"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 195

– А вы спать когда ложитесь?

– Да мы днем высыпаемся, – ответил Толикам.

– Зачем?

– Ночью меньше шансов, что кто-то найдет, – пояснил Чустам.

– Я же нашел, – зевнул я. – А если днем кто придет?

Взгляды скрестились на корме. Похоже, я подрываю его авторитет, и это ему очень не нравится. Но если в рабстве нас сдерживало наказание орков, то теперь…

– Я и говорю, уходить надо, – гнул свою линию Чустам.

– Это… я, наверное, к себе пойду… – В этот момент я остро почувствовал, что одному все-таки лучше. – Я ночью сплю.

– Можно я с тобой? – вдруг наивно спросил Ларк.

Не, ну вот чего он! Ведь получал от меня пару раз. За дело, конечно, но получал…

– Ты соль обещал. – Клоп мягко намекнул на то, что он пойдет с нами, похоже, сегодня сорваться не получится.

– Конечно, сходите, – произнес Чустам теплым голосом.

Только вот тепла в нем было… Ну вот на кой оно мне? В особенности криворукий. Я уже сильно пожалел, что подошел к ним.

– Пойдемте. – Меня взбесило, что он дает разрешение парням. – Только возьмите огниво – у меня нечем огонь разжечь.

– А у нас нет, – прохлопал глазами Ларк.

– А как огонь развели?

– Чустам палочки потер.

– Возьмите угольки, – предложил Чустам.

– Да ладно, не надо, – вежливо отказался я.

– Бери, бери, – усмехнулся корм, – замерзнете же. Пойдем поговорим, Хромой?

– Чего вам тут не говорится? – Клоп косо посмотрел на Чустама. – Видим же, что крыситесь, мы тоже хотим послушать.

– Ну здесь так здесь. Чего ты опять свой норов показываешь? Что я тебе плохого сделал? Что бы я ни предложил, ты поперек лезешь.

– Да ты ничего и не предлагал, кроме как уйти отсюда. Уйти куда? Где нам рады? Да и предложение, если честно, попахивает твоим желанием, а не общим.

– Ну так вы предложите хоть что-то сами! Мы ведь теперь не рабы, и решать вместо нас некому! А жить как-то надо. Здесь действительно опасно. Ну предлагайте!

На некоторое время повисло молчание.

– Я ведь, Хромой, много повидал в жизни. И понимаю, как называется то место, куда мы встряли. А ты, похоже, не совсем. У нас у всех печати рабов, и стоит нам показаться кому-то, как тут же охотники за печатями появятся, а дальше центральный загон, и если никто не купит, то по распределению. Даже мне, казалось бы попавшему в плен к зеленым, в той сотне, где я служил, вряд ли кто поверит. Да если и поверят, все равно отдадут страже, как положено… Еще и опозорюсь. Да и навоевался я… К чему я это тебе все рассказываю. Есть предложения – говори. Нет – так чего ершишься? Хочешь парней против меня настроить? Зачем? Сейчас нам вместе надо держаться – по одному переловят, да и проще вместе выжить. А то, что гонор иногда у меня проскальзывает, так извините. Я и в сотне десятником был, и в рабстве… Отложилось как-то на характере… Ты ведь тоже не всегда, как Толикам, говорить можешь.

Треск огня, поедающего сучья, подброшенные Ларком, только усугублял тишину ночи.

– Не знаю, Чустам, мне надо все обдумать.

Корм пожал плечами:

– Если уходить будете, сообщите – мы же не орки все-таки… И соли захватите. Правда как-то соскучился. – Чустам встал, поднял большой кусок коры и голыми руками выдернул на него из костра несколько горящих сучьев. – Держите, раздуете.

– Не надо, на том берегу дорога близко, а такой «печи», как у вас, у меня нет – заметить могут.

После света костра несколько минут пришлось привыкать к темноте. Но постепенно глаза освоились, к тому же луна, или, как ее тут называют, ночной лик выглянул из-за очередного облака.

– Чустам неплохой парень, – сказал Клоп, шедший за мной.

– Я и не говорю, что плохой. Только какой-то он слишком уж хороший. И к оркам-то он не рабом попал, а пленен был, и в кормы-то чуть не силой затолкали, и знает, как лучше поступить… Только вот печать рабскую зеленые не ставят – ее в империи получают. И рабов, что без печати, сам знаешь, долго в нашем клане не держали.

Клоп промолчал.

Мы вышли на берег.

– Ну что, раздеваемся?

– А тут змеерыб нет?

– Откуда я знаю? Что за змеерыбы?

– Ну… такие извилистые, здоровые, молнией бить могут, как маги.

– Умеешь ты настроение испортить, – вспомнил я прикосновение к ноге. – Они спят, наверное.

– Так они как раз ночью охотятся. Ударят и на дно тянут.

– Да ну тебя… Пошли давай. – Я начал раздеваться.

Клоп вздохнул и последовал моему примеру.

– А ты что, с настоящими магами встречался?

– Был у нас в деревне отставной.

– Ого! – удивился я.

Маги этого мира, я имею в виду человеческих, делились на магов и алтырей, то есть полумагов, по крайней мере, я их для себя так назвал. В простонародье их всех, конечно, величали магами, но по своим способностям алтыри были гораздо слабее. Их удел был ставить рабам печати, лечить народ да разные снадобья готовить, типа приворотных, даже скорее афродизиаков, поскольку время действия было ограничено. Конечно, список их профессиональных возможностей был более обширен. В общем, алтыри это что-то вроде наших колдунов, только без шарлатанства. А вот настоящие маги… Говорят, они действительно могут и влюбить одного в другого, и перемещаться моментально, и молнии кидать… Если хотя бы десятая часть того, что я слышал от рабов, правда, то серьезные люди. Но Толикам говорил, что половина этих слухов вранье.

Однако суть не в этом. Все маги работали на империю. Их еще в детстве забирали из семей и увозили на обучение. Семья, в которой родился настоящий маг, становилась зажиточной, так как империя не просто забирала ребенка, а выкупала его, в принудительном порядке, конечно, но выкупала. Только вот рождались такие дети, как я понял, не часто.

К чему я это все. Встретить настоящего мага для людей простого сословия, не говоря уж о нас, рабах, практически нереально. А Клоп, оказывается, общался с таким.

– И что, он молнии кидал?

– Да не-э, обычный мужик, разве что без ноги. Лечил очень хорошо. Мор живности останавливал. – Клоп замолчал, видимо вспоминая.

– Дождь мог вызвать? – Я уже заходил в воду. – Или исчезнуть и появиться в другом месте?

– Не знаю. Может, и мог. Только не вызывал. Да и боялись его.

– А чего боялись-то? Мертвяков поднимал?

– Не, поднять не мог, угрюмый просто был.

Я уже зашел почти по шею, и стало не до разговоров, а вот Клоп, во-первых, еще не вошел толком, а во-вторых, был повыше меня, поэтому продолжал:

– А вот в глазах мертвого он раз пытался разглядеть, кто убил. Только не смог. Потом узнали, мертвяка того жена отравила и на улицу вытащила.

– Какой-то недомаг. – Я почувствовал дно и встал. – Что ж он яд найти в крови не мог.

– Какая ж кровь у мертвяка? Да и как ты яд найдешь?

Я не стал спорить.

– А где Ларк? Ларк! – позвал я громким шепотом.

– Я тут, – ответил раб с берега.

– Ты чего медлишь? Давай сюда.

– Я здесь подожду.

– Тьфу, – сплюнул Клоп. – Он плавать не умеет. Как реку увидел, так боялся вообще к ней подойти. Ты бы видел, как мы его искупали первый раз. Подержи, – протянул он мне свою одежду. – Ты чего там молчишь-то?! Напомнить не мог?

– Я думал, вы меня бросили и вдвоем решили уйти.

Клоп развернулся и поплыл обратно. Ну как поплыл. Два раза развел руками и тут же снова дотянулся до дна. Через некоторое время раздался вновь плеск воды, и в свете луны побежали волны. Парней из-за того, что они находились в тени ивы, видно толком не было, разве что круги от них расходились. Вскоре Клоп показался на глади, держа под мышки Ларка, который сжимал в руках одежду. Зайдя по грудь, Клоп развернулся и поплыл на спине, поддерживая Ларка.

– Все, вставай. – Когда до берега оставалось совсем немного, Клоп бросил Ларка в воду. Тот от неожиданности хлебнул воды и закашлялся. Клоп дал Ларку легкий подзатыльник. – Выходи давай.

Я, пока ждал, пару раз присел, чтобы согреться. А вот у Ларка даже стук зубов было слышно.