"Искажающие реальность" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 182

А ещё я запоздало вспомнил, что не передал списки друзей, которым разрешено появляться в моём жилом корпусе. Поэтому сделал это сейчас, заодно пригласив всех указанных в списке отмечать моё новоселье, назначил даже точное время: девять часов вечера. Сейчас было только начало восьмого утра, так что времени у меня ещё было предостаточно. Выполнив таким образом все срочные дела, я снова вошёл в игру, искажающую реальность.

Фокси по-прежнему лежала, свернувшись клубочком и притворяясь спящей, вот только я заметил, что тело очеловеченной лисы несколько сдвинулось. С замиранием сердца проверил инвентарь, но все мои вещи находились на месте, ничего не пропало. Так рылась она в моих вещах или нет? Будить морфа и устраивать допрос я не стал, тем более что всё равно не смог бы проверить правдивость ответа. Поэтому, разложив куртку на достаточно мягком, но непонятной чистоты полу жилой капсулы, я улёгся поудобнее и по примеру моей соседки решил хорошенько выспаться.

Я проснулся резко, словно от вылитого на голову ушата ледяной воды. Дыхание было частым, сердце тревожно стучало в груди. Что меня разбудило? И вообще где я? Вокруг была темнота. Почти сразу я сообразил, что по-прежнему нахожусь в гостиничной капсуле космической станции, и с момента моего входа в игру прошло менее часа. Вот только почему так темно?

Стараясь не делать резких движений, я приоткрыл глаза и осмотрелся. Светильник на потолке едва-едва мигал тусклой точкой, словно кто-то выкрутил диммер на минимальную мощность. Но и этого призрачного света мне всё же хватило понять, что Фокси не спит и даже привстаёт. Громадная мохнатая тень сделала пару осторожных шагов и нависла надо мной. Я увидел горящие красным хищные глаза и острые зубы, явно увеличенные в сравнении с их обычными размерами.

А ещё в этот напряжённый момент я вдруг отчётливо понял, чем было вызвано ощущение тревоги тогда в кафе — это голодный морф в тёмном глухом закоулке подкарауливал неосторожного одиночного путника. И если бы я не потянулся тогда за оружием, показывая готовность к сопротивлению, а потом не накормил хищника, непонятно чем закончилась бы наша встреча.

Никакого страха на удивление не было, зато закипало раздражение от того, что меня так грубо разбудили, не дав выспаться. А также досада от того, что придётся тратить последний шарик с парализующим ядом. Может, хоть хвост у лисички удастся срезать в качестве компенсации своих переживаний? Заодно по этому трофею и уровень её смогу понять… Морф замер и смотрел на меня, не предпринимая никаких действий. Я просто кожей ощущал сомнения своей соседки по комнате — Фокси явно понимала, что жертва уже проснулась и готова к отражению нападения, а потому внезапной атаки уже не получится. Может, тогда и вовсе удастся избежать конфликта?

— Фокси, если хочешь жрать, возьми в моём рюкзаке сухпаёк. А вообще могла бы и потерпеть, потом вместе сходим в кафе и позавтракаем, — я демонстративно отвернулся от опасного зверя, словно точащий зубы над моим горлом хищник не являлся достаточной причиной для прерывания сна.

Да, моё поведение могло кому-то показаться нелогичным и безрассудным, но я чувствовал, что поступаю правильно. Если бы морф действительно с самого начала планировал напасть на меня спящего, то давно бы это сделал при удобном моменте, например, при моём выходе из игры, а не колебался, долго рассматривая неподвижную фигуру и позволяя мне тем самым почувствовать опасность.

— Тебе легко говорить, — огрызнулась лисичка недовольным тоном, тем не менее отходя в дальний конец жилой капсулы и снова ложась, — Комар, ты ведь даже не представляешь, как много энергии тратится на все эти превращения! Ты вообще не понимаешь, какого это — быть морфом, вечно преследуемым, вынужденным скрываться, менять формы и нигде надолго не задерживаться…

Не знаю, что сейчас произошло. Но явно что-то очень важное, раз игровые алгоритмы наградили меня настолько внушительным объёмом полученного опыта, что его хватило даже для достижения следующего уровня. Одновременно с этим у меня полностью исчезло чувство тревоги — я понял, что зачем-то всё же нужен Фокси, и она меня не тронет.

— Да, я не знаю всех трудностей жизни морфов, — согласился я, отвечая на эмоциональный монолог своей мохнатой спутницы. — Но зато я представляю, что такое оказаться одному в космосе невесть в скольких парсеках от дома, совершенно не зная местного языка и обычаев, и почти без надежды на возвращение к своим…

Фокси долго лежала молча, я слышал лишь ровное дыхание космической лисички, а потом вдруг она заговорила:

— Герд Комар, мне очень нужно пробраться из зоны космопорта на основную станцию, но там в переходе такой жёсткий контроль, что без документов даже морф не сможет просочиться. Да и тебе тоже нужно бы туда — все Свободные Капитаны обитают там на станции, а если кто и может помочь тебе добраться до своих, то только они. Как твой пет заодно с тобой я бы смогла пройти через контроль. Там я сперва помогу тебе поговорить с капитанами, а затем наши пути разойдутся, и я растворюсь среди сотен тысяч жителей станции. Пока я не знаю, как организовать твою встречу со Свободными Капитанами, но обязательно что-нибудь придумаю. Так что давай ложиться спать — завтра важный день для нас обоих.

Сон мне снился сумбурный и малопонятный. Вроде как я снова был простым совершенно непримечательным студентом геологического факультета, и не было в моей жизни ни сетевых турниров, ни ставок и выигрышей, ни подземного Купола. Я с кипой учебников шёл по бесконечным коридорам Главного Здания МГУ, а вокруг мелькала череда прекрасных и недоступных девушек, как действительно моих однокурсниц или просто знакомых из прошлой жизни, так и мельком увиденных, но чем-то запомнившихся образов. Сон не был однозначно эротическим, хотя некоторые красавицы и являлись в моём сне в частично раздетом виде или даже полностью обнажёнными, но я никак не взаимодействовал с ними и просто спешил куда-то дальше по коридору, провожаемый их равнодушными или наоборот заинтересованными взглядами.

Несмотря на такой вот приснившийся бред, проснулся я полностью отдохнувшим и первым делом взглянул на отображаемый таймер обратного отсчёта. У меня оставалось сорок два часа разрешённого пребывания на пиратской станции, после чего меня объявят преступником. Я попытался повернуться и встать… и мне показалось, что мой сон ещё не завершился — рядом со мной, прижавшись всем телом и закинув правую согнутую в колене ногу мне на бедро, с закрытыми глазами лежала девушка в легком полупрозрачном пеньюаре. Симпатичное личико, длинные растрёпанные рыжие волосы, выбивающийся из-под одежды серебряный медальон с лисичкой. К «тормозам» я себя никогда не относил, но на этот раз действительно на несколько секунд впал в ступор, и лишь изображённая на медальончике лисичка помогла сообразить, кто эта незнакомка.

Как только я догадался, Фокси сразу же открыла глаза и заулыбалась: