Страшная сказка Красного леса (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 24

— Привяжи меня, — наконец, решил он. — В мешке есть веревка. А сама ложись спать, если что-то случится, я просто не смогу уйти.

Другого варианта все равно не было, поэтому Дженна не стала спорить. Она достала из дорожного мешка моток веревки, волк сел у дерева, и она принялась вязать узлы. Этой науке ее обучал брат, и стоило бы сказать Элдеру спасибо. Дженна старалась, чтобы получилось крепко, и при этом Люмьеру было хоть немного удобно.

— Когда надо будет развязать, скажи, — попросила она.

— Думаю, на рассвете, — откликнулся волк. — Раньше не стоит. А теперь отдыхай.

Какой уж тут отдых? А если он вырвется? Если Дженна упустит момент? Девушка села у огня, стараясь не глядеть в сторону Люмьера. Наверное, ему тяжело вот так не двигаться. Однако волк не жаловался. А вскоре Дженна заклевала носом. Она отчаянно боролась со сном, но он оказался сильнее, и девушка уснула.

Сны ей снились беспокойные. Она куда-то бежала, очень долго. Впереди шел мужчина. Дженна не видела его лица, не могла разглядеть одежды. Просто понимала: должна, обязана догнать! Иначе он никогда не вернется.

— Люмьер! — кричала, надеясь, что тот обернется, однако волк уходил все дальше, дальше…

Дженна резко открыла глаза. Костер прогорел, поляну заливал неясный солнечный свет. Люмьер спал, свесив голову на грудь. Тея поднялась и подошла к нему, коснулась, и волк тут же встрепенулся.

— Что? Я опять? — сбивчиво спросил он.

— Нет, — мягко ответила Дженна. — Все в порядке, просто уже утро, нам пора собираться в путь.

Люмьер поднял голову, посмотрел на светлеющее небо, пока спутница отвязывала его от дерева, а обретя свободу, потер затекшие суставы и взлохматил и без того лохматые волосы. Они быстро позавтракали, собрались свои скудные пожитки и снова вышли на тракт. Люмьер напряженно молчал. Дженна старалась ему не мешать, понимая: волк ищет выход из сложившейся ситуации. Вот так сидеть привязанным каждую ночь не получится, он совсем не будет отдыхать, да и защита из него плохая. Вдруг в следующий раз духи возьмутся не за него?

Когда солнце встало совсем высоко, они сделали привал.

— Попробую добыть еду, — пообещал Люмьер. — Будь осторожна.

И скрылся за деревьями, а Дженна осталась одна. Ей было страшно! Казалось, даже сейчас, ясным днем, из леса наблюдает кто-то невидимый. Он только и ждет, чтобы добыча сама пришла к нему в руки. И как защититься от этого существа, никто не мог подсказать. А ведь матушка тоже шла по тракту, уже когда он считался не самым безопасным местом. Как ей удалось пройти? Почему она ничего не рассказала дочери? Нельзя? Или же ее волка не пытались сманить духи? Ее волка… Дженна никак не могла представить свою мать, Алую Мередит, в компании кого-то, подобного Люмьеру. Все знают — матушка ненавидит оборотней. Как же она шла с одним из них? Тащила за собой на аркане? Тогда бы от него не было пользы.

Пока Дженна предавалась размышлениям, вернулся ее спутник. Он протянул девушке полную пригоршню ягод.

— Точно съедобные? — улыбнулась она.

— Да, — без тени юмора ответил волк, а сам принялся устраивать костерок и нанизывать на палку принесенные древесные грибы. Такие росли и неподалеку от столицы, их часто подавали к столу.

— Спасибо за заботу, — сказала Дженна. — Прости, я оказалась такой бесполезной.

— Ты не дала мне уйти в лес. — Люмьер все-таки обернулся к ней. — Это я должен тебя благодарить. Не думаю, что остался бы в живых.

А затем вернулся к своему занятию. Дженна съела ягоды, затем они поровну разделили грибы и съели их с хлебом.

— Кажется, подношение твоим предкам выглядит все более привлекательным для моих зубов, — неловко пошутил волк.

— Боюсь, я не могу отдать тебе пирог, — рассмеялась тея, чувствуя, как от его спокойствия ей тоже становится легче. — Бабушка обидится.

— А мы ей не скажем, что он был.

И оба улыбнулись друг другу, как заговорщики, однако на пирог покушаться не стали, вместо этого продолжив путь. А когда начало темнеть, Люмьер предложил:

— У нас под ногами тракт, с дороги не собьемся. Давай попробуем идти до рассвета, а утром немного поспим.

— Хорошо, — согласилась Дженна, хоть усталость и сбивала с ног. Однако лучше идти, пока есть силы, чем снова останавливать Люмьера с помощью огня и веревки.

— Обопрись на мою руку, будет легче.

Дженна взяла волка под руку. Так действительно было проще приноровиться к его шагу. Тем более, Люмьер прекрасно видел в темноте, поэтому его спутница не рисковала переломать ноги. Они шли рядом, как хорошие друзья, вот только ими не являлись. А кем тогда? Сообщниками? Хотела бы Дженна знать. Пока же ее успокаивало присутствие Люмьера. Он был с ней, собранный, упрямый, и ему хотелось соответствовать.

Вскоре Дженна поняла, что и сама неплохо видит окружающий лес — взошла надкушенная горбушка луны, давая неясный свет, и находить, куда поставить ногу, стало легче. Вот только усталость брала свое, и Дженна едва не упала, споткнувшись. Люмьер осторожно подхватил ее.

— Придется остановиться, — вынес приговор.

— Нет, я посижу немного, и пойдем дальше, — ответила тея, присаживаясь прямо на тракт. — Дай мне десять минут.

Ответа не последовало.

— Люмьер? — окликнула она, поднимая голову.

Волк к чему-то прислушивался. Дженна тут же подскочила, схватила его за руку. Оборотень вздрогнул, приходя в себя.

— Не останавливаться, — пробормотал он.

— Да, да, идем, — торопливо ответила его спутница. — До рассвета не так долго. Уже, должно быть, полночь.

— Наверное, — ответил Люмьер, ускоряя шаг. Дженна догнала его, снова взяла под руку. Нет, она не позволит ему уйти! И какие бы духи ни преследовали их, рано или поздно тракт приведет к цели, а значит, Люмьер и Дженна окажутся за пределами их власти. По крайней мере, тея очень хотела в это верить.

14

Волк

Люмьеру было страшно. Он сам себе боялся признаться в том, насколько. Да, последние недели его жизни вообще сложно назвать спокойным счастливым временем, но сейчас ему казалось: даже там, в правящем доме, перед толпой людей, жаждущих его смерти, ему не было настолько жутко, как сейчас. Там Люмьер осознавал, что с ним происходит. Понимал, чего ждать, и пусть не принимал, но пытался принять это, а здесь он терял контроль над собственным телом. Его вел кто-то сильный и неизвестный, а Люмьер даже не помнил, что делал в эти минуты. А вдруг в следующий раз он очнется, а рядом с ним труп Дженны? Или не очнется вовсе? Будет бродить по этим лесам злобным духом, навевая ужас на редких сумасшедших, которые решатся отправиться в путь. И если бы рядом не шла наследница Алой Мередит, Люмьер захлебнулся бы в своих страхах.

Однако Дженна шла рядом, крепко взяв его за руку. Она устала, все чаще спотыкалась, но не собиралась так просто его отпускать. И минувшей ночью смогла привести в себя, и теперь снова не давала уйти за духами. А в том, что это духи погибших оборотней, Люмьер не сомневался.

Уже утром они остановились на ночлег. Небо серело, занимался рассвет. Люмьер обессилено упал на траву и закрыл глаза. Он слышал, как рядом возится Дженна, но не находил в себе сил пошевелиться, даже как-то ее успокоить. Что он может сказать? Ничего.

— Ты в порядке? — донесся до него тихий вопрос.

— Да, — ответил Люмьер, не открывая глаз. — Давай спать.

— Хорошо.

И он провалился в тяжелый сон без сновидений, а когда проснулся, понял, что прошло не менее пяти часов. Дженна лежала неподалеку, подложив сложенные ладони под щеку, и казалась безмятежной. Люмьеру не хотелось ее будить, она тоже измотана, но чем быстрее они минуют старый тракт, тем больше шансов, что призраки отступят. И вопрос еды никуда не девался: волк мог охотиться, но это будет означать, ему придется оставить Дженну одну. И кто даст гарантии, что в волчьем обличии он не станет более уязвим?