и по его просьбе тоже, — сказала Дафина и рассмеялась. — Знай это, Радегунда. И прежде чем ты потеряешь сознание, хочу сообщить тебе, что твой дорогой Акил больше не имеет власти. У него нет ничего, даже драгоценного рубина.

Жуткий раскатистый смех сумасшедшей женщины оглушил Радегунду. Она пребывала в замешательстве и смятении, поэтому не заметила, как Дафина достала что-то из заднего кармана брюк.

— И ты тоже лишишься рубина, дорогая моя. Прямо сейчас.

В считанные секунды Дафина преодолела оставшееся между ними расстояние, сделала прыжок, и не успела Радегунда обнажить клыки, как что-то посыпалось в глаза. Тело в миг перестало ее слушаться. Она всё понимала, слышала, но ни говорить, ни двигаться не могла. Камнем она рухнула на пол.

Дафина опустилась перед ней на колени и взяла руку. Рубин был спрятан под серебрянкой крышечкой. Очень медленно Дафина сняла кольцо с пальца вампирши, затем сказала:

— Это моя месть, Радегунда, за муки. Ты придёшь в себя, но отныне ничего в этом городе не принадлежит вам. Брендон станет править Вьюрэем. — Она ухмыльнулась. — Зуора обучила меня хорошим вещам. Это ещё раз доказывает, что вампиры не так умны, как люди.

«Зато люди не так сильны, как вампиры. Тебе это вернётся», — хотелось сказать Радегунде, но язык не слушался.

А потом произошло нечто неожиданное. Дафина уже поднялась на ноги, когда в башню ворвались Галатия и Ранн. Увидев сына с клыками, Дафина растерялась, она потянулась за пузырьком с порошком, но тот выпал из дрожащей руки.

— У неё кольцо, Ранн! — крикнула Галатия и бросилась к Радегунде. — Дьявол! Мама, что с тобой?

В этот момент Дафина сделала попытку убежать. Она уже поняла, что охраняющие ее вампиры обезврежены, но она не собиралась сдаваться без боя. Опрокинув на Ранна стол, она метнулась к окну. Но Ранн отбился от стола, размозжив его на две части одним взмахом руки, а в следующее мгновение он был рядом с Дафиной и держал ее за шею.

— Отпусти, — прокряхтела Дафина. — Я же родила тебя.

— Ты бросила меня!

— Я хотела… защитить…

Лицо женщины приобрело синий оттенок. Ранн душил ее.

— Ты мне не мать, — прошипел он, отобрал кольцо и бросил Галатии.

Крик, вырвавшийся из его горла, был полон отчаяния и боли. Он со всей силы сдавил женщине горло. Затем нагнулся и зубами вцепился в ее шею, но не чтобы выпить ее кровь. Он хотел ее растерзать. Точно так же, как какой-то вампир растерзал Зуору. Он рванул кусок плоти, затем ещё один. Кровь брызнула фонтаном. Дафина захрипела.

Вдруг он выпустил ее из рук, понимая, каким чудовищем стал из-за ненависти. Но Дафина больше не могла защищаться. Понимая, что выхода другого нет, она отошла к окну и сбросилась вниз.

Когда Галатия и Ранн подошли к окну, то увидели не тело, а собравшихся над ним изголодавшихся особей. Это был ее конец.

Радегунда удовлетворенно закрыла веки. Сила вампиров велика. Человек привык чувствовать превосходство над всеми существами на планете. Однако он глуп.

Галатия помогла Радегунде сесть в кресло.

— Ранн, найди Астарота или Бьорна. Я побуду с мамой. — Она улыбнулась Радегунде. — Что такое? Ты хочешь что-то сказать, мама? Потерпи. Скоро действие порошка пройдёт, и ты всё мне скажешь. А пока я буду рядом.

«Брендон. Остерегайтесь Брендона», — хотела сказать Радегунда, но сидела неподвижно и смотрела, как Ранн покидает зал башни.

ГЛАВА 6

Мелания

Она увидела Торлейка сразу, как только обогнула донорский дом и вышла на небольшую пустошь. Деревьев вокруг было мало, в основном здесь росли невысокие ели и пожелтевшие к зиме кустарники. Морлек уничтожил все высокие деревья, чтобы уберечь доноров от особей. В былые времена самые прозорливые взбирались на ветки лиственниц и попадали прямо на территорию «Рен Ультио». Только благодаря бдительным охранникам удавалось засечь нарушителей… Поэтому роща сейчас состояла из пней, на одном из которых сидел Торлейк.

Мелания остановилась, глядя на связанного друга. Она понимала, что-то не так. Но пока всё выглядело спокойно. Рядом с ним никого не было, хотя вампирам ничего не стоит притаиться даже в кустах. А справа высокая каменная ограда «Рен Ультио».