"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 189

– Женщин и еду, всем, – обвел я рукой клетку. – Желательно тех же, что были у нас.

– Харр. – Орк засмеялся и перевел стоявшим рядом зеленомордым мои слова.

Они заулыбались. Один из них прогырчал что-то, ткнув в мою сторону пальцем.

– А еще я хочу убить светловолосого через клетку от нас.

Именно этот ублюдок тащил Иву, к тому же он не казался мне опасным противником.

Орк вновь перевел мои слова. Зеленые одобрительно зарыкали.

– Похвально, что ты не забыл воинов рядом и врага себе попросил.

Орк развернулся и пошел от нас, остальные направились за ним. Спрашивать, какое решение он принял, я не стал – похвалил, значит, не все потеряно. А если кричать вслед, могут за слабость или оскорбление принять. Кто их знает.

Глава 8

Поощрение было двояким. С одной стороны, мы получили то, что хотели. С другой…

С едой все нормально, а вот девчонок нам привели, когда начало смеркаться, прямо в клетку. Уж не знаю, то ли орки изуверски пошутили, то ли кормы дословно выполнили команду, а возможно, и то и другое. Услышав просьбу переместить нас на ночь в яму, Пидрот только рассмеялся.

Из тех, кто был с нами в прошлый раз, пришли только Свайла, Ива и, на удивление, Линака – та, что была с Ларком. Еще две рабыни были знакомы нам внешне, но не по именам.

– А что ж Палка и Экна? – спросил Чустам.

– Побоялись, – одним словом разъяснила все Свайла.

– А что, мы хуже? – обиделась одна из «новых» рабынь.

– Нет, лучше, – улыбнулся бывший корм, – особенно ты. Меня Чустам зовут, а тебя Оника. Да?

Девчушка кивнула. Ее глаза лукаво и задорно сузились. Удивительно, но я раньше не видел такого задора в глазах девушки… Да что там, я вообще в этом мире не видел такого веселого взгляда. Ямочки на щеках девчонки вспыхнули от улыбки.

– А мне так больше Толикам нравится.

– Ну… – Чустам не нашел что ответить.

Новенькие засмеялись. Они были чем-то неуловимо похожи.

– Да ты не переживай, мы с сестрой не жадные – потом поменяемся, – сказала вторая, и они снова засмеялись.

Рабы в соседних клетках аж привстали, наблюдая за нами, вернее, за ними. Ладно рабы, даже орк-охранник заинтересовался царившим у нас весельем. Все было бы вообще хорошо, если бы не то светловолосое чмо, которое сидело через клетку от нас. Он, прижавшись к решетке, заорал в нашу сторону:

– Слышь, кривоногий, а я ее куда только можно имел, всяко-разно!

Я хотел встать, но меня опередил Чустам:

– Ты это, сморчок, не бахвалься. Мы видели, как ты вылизывал, потому как промеж ног у тебя, как у воробья, ничего нету! Девчонки рассказывали!

– Сядь, – резко сказал Толикам. – Вон орк идет. Сейчас и тебе и ему попадет. И девчонок уведут. Он нас специально злит, а ты ему помогаешь. Пусть слюной захлебнется.

Только Чустам сел, встала Оника. Она оголила грудь и очень эротично провела по ней ладонью, а затем ткнула пальцем в светлого и изобразила жестом мужской онанизм. В соседней с нашей клетке захохотали.

– Молодец девка, – крикнул какой-то парень. – Я только из-за тебя теперь выиграю и жить буду. Замуж за меня пойдешь?

– Ты приходи свататься, только учти, я разборчивая, за кого попало не пойду, так что выкуп готовь.

Они еще перекинулись парой шутливых фраз, и Оника села рядом с Толикамом.

– Зря, – осудил он ее.

– Ага, орков бояться – любви не видать, – ответила она и провела пальцем по его носу.

Ну, может, я озабоченный, но это было так возбуждающе…

Дикого и безрассудного секса не получилось, но, несмотря на крайне неблагоприятные условия, он был у каждого из нас. Пусть прикрытый юбками и застенчиво замаскированный равнодушием, но был. Ива была прекрасна и чудесна…

Идиллию рабских утех прервал Жирный в самый сонный час, когда даже орк где-то затерялся:

– Все выходим.

– Пидрот, но ведь до утра… – попытался возразить Чустам.

– Тихо, – цыкнул корм. – Одну можете оставить. Хромой, накинь.

Жирный швырнул мне одеяло. Рабство приучило всех не задавать лишних вопросов. Это впитывалось с первой лопаткой каши. Сказали «тихо», значит, тихо. Вместо меня осталась Свайла.

Мы с девчонками дошли до их ям, где их кормиха приняла подопечных. Меня же повели обратно.

– Пидрот, мы…

Довольно увесистый кулак перед лицом прервал мое излишнее любопытство. Остановились мы перед неказистым домом одного из низших орков. В домике даже дверей не было, лишь шкура, как в пещере. Корм подтолкнул меня в спину:

– Иди.

– Ага, щас. К оркам в дом?

– Иди. – Пидрот сгреб меня и просто забросил в проем.

Ненавижу толстых. Несмотря на рыхлые мышцы, они обладают такой силой…

В домике были Хырзамхур, наградивший меня, и самый страшный на свете орк – шаман.

– Садись. – Хырзамхур указал на коврик в углу.

Перечить я не стал. То, что зеленомордые не замыслили ничего хорошего для меня, и так было понятно. Непонятна была их перепалка, длившаяся минут десять. В смысл разговора посвятить меня никто не удосужился, а я орочьего языка не понимал. Единственное, что было ясно: я очкую, боюсь… Но самое страшное было впереди – эта магическая тварь подошла ко мне и протянула руки к голове. Я дернулся. Тут же на меня было послано какое-то не то заклятие, не то плетение, которое меня обездвижило. Дальнейшее я помнил, но так, словно это происходило не со мной. Шаман покрутил какой-то палкой вокруг головы, потом затолкал мне в горло три шарика, по виду из каких-то трав, явно скрепленных жиром. Я послушно глотал, хотя категорически не хотел этого. Дальше провал.

Очнулся я, уже подходя к своей клетке, где меня поменяли на Свайлу. Меня о чем-то спрашивали, первую половину дня я отвечал тупо – да, нет. Сознание вернулось, когда я в одиночестве сидел в дальнем углу клетки. Остальные сгрудились у решетки, выходящей на арену, где, судя по доносившимся до меня звукам, шел поединок.

– Клоп.

Тот не отреагировал, зато обернулся Ларк. Подскочив ко мне, он помог подняться. Тело предательски дрожало.

– Ты пока посиди. – Ларк усадил меня обратно. – Там мечи…

– Как будто нас спрашивать будут, – отвлекся Чустам.

Может, конечно, это психология… По какому-нибудь местному Фрейду. Но мне очень захотелось врезать корму, так как я услышал в его фразе – а не пустить ли его первым? Я был зол. Беспомощен, но зол.

Первым выгнали не меня. Первым был Толикам. Ткнув в него мечом, орк вальяжно удалился. Раба увели. Минут через пятнадцать послышался удар в полубубен-полубарабан, используемый орками. Я подозвал Ларка и, опершись на его руку, встал. Ларк помог мне подойти к передней решетке клетки.

Толикам вышел с коротким копьем. Впрочем, оно было явно длиннее меча противника. Они долго, по крайней мере, мне так показалось, ходили по кругу. Мечник регулярно проверял Толикама. Тот реагировал на его попытки атаковать шагом назад. И вот в очередной раз Толикам вдруг шагнул в сторону и нанес удар. Попал он всего лишь по руке, но морально все были уже на его стороне. Взрыв криков орков был подхвачен и нами.

– Не торопись, голубой, не торопись, – шептал рядом со мной Чустам.

Укол, отбитый мечом, еще один… и Толикам просто бросил свое оружие в лицо сопернику. Пока мечник пытался отбить летящее в него копье, Толикам нанес ему удар ногой в грудь. Встать тот уже не смог, поскольку Толикам, подхватив с земли копье, пробил ему ногу, а затем методично стал колоть лежачего врага…

– Клоп, а каково это, убивать? – когда все расселись по периметру клетки, спросил я.

– Ну-у-у… не знаю. Обычно… – Раб явно был обескуражен вопросом.

– А ты чего же, ни разу?.. – спросил Чустам.

– Нет.

– А чего же ножичек таскаешь?

Я даже оборачиваться не стал. Тут привели нашего голубого, и все внимание переключилось на него. Встречали мы Толикама как героя, да он и был в наших глазах героем. Я решил тоже взять копье…