"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 243

– И что я с ним делать буду?! – возмутился он.

– Ты ведь идешь пока только узнать. Империал – очень хорошие деньги. Даже, думаю, слишком хорошие, давай ополовиним?

– Ладно, я пошел.

Мне на секунду показалось, что вор взял урок умения исчезать у Огарика, настолько быстро он попытался раствориться в кустах.

– Липкий, ты нас не теряй! – крикнул я вслед.

– То есть? – Через минуту вор появился вновь.

– Мы наблюдателя оставим и в сторону отойдем.

– Зачем?

– Не хочу тебя расстраивать, но вдруг что случится, лучше будет, чтобы ты не знал, где мы. И нам спокойней, и тебе врать не придется.

– Хитро. Лады корявы… не обижайся, Хромой, – поправился Липкий.

Как быстро он стал перестраиваться, даже походка изменилась. Ладно, для дела же…

– Думаешь, вернется? – тихо спросил Чустам, когда Липкий окончательно исчез.

Меня тоже терзали сомнения, но… надо уметь доверять… наверное.

– Поехали место искать. Кого оставим?

– Давай я останусь, – вызвался Наин.

Одноруким его, кстати, если и называли, то только за глаза. Он внушал уважение.

– Хорошо. Мы пойдем в ту сторону, сменит тебя…

Большой ткнул себя в грудь.

– Ты кричишь тихо.

Тот уже набрал в легкие воздуха, чтобы доказать обратное – дело прошлое, басок у него такой… разве что не звонкий.

– Верю, пусть ты. – В конце концов, первые стражи ничего не должно произойти, вот под утро – может быть.

Найдя тихое местечко в получасе ходьбы, мы разожгли костерок, чтобы приготовить скромный ужин. Крупа и та подходила к концу. Пару неделек бы отдыха – рыбки наловить, поохотиться. Готовил Слепой.

– Торик! – окликнул я его, глядя, как он тщательно собирает крупинки с вывернутого наизнанку мешка. – Ты вроде раньше ночью вообще не видел?

Глаза слепого метнулись на Огарика. На мгновение, но я заметил. Огарик под моим взором опустил голову. Слепой, поняв, что попалились, мелкими шажками пошел ко мне:

– Хромой, это, мне бы поговорить?

– Ну пойдем. – Я, перевалившись на здоровую ногу, встал с земли.

О чем будет разговор, даже угадывать не надо.

– Хромой… это… я никому не расскажу, – слепо смотрел на меня Слепой.

Тавтология, конечно, но Торик смотрел не на меня, хотя я находился в шаге. Они с Ларком теперь братья – оба курослепые. Умилительно было смотреть, как этот здоровый мужик, а в плечах он если не в два, то в полтора раза точно шире меня, словно нашкодивший пацан, мнется передо мной.

– Надеюсь. Только теперь охрана Огарика за тобой. Идет?

Торик расплылся в улыбке. Торик, кстати, не имя – прозвище. Наин говорил, что Слепой мастерски втыкал топорики в бревна и его часто выводили перед боями на «разогрев». Ну и как-то «топорик» переросло в Торик. А вот как его зовут по-настоящему, никто не знает, так как он найденыш. Так его раньше и звали – Найд. Не так, конечно, это уже я на русский переложил, но суть одна. Огарик порцию люлей в сторонке потом получил. Но, по-моему, с него как с гуся вода, местные гуси, кстати, это такие коровы… Отвлекся. Мне кажется, Огарик хоть и делает вид, что раскаивается, но… тот еще шельмец растет. Пора телесные наказания вводить.

Зря мы думали плохо о Липком. Он вернулся даже раньше, чем мы успели Клопа на разведку вытолкать, – тот сопротивлялся.

– Все башково, бедовые! – Вор пришел в приподнятом настроении, как только солнце начало всходить.

Вернее, его привел Толикам, дежуривший на поляне, где мы расстались.

– За империал выдадут любые документы. Я и о лошадях успел перегырчать, по два империала минимум отдадим. Так что на всех хватит, бедовые!

У меня быстро сработал калькулятор: восемь лошадей – шестнадцать империалов. Плюс три есть и мой из загашника, итого двадцать. У нас девятнадцать рабов. Все сходится!

– Есть будешь? – спросил Чустам.

– Не-э-э. Я уже перекусил.

Судя по стойкому запаху и блестящим глазам Липкого – не только перекусил.

– Ну тогда давайте вон с Чустамом и… – я оглянулся, – Наином сходите, документы получите, а потом продадим лошадей и двумя партиями пойдем.

– Ты чего, Хромой, свобода же!

– Да я, Липкий, уже раз слышал эти слова. И ты видел, что произошло потом.

– Хромой, не доверяешь?

А вот тут с наказанными надо было осторожней, они, как и наши «зауральские комсомольцы», не очень любили, когда их слова ставят под сомнение.

– Не бузи, Липкий. Твоим словам вера есть. Мне нужны люди без печатей, чтобы башково лошадей отдать и бок прикрыть, прежде чем вести такую ораву черных в город. Или ты думаешь, что там нет желающих сдать нас в загон? Тебе ли не знать, отдернут кого в сторону и вперед хозяина отдадут. Глядишь, пару десятков башок на руки получат.

– Да мы же вместе…

– Липкий! Будет именно так! За Огариком и вещами кому-то присматривать надо. Не бросать же все здесь? А с собой брать, так мы замучаемся потом это на себе тащить обратно.

– Вещи спрячем, Огарик пусть с нами идет.

– Нельзя ему. Вдруг алтырь какой?

– Я на всех договорился! Так дороже будет.

– Пусть дороже! – Я, вынув кошелек, протянул его вору.

– Как бы потом дороже не стало. – Липкий затронул нить угрозы, чем только уверил меня в правильности действий.

Черта характера такая – твердолобая. Вроде разумом понимаю, что надо взвешивать и анализировать, но когда начинают угрожать… Я даже в детстве не играл с теми, кто говорил: «Либо с ним, либо со мной!»

– А почему мы? – На этот раз «выступил» Чустам.

– Я уже ходил. Вы самые сильные воины. К тому же вы из разных торбов, что будет по-честному.

«И с головой нормально все у обоих», – добавил я про себя.

Слова о торбах были совсем даже не лишними. Если сейчас пошлю только «своих», остальные начнут косо смотреть. А это, когда пойдем в город все вместе, может и до беды, с нервов-то, довести. Может, мы и шли вместе, но незримая граница между нами была, была, родимая. А так – все по чести.

– Чтобы подстраховать, поедет Клоп с одной вьючной – если что, уйдете вчетвером на двух лошадях. На него и бумаги рабские оформите. Мы тут будем, наготове. Клоп, четыре меча в тряпки заверни и к седлу привяжи.

– Не стоит, – хмуро прокомментировал мое последнее распоряжение Липкий. – Там стража по улицам ходит. Они тоже не дураки. Проверят – замаемся Клопа выцарапывать.

– Хорошо. – Доводы Липкого показались мне вескими. – Когда надо идти?

– Сейчас.

Сейчас не получилось. Главные действующие лица, даже Наин, трусили, хоть и скрывали это постыдное чувство. Отправили мы их, благословив по-местному, то есть пожелав благодушия магов, только через час. Сразу после этого я велел сменить место дислокации рабского подразделения. Сам же, запрыгнув на Звезданутого, поехал на холм, с которого мы впервые увидели городок. Огарик увязался за мной, только пешком – надоело парню трястись в седле.

Как ни странно, яркое дневное солнце мешало рассмотреть людей, а вот корабли было видно. Штук пять были одномачтовыми и наверняка не мореходные, судя по размеру. Издалека, конечно, оценить размер сложно… Остальные были разномастными, в основном трехмачтовые «бочонки». Выделялись всего два четырехмачтовых. Один просто пузатый монстр, а второй прямо строгость стиля. Никаких плавностей, все резко, стремительно.

– Огарик, слетай за корабельным. – Я решил просветиться на морскую тематику – все равно делать нечего.

– А ты мне обещал рассказать, что значит любить мальчиков.

О-о-о, блин. Странные какие у него интересы. С одной стороны, обещал, а с другой…

– Потом расскажу.

– Ты всегда говоришь «потом». Расскажи сейчас.

Да почему бы, в конце концов, и нет. Надо просвещать парня в сексуальном плане.

– Между мужчиной и женщиной есть различия…

Я минут десять подходил к вопросу секса, пока Огарик меня не прервал:

– Я знаю, как мужчина с женщиной, при чем тут любовь с мальчиком?