"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 231

Липкий ухмыльнулся.

Если честно, то жаба давила. Этакий порыв благородства уже не казался правильным. Да и, наверное, надо было подождать, убедиться в действии эликсира, ну или что там было. Да и цена завышена. Но если уж сделал шаг вперед, то надо идти, перед своими же неудобно будет. Подойдя к Олку, протянул ему монеты:

– Империал.

Он посмотрел на меня и взял деньги.

– Через осьмушку надо идти.

– Хорошо, – согласился я, хотя понимал, что все зависит от состояния Большого.

Нумону стало лучше. Он реально спал. Вчетвером мы втащили его на Звезданутого и на всякий случай привязали вожжами к шее. Правда, потом он все равно регулярно сползал в сторону. К тому времени как мы тронулись в путь, отошел лишь Ларк. Судя по описанию его ощущений – легкое сотрясение у него в наличии. Огарик, откинувшись на меня, уснул. Минут через тридцать я остановил лошадь и попросил Клопа придержать ребенка, но тот сразу проснулся. Я, спешившись, подошел к кустам, где меня знатно вывернуло наизнанку. Зато в голове слегка прояснилось. «Зеленорожая тварь! Всю жизнь мне испоганил. Встречу – убью!» – вспомнился мне виновник периодических провалов в моей памяти.

Огарика пересадил к себе Толикам.

– Интересно, как Шван предупредил их? – Клоп ехал слева от меня. Провожатые метрах в ста – ста пятидесяти впереди. Как я понимаю, неприцельное расстояние для лука или арбалета.

– Воротный амулет, наверное, – ответил Липкий.

– Это что такое?

– Его ставят на дороге тайно, ну и в зависимости от того, какой заказали, он реагирует на двух, трех и так далее путников, если рядом проедут.

– Зачем?

– Вдруг кто-то напасть хочет. А так успевают приготовиться. Опять же гостей заранее встречают.

– Если знал, чего не сказал?

– Да откуда я знал? Предположил.

– Огарик бы почувствовал. Правда, Хромой?

Я просто посмотрел на Клопа. Тот понял, что мне не до разговоров. Мутило жутко. В прошлый раз так не было. Хотя тогда я, наверное, все проспал, когда меня спеленали.

Почти полдня воины вели нас обратно практически по нашим же следам. Уже начинало смеркаться, когда они наконец остановились.

– Дальше мы вас не поведем, – объявил Тай. – Вам туда, – ткнул он в видневшуюся в низине речушку, почти полностью заросшую камышом.

– Переправитесь через реку, и вы в Слопотском, – объяснил Олк.

Тай, пришпорив свою лошадь, перешел на рысь и поскакал в обратную сторону, Олк замешкался на секунду. Я посмотрел на него. Он еле заметно повел головой из стороны в сторону и последовал за Таем.

– А вы говорите, империал жалко, – позлорадствовал я. – Едем вон в тот лесок, – указал я в противоположную сторону.

– Чего это? – спросил Чустам.

– Тот второй воевый взглядку дал, – ответил ему Липкий, видимо тоже заметивший знак воина. – Стану знатным, с меня империал, – пошутил вор.

– Провозглашаю тебя на правах горна грандзоном рабов по каше, – подхватил Толикам. – Гони империал.

– Это кто тебя горном назначил?

– Ты в прошлый раз. Сам же сказал, что я подойду, когда камзолы мерили.

– Да у вас тут локотство, смотрю. – Чустам направил лошадь к лесу.

– А чего? Ты будешь грандзоном по войскам. – Клоп тронулся за ним. – Только локоту зубы надо вставить.

Все вновь заулыбались.

– Грандзона по войскам не бывает, – просветил нас корм. – Его правым плечом называют.

– А левое кто?

– Левое казначей.

– Я левым буду, – вклинился Липкий.

– Я-то думаю, отчего в нашем локотстве деньги не водятся, – подключился Толикам. – О, и имперский маг проснулся.

– Все хорошо? – спросил я Огарика.

Тот хмуро кивнул. Забираем детство у пацана.

– Мне бы в туалет, – несколько хрипло произнес он.

– Ну давай, – остановил свою лошадь Толикам.

– До леса потерплю, – оглянувшись, ответил мальчонка.

Ехали мы посередине поля.

– Здесь все свои, можешь не стесняться, – приостановил лошадь Клоп. – Мы подождем.

– Здесь вытереть нечем, и дед говорил нечего попусту… – Огарик замялся.

– Мечом трясти, – улыбнулся Чустам. – Меч нужно в теплых ножнах и смазанным держать. Мне отец тоже так говорил, правда, когда я постарше был и по девкам ходить начал.

– А почему смазанным?

– Это тебе рано знать.

В лесу мы нашли довольно неплохое место и, выставив стражу, встали на стоянку. Стражу теперь было принято выставлять всегда, даже ночью. Пока стояли, Чустам успел приготовить кашу, прокипятив воду из небольшого болотца неподалеку.

– Что думаешь? – спросил я Чустама, когда все разбрелись отдохнуть под деревьями.

– Думаю, балзон решил нас убить чужими руками.

– Ему вроде невыгодно на его земле?

– Да скорее всего мы не на его земле… Помнишь, Шван говорил, что балзонство-то маленькое. А так и нас под мечи положил, и соседу, наверняка не самому лучшему другу, под главные ворота навоза подложил. Я тоже слышал, что если мага убивают, то потом это место самый слабый алтырь чувствует. Ну а в этом случае с Гнутой горы нужно ребят ждать. Они не любят, когда их братию обижают.

– Магов? – уточнил я, хотя и так понятно, что их.

– Приедут не просто маги, а из черной сотни, только магической. А те, им только волю дай, найдут причину. Говорят, ни один из их визитов без наказания не остается – не по причине, так другое найдут.

– Между локотствами границу хорошо охраняют?

– Да смотря какие локотства. Но со Слопотским хорошо должны. Амулеты могут быть развешаны. Слопотское за счет товаров живет. Пошлину за провоз товара берут хоть и не очень большую, но со всех. Ну а для этого надо, чтобы ничего мимо не вывезли или не ввезли. У них с орками самая длинная граница.

– Какие от них товары?

– Да хоть те же грибы. В империи их очень ценят. Но в основном через это локотство рабов гонят к зеленым. С севера опять же идут шкуры, золото, хоть тот недоделанный горн и говорил, что не идут товары, только есть лихие купцы, что ходят туда и неплохо живут. Разве что недолго. С моря опять же иногда гурдонские к ним приплывают.

Гурдон, это восточный материк, по слухам, нисколько не меньше, чем тот, на который я попал, только порядки насчет рабства там были другие, то есть своих в рабство брать нельзя, только из чужих земель, поэтому империя была основным поставщиком рабов туда. Причем, судя по всему, не только туда, а везде: от орков до иностранцев получается.

– В основном все корабли в Луиланское приплывают, – продолжил Чустам, – у тех залив удобный – Сапожным называют, потому как в форме сапога. Только зачастую, чтоб на налоге сэкономить, все равно через Слопотское локотство везут.

– Амулеты по границе это как?

– Да вот Липкий рассказывал, так примерно то же, точнее не знаю. Что о нем, кстати, думаешь?

– Да вроде нормальный, только… не знаю, себе на уме, что ли. И иногда слишком липкий.

Корм ухмыльнулся.

– Точно подметил. Сварилась, – попробовал кашу Чустам.

Костер сразу потушили, а перед сном еще раз передислоцировались, найдя сухой пятак на перешейке между двух болотин. Место так себе, сырое и неуютное, да и полянка была выше остальной местности, то есть видно нас. Но перешеек трехметровой длины позволил бы нам сдерживать превосходящего нас по численности противника, это и стало основным критерием выбора – потихоньку становились стратегами. Вернее, Чустам прививал нам это. Извечный вопрос «что делать?» оставили на утро.

Ночью попарно стояли на страже – по одному в каждую сторону. Вместе со мной был Толикам. Мое место было с той стороны, откуда мы пришли, его – с противоположной. Огарик словно ждал, сразу проснулся и потянулся за мной. Стража предстояла мутная – утренняя. Я присел на землю у дерева.

– Давай полечу? – прошептал он, при этом уселся ко мне на колени.

– Сам-то как себя чувствуешь?

– Нормально уже, я быстро восстанавливаюсь.