"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 1085

– Приятно снова видеть вас, сэр, – вежливо сказал молодой доктор в дешевых очках. – Сначала вы привезли к нам сэра с горбатым носом, теперь вот эта леди… видимо, к вечеру и вы получите пулю. Куда нам за вами приехать?

– На рынок, – качнул головой Каледин. – Мне виноград надо купить…

…Когда над джунглями сгустились сумерки, на фабрике появились два силуэта, с армейскими фонариками в руках. Мари-Клер была одета в кремовое кружевное платье, с мачете за поясом, ее спутник – старый негр с хищной улыбкой, обернул вокруг бедер черную ткань. На шее, свисая к безволосой груди, болтался ангве в виде тарантула. Луч фонаря высветил тело, лежащее на боку в луже крови – глаза Чичмаркова смотрели на мамбо.

– Он умер не так давно, – сказал негр, обмакнув палец в кровь.

– Да, долго мучился, – безразлично ответила мамбо. – Спасибо, Люкнер. Представляешь, он хотел меня обмануть. Отрезал не свою прядь, а от парика. Он сделан из настоящих волос, и я ничего не заподозрила. Представляю, что чувствовал бы их бедный владелец, начни я колоть иглами его куклу!

– Рад услужить, – склонил подбородок бокор. — Как только белый обратился ко мне, я сразу увидел… вот оно. Мы оба извлечем потрясающую выгоду, осуществим свою мечту. Я не забыл и о твоих маленьких увлечениях. У тебя еще нет головы белого человека. Она украсит славную коллекцию в сарае.

– Да, – осклабилась в темноте Мари-Клер. – Не то что украсит, станет ее жемчужиной. Благодаря доктору я собрала чудесные экземпляры… не хватало только белого – а тут прекрасные каштановые волосы. Шарман, месье. Но ты понимаешь, радуюсь я другому. Сегодня и я, и ты достигли высшей цели – той, о которой мечтал еще покойный доктор. Я осторожно вскрою череп, с любовью достану мозг человека из белых земель и поцелую его, оставив отпечаток губ. Этой же ночью мы приготовим особый порошок, Кереке Гри. Все хунфоры будут умирать от зависти: никто не претворил в реальность этот рецепт. Порошок невидимости. Люкнер, ты этого ждал – и ты это получишь. Окончательно вернешься на остров, больше ни от кого не станешь прятаться, как сейчас. Появишься на улице любого города посреди бела дня, а не под покровом ночи – тебе не грозит ожерелье. Ты и я, мы войдем всюду, в любое жилище, для нас исчезнут запертые двери. Мозг и глаза белого человека, уроженца года Оборотня, в ночь между 28 и 29 февраля… глаза разного цвета – темно-карий и светло-золотистый. Как давно мы искали его! Жаль, что ты не посвятил меня в это откровение сразу… а известил неделю назад. Я уже не та, к которой ты привык, Люкнер. Ясновидение ослабело, вижу выборочно. Я не распознала его в гриме.

Бокор обнял ее за плечи, мутные зрачки трупа блестели при свете фонаря.

– Не стоило возбуждать тебя раньше времени, – усмехнулся тонтон-макут. – Но я был уверен – ты не устоишь перед соблазном. Какая мамбо откажется заполучить голову белого человека? Белолицый был одержим своей мечтой… и я знал – он согласится. Тем более договор честен… он отдает тебе голову только после смерти. Никто не знает, когда он умрет – в этом и есть частая ошибка белых людей: почти каждый считает, что у него есть завтра.

Мамбо отстегнула от пояса мачете – широкий нож для рубки тростника.

– Ну что ж, он не пришел за заказом. Я имею право забрать свою плату.

Она перерубила шею одним ударом – ловко, без хруста позвонков: пожелтевшие кружева залили темные капли застоявшейся крови.

…Подняв мертвую голову за волосы, мамбо расхохоталась.

Глава последняя

Фаворит

(Успенскiй соборъ, одинъ месяцъ спустя)

Свадьба, а уж особенно царская, в условиях кризиса представлялась делом непростым. Приученный в Дрездене к немецкому стилю вечной экономии август усвоил это сразу, как только надел Евфросинье Спирс кольцо на палец во время церемонии торжественной помолвки. Придворные историки срочно навели справки в Дворцовой библиотеке, но сведения оказались неутешительны. Свадьба на высочайшем уровне, даже самая экономная, всегда стоила денег. Например, при бракосочетании Петра Первого на площадях для народа выставляли жареных быков, сорокаведерные бочки с водкой, раздавали пряники и калачи. Празднество в древнеримском стиле встало бы еще дороже – изнеженные патриции и порядком зажравшиеся плебеи предпочитали на свадебном столе салаты с павлиньими языками, жареных мурен с глазами из бриллиантов и слоновьи хоботы; повсеместно проводились бесплатные гладиаторские игры.